Дремир. Беспечные. Том 3 - Ник Вернер

— А вы не могли бы рассказать о каком-либо из ваших путешествий? Мне так интересно, что меня ждёт.

— Если хотите, могу составить вам компанию на борту и рассказать по дороге, — предложил Жан.

Настя только открыла рот, чтобы ответить, что у неё уже есть компания для путешествия, как почувствовала, что кто-то бесшумно подошёл сзади и положил ей руки на плечи. Она вздохнула от неожиданности.

— Не познакомишь со своими новыми друзьями? — добродушно спросил Марк.

Настя к нему обернулась и, напряженно улыбнувшись, спокойно ответила:

— Жан и Этьен.

«Фух! Улыбается! — немного успокоилась она, не зная, как Марк отреагирует на её выходку. — У нас это нормально. Общайся с любыми парнями сколько хочешь, даже если есть свой суженый, а здесь — кто знает…»

Марк убрал руки с Настиных плеч и положил руки на плечи Жана и Этьена.

— Уважаемые Жан и Этьен, — Марк продолжал добродушно улыбаться. — Прошу вас нас покинуть.

Настя увидела, как Жан обернулся к Марку и равнодушно сказал.

— Извините, сударь, но место занято.

— Я настаиваю, — продолжал улыбаться Марк.

— Настаив… — лицо Жана вдруг побледнело.

Настя обернулась к Этьену — он тоже стал бледен.

Марк убрал руки с их плеч и обошёл скамейку.

— Вам помочь? — учтиво обратился он к непрошенным гостям.

— Нет, — прохрипел Жан и, пошатываясь, встал.

Этьен последовал его примеру, и они ушли. Марк, всё так же добродушно улыбаясь, сел рядом и обнял Настю за плечо.

«Что это он с ними сделал?» — не могла понять Настя и замерла, не зная, что ожидать дальше.

Ничего не происходило. Марк её нежно обнимал и безмятежно смотрел на реку.

Настя собралась с духом и решила на всякий случай извиниться.

— Извини, — виновато сказала она.

— За что? — удивился Марк.

— За то, что я общалась с другими парнями, — всё так же виновато ответила Настя.

— Общайся с кем хочешь, — спокойно ответил Марк. — Они же тебя не обижали?

— Нет.

— Я тоже так подумал.

Настя осмелела и спросила заинтересовано:

— А чего прогнал тогда?

— Так они занимали моё место, — невозмутимо ответил Марк. — Не хотели подвинуться.

— А если бы подвинулись? — хихикнула Настя. — Мы бы общались дальше вчетвером?

— Нет, им всё же пришлось бы уйти, — Марк обернулся к Насте и улыбнулся. — Они мешали нашему свиданию.

— Значит, я могу общаться с кем хочу, пока тебя нет рядом? — невозмутимо спросила Настя.

— На твоё усмотрение, — хитро улыбнулся Марк.

— Ты меня запутал! — возмутилась Настя. — Так можно поболтать или нельзя⁈

Марк рассмеялся.

— Болтай, конечно! — весело сказал он. — Ты же моя девушка, а не собственность, — а потом серьёзно добавил: — Но это не значит, что мне всё равно. Это значит, что я тебе доверяю.

Марк чмокнул Настю в носик и отвернулся.

«Фух! Не ревнивый попался», — Настя мысленно вздохнула с облегчением, а вслух сказала:

— А наш корабль скоро?

— Через полчаса.

— Снова ждать… — вздохнула Настя.

— Что, тебе уже в пещерах скучно? — наигранной удивился Марк.

— Ага. Ты был прав — они однообразны.

Марка рука соскользнула на Настину шею, он полуобернулся к ней и приблизился к её лицу.

— У меня есть идея, чем нам заняться в ближайшие полчаса, — он кратко её поцеловал.

— А здесь можно? На людях? — на всякий случай уточнила Настя, помня про страшно-загадочный ронийский Устав.

— В Катаренске тебя такие вопросы не волновали, — усмехнулся Марк. — А там нравы не такие свободные, как в Роне. Целоваться на людях тут не воспрещается, и даже никто внимания не обратит.

Следующие полчаса им не было скучно, но на корабль они не опоздали: Марк всё же следил за обстановкой вокруг.

— Наша каюта на втором этаже, — сказал он Насте, когда они прошли по трапу и оказались на корме судна. — Предлагаю немного посидеть на скамейке на носу и увидеть отправление, а потом пойти отдыхать. Что скажешь?

— Так и хотела, — улыбнулась Настя.

Марк с Настей заняли крайнюю скамейку на самом носу судна и обнялись. Вскоре корабль отчалил от пирса и, развернувшись против течения, медленно разгоняясь, пошёл в сторону туннеля. Чем ближе они к нему подходили, тем у́же становилась река и заметнее было встречное течение. Когда они зашли в туннель, их окутала настолько непроглядная мгла, что даже человека рядом не было видно. Освещения здесь не было: ни на корабле, ни в туннеле.

В кромешной тьме Насте стало как-то не по себе. Она ещё никогда не бывала в местах, где настолько темно, и вдруг ей показалось, что она очутилась в глубокой бездне, где нет ничего и никого, где над тобой лишь толстенная каменная скала, через которую невозможно пробиться или прорыть путь наверх — к солнцу. Настя в жизни не могла себе представить, что она будет бояться темноты, но оказалось, что и такое возможно.

«Но это же не просто темнота, — пыталась сама себя успокоить Настя, чтобы не казаться себе совсем уж трусихой. — Это просто бездонная непроглядная тьма!»

Холодная тьма её угнетала всё больше и больше, и Настя посильнее прижалась к единственной теплой опоре, что здесь была — к Марку. Он был спокоен и расслаблен, и крепче её обнял в ответ.

«Я смотрю, „тьмапереносимость“ у тебя всё же есть», — мысленно усмехнулась девушка, и ей стало немного спокойнее.

Вдруг впереди показался островок лунного света, и вскоре нос корабля вынырнул под открытое небо. Теперь над ними снова были звёзды, да ещё и светила полная луна.

Настя посмотрела вверх, мысленно выдыхая с облегчением, и услышала, как Марк шепнул ей на ушко:

— Идём отдыхать?

— Идём, — тихо ответила она.

Они встали, взяли свои сумки, что лежали на палубе у скамейки, и пошли на корму, где был вход в каюты. Поднялись по лестнице на второй этаж надстройки корабля и зашли в свою каюту.

— Что-то я так устала, — зевнула Настя и бросила сумку у двери, — что даже переодеваться не хочется.

— Не переодевайся, — зевнул Марк в ответ. — Мне и самому лень.

Марк снял пальто и ботинки и завалился на кровать.

«Наверное, это заразно»,