Лазурная глубина (СИ) - Рина Зелиева

   - В другой раз, милый, - процедила Марисса и, сжав зубы, вцепилась в его куртку и потянула за собой.

   "Ну почему он такой тяжелый", - шептала она сквозь всхлипы. Его неподвижное тело казалось ей каменной глыбой, которую она по-дурости пыталась сдвинуть с места. Марисса почувствовала себя такой беспомощной, что мужество едва не покинуло ее. Жгучие слезы подступили к глазам. Тем не менее, шаг за шагом, пятясь на коленках, ей удавалось волоком продвигать его все ближе и ближе к постройкам. Практически достигнув цели, она услыхала за спиной хруст веток. Моментально сориентировавшись, девушка отпустила куртку Ринара и выхватила из-за пояса оружие, мигом развернувшись на шум.

   - Тихо. Это я, - в нескольких шагах от нее, прислонившись к дереву и держась за бок, стоял Кондор.

   - Помоги мне, - переводя дух, попросила Марисса.

   Тимур шагнул в их сторону, но, тут же, пошатнулся.

   - Ладно, забей, - Марисса махнула на него окровавленной ладошкой, утерла застилавшие глаза слезы и продолжила свое занятие.

   Ей уже удалось дотащить Ринара до постройки, как на них из-за кустов выскочил Рамиль, сильно припадавший на одну ногу.

   - За мной погоня. Патроны кончились. Давайте быстрей в укрытие, - задыхаясь, прояснил он положение.

   - Ну, подсобите же мне, - взмолилась вконец обессилившая Мари.

   Девушка и мужчины затащили неподвижное тело Рена в сруб. Едва успели они занять позиции по трем сторонам, как снова загремели выстрелы. Рамиль выгреб из карманов Ринара оставшиеся патроны и пытался не позволить окружить сруб и прорвать их слабую оборону. Начинало темнеть. Из нападавших остался только один человек, который через некоторое время скрылся в лесу, разумно рассудив, что один в поле не воин.

   Марисса склонилась над мужем. Она выла как раненное животное, вглядываясь в бескровное осунувшееся лицо мужчины, надеясь уловить хоть какие-то признаки жизни. Ей казалось, что с каждой каплей крови, вытекающей из его тела, и из нее уходит жизнь. Возникло желание лечь рядом с ним, крепко обнять и тоже умереть.

   Рамиль приложил пальцы к шее Рена:

   - Не ной. Живой он еще. Перевязать бы надо.

   Он приподнял Ринара, чтобы помочь Мари стащить с него окровавленную куртку. Негнущимися пальцами, боясь повредить еще больше и без того истерзанное тело мужчины, давясь слезами, она разорвала ставшую совсем мокрой от крови футболку. С губ девушки сорвался дикий полукрик-полустон. На обнаженном торсе Рена на боку, животе и чуть выше под ребром виднелись круглые глубокие раны от пуль.

   - Он умет! - содрогнувшись, простонала она, не осмеливаясь дотронуться до раненного, согнулась и закрыла лицо руками.

   Ее душа рвалась на части, сердце куда-то проваливалось. Ощущение непоправимости, безнадежность охватили девушку. Отчаянье, страх перед собственным бессилием поглощали ее.

   Ринар пребывал в трагической неподвижности, и по первому взгляду любой принял бы его за покойника, настолько мертвенно бледен он был. Черты его лица заострились. Губы побелели. Казалось, в нем не осталось ни одной кровинки.

   - Он умрет, он умрет, - исступленно причитала она с подвыванием, раскачиваясь и заламывая руки.

   Рамиль обнял ее за плечи, не зная, как еще можно поддержать ее, успокоить. Он и сам думал о том же. Марисса, испустив истошный вопль, вырвалась из рук мужчины и припала к безжизненному телу, захлебываясь от рыданий.

   - Он быстрей умрет, если мы его сейчас не перевяжем, - прикрикнул на нее Кондор, пресекая истерику. - Его по-хорошему в больничку бы надо срочно.

   Он сам держался из последних сил, пытаясь не потерять сознание. Тимур прислонился к стене и закрыл глаза, стараясь побороть слабость. Он также потерял много крови и от Рена отличался лишь тем, что был еще способен двигаться.

   - Ты нашим дозвонился? - спросил его Рам.

   - Да, Лан вертушку взял. Скоро будут. Но сюда они быстро добраться не смогут. Надо к дороге двигать, пока Тайгер совсем не загнулся.

   - Тогда я попробую носилки сообразить из подручных материалов. Ты прав - ждать нельзя. Помрет он тут, - мужчина удалился.

   Марисса, ревя белугой, сняла с себя куртку и, порвав блузку на тряпки, не обращая внимания на холод, охвативший ее нагое тело, принялась сооружать повязку на теле Рена. Та никак не хотела плотно крепиться вокруг мускулистого торса Ринара. Тогда девушка присовокупила к перевязочному материалу еще и лифчик, соорудив из него что-то вроде веревки и прочно закрепив повязку.

   - В тебе погибает врачебный талант, - оценил ее труды Тимур.

   Это едкое замечание немного отрезвило девушку, погрузившуюся в свое горе и не замечающую ничего вокруг. Марисса подняла голову и одарила его уничтожающим взглядом.

   - А ты даже стоя на краю могилы будешь на мои титьки пялиться?

   Кондор хрипло рассмеялся и тут же поморщился, прижав руку к окровавленному боку:

   - Предчувствие скорой смерти пробуждает инстинкт продолжения рода, - продекламировал он.

   - Придурок, - огрызнулась Мари, натягивая куртку.

   Появился Рамиль, тащивший несколько тонких стволов молодых деревьев:

   - Нашли время лаяться, - шикнул он на них.

   Общими усилиями они соорудили деревянную раму, обвязанную ремнями, вынутыми из брюк, и, натянув поперек нее куртку, взвалили на эти импровизированные носилки Ринара. Марисса потянула их в обратном направлении. Раненный в ногу Рамиль, как мог, помогал ей. Сзади них послышался звук падающего тела. Тимур все-таки потерял сознание.

   - Тащи его, Рам. Я справлюсь, - предложила девушка.

   Кондора в лесу одного тоже не бросишь, а по весу мужчины не особо отличались. Носилки же несколько облегчали задачу. Рамиль подхватил Тимура, и они продолжили свой нелегкий путь.

   Марисса потом бы не смогла ответить, откуда у нее взялись эти нечеловеческие силы. Она тащила тело мужа, не чувствуя боли в исцарапанных разбитых коленях, израненных ладонях, ноющих от чрезмерного напряжения мышцах. Мари не ощущала ничего, сосредоточившись лишь на движении. Движение - это жизнь. Жизнь для Рена. Она отвоюет ее для него у такой жестокой к ним судьбы.

   Наконец, они добрались до дороги. Рамиль погрузил Тимура в свой автомобиль, изрядно прошитый пулями, но еще способный к передвижению. Помог девушке втащить в него Ринара. Мари склонилась над мужем, изнемогая от невозможности хоть как-то помочь ему.