Холодная тьма - Татьяна Резник

Потом смотал аккуратно веревку, не забывая мысленно благодарить архивариуса, положил ее и ручной фонарь в рюкзак и пошел следом за моими товарищами, без зазрения совести бросившими меня в гроте. Несколько минут тишины, нарушаемой лишь звуком моих шагов и постепенно отдаляющего плача монстра, и я вышел к перекрестку, посветил фонарем на стену, где должен быть знак. Обнаружил его, сориентировался, выбрал нужный мне туннель и свернул в него. Я успел сделать всего несколько шагов, когда кто-то бросился на меня и зажал в захвате шею. Дальше я действовал на автомате, так как отрабатывал с тренером этот прием сотню раз. Я провел прием через плечо, и нанес удар правой рукой в голову. Раздался визг, и откуда-то из темноты выскочила Арис:

– Стой! Ты убьешь его!

– Кого? – я взглянул на нападавшего. На каменной крошке в отключке лежал племянник моего шефа.

– Он что, свихнулся? – не выдержал я (не знаю, как я удержался от матерных выражений и от того, чтобы пнуть бесчувственное тело ногой). Вот ведь… – Кидаться на человека сзади, после того, с чем мы только что столкнулись в гроте? Эй, Димон, – я не заметил, что обратился к племяннику так, как называла его Арис. Все-таки такая интерпретация имени ему очень подходит. – Ты как?

Тот заворочался и открыл глаза.

– Не волнуйся, – сказал я, теперь уже Арис. – Видишь, он пришел в себя. Я поправил рюкзак, потом каску и присел на корточки рядом с телом. – Это я, Макс. Монстр остался в гроте. По крайней мере – этот монстр. Про других не знаю. Вставай, надо идти, – я взглянул на часы, – а то мы не успеем вернуться к ужину. Точнее – можем вообще не выбраться из этих тоннелей и придется ночевать в каком-нибудь зале, а это небезопасно.

Дима встал, потирая скулу, на которую пришелся удар, но ничего мне не сказал, лишь взглянул с обидой.

«Больно, наверное, – подумал я. – Ну и фиг с ним. Так ему и надо, потому как нечего нападать на меня, да еще и со спины».

Мы снова пошли по тоннелю, останавливаясь на развилках и сверяясь со знаками. Признаюсь, я немного расслабился, предоставив Дмитрию право быть нашим проводником. Он ведь у нас все знает, везде был, крутой, а еще бегает хорошо. Особенно от монстров. Я усмехнулся, вспоминая, как мы втроем улепетывали из грота, и вдруг заметил, что мы остановились.

– Что случилось? – Я шагнул к ребятам. Они смотрели на стену, на которой поблескивали две металлические таблички. На одной были перечислены имена, надпись: «Трагически погибли» и дата. А на второй тоже имена, только надпись гласила: «Погибли, спасая» и тоже дата. Ниже была полочка, которая в данный момент пустовала и фотографии погибших. Мы немного помолчали, а потом я тихо произнес:

– Пойдем.

– Идем, – согласился молчавший все это время Дмитрий, – только я не знаю куда. Кажется, мы заблудились.

Глава 7

Сегодня, вспоминая, что я почувствовал в тот момент, когда Дима заявил, что мы заблудились, могу сказать – ничего. Потому что просто не поверил его словам. Мы не могли заблудиться. Не могли – и все. А как же знаки, которые мы оставляли на каждом пересечении коридоров? А карта, с которой он периодически сверялся? Вздохнув, я произнес:

– Честно говоря, я устал, и меня не веселят твои глупые шутки. Хватит прикалываться, пойдем

– Куда пойдем? – вспылил Дима, – Ты оглох, что ли? Говорю же – мы заблудились.

И тут я понял, что он говорит правду и разозлился.

– Давно?

– Не знаю.

Мне захотелось снять тяжелый рюкзак и врезать Димону. Терпеть не могу таких самовлюбленных придурков, которые пытаются доказать остальным, насколько они крутые. На деле же оказывается, что все их слова и нарочито важный облик не что иное, как блеф. Проводник… выживальщик… Да он персонаж из бородатого анекдота, недотепа, которого закрыли одного в комнате, вручив два шарика, один из которых он сломал, а другой потерял! Я даже стал, не отдавая себе отчета, потирать одну руку о другую, пытаясь справиться со злостью, и пришел в себя, лишь увидев устремленный на меня удивленный взгляд Арис.

– А не надо было идти за мной! Тебя никто не просил это делать! – с вызовом произнес Дмитрий, провоцируя меня. И я поддался, потому что очень хотел высказать ему все, что думаю:

– А вот здесь ты не прав. Меня попросил мой шеф и твой дядя. Сам бы я ни за что бы в эти штольни не полез. Мне этот подземный экстрим и даром не нужен. Мне адреналина в жизни и так хватает! Еще раз выкинешь нечто подобное, а тебе морду набью! И в этот раз присутствие Арис меня не остановит! Придурок малолетний… Свалился мне, как снег на голову… Возись теперь с тобой!

– Не ссорьтесь, мальчики! – вмешалась Арис. – Давайте лучше подумаем, что нам делать?

– Я твоего дружка уже спросил: как долго он шел, не обращая внимания на отметки на стенах, и почему сразу не сказал, что мы заблудились.

– Мы ведь бежали от монстра! Какие отметки, – попытался оправдаться Димон.

– Представь себе, я тоже там был и прекрасно помню, как вы бросили меня на съеденье этой твари, а сами сбежали! – я выдержал паузу, справляясь с раздражением. – Когда я шел за вами, то отслеживал отметки, а после того, как ты кинулся на меня со спины, перестал. Значит, нужно вернуться туда, где это произошло.

– Я туда не пойду! – как-то визгливо, по-бабски крикнул Дмитрий и с вызовом посмотрел на меня.

– Арис, отойди шагов на десять, – медленно и, как мне показалось, очень спокойно произнес я. – Прошу.

– Нет, – девушка поняла, что я хочу устроит взбучку ее парню. – А ты прекрати истерить, Димон. Макс прав. Надо вернуться и найти отметку на стене. Хотя… Думаю, это место, – она ткнула пальцем в таблички с именами погибших, – должно быть отмечено на карте. Я в этом практически уверена!

А что? Вполне себе разумная мысль.

– Доставай карту, Сусанин! – обратился я к Диме, пытаясь успокоиться и стараясь скрыть за иронией раздражение. Покричали друг на друга –