Эргоном: Восхождение берсерка - Михаил Ежов

— А ты сам как думаешь? — прищурилась девушка.

Пришлось прикинуться дурачком.

— Даже не знаю. Скажи.

— Да ну тебя! — рассердилась Женя. — Пошли дальше! Вот там мы ещё не были.

Мучения продолжились. К счастью, залы скоро кончились, и мы убрались из музея. Заглянули в кафе, где съели по мороженому, а затем я отвёз девушку домой. Кажется, она рассчитывала на поцелуй, но я сделал вид, что тупой. Женя была разочарована, но виду постаралась не подать. Аристократия ж, как ни крути. Иногда воспитание — очень удобная вещь.

Вернувшись в замок, я поужинал и до ночи занимался делами, прервавшись только на тренировку по фехтованию. Спал, как убитый.

Глава 14

На следующий день уроки тянулись, как никогда медленно. Наверное, потому что они интересовали меня всё меньше. Слишком много важных дел ждало там, за стенами школы. На задачках сосредоточиться было трудно. К счастью, Артём время от времени заглядывал украдкой в мои тетради и указывал на ошибки.

— Ты сегодня прямо не в себе, — заявил он, когда прозвучал очередной звонок. — Что-нибудь случилось?

— Всегда что-то случается, — ответил я, собирая учебники. — А вообще, просто все мои мысли о баронских делах.

— Образование тоже важно, — серьёзно сказал Артём. — Без него аристократу никак нельзя.

— Да знаю, знаю. Учусь же вот, один раз прогулял всего. Ладно, пойдём пожрём, что ли.

Однако до столовки мы добрались не сразу. В коридоре нам преградил дорогу высокий худой парень с жёлтыми волосами. Плотно сжатые губы, прищуренные серые глаза. Смотрел на меня. Так-так, неужели опять какие-то претензии?

— В чём дело? — спросил я. — Коридор стал узковат?

— Узковат, — кивнул парень. Голос у него оказался высокий, слегка надтреснутый. Я видел этого субъекта в школе, но мы до этих пор ни разу не пересекались. Кажется, он учился на класс старше. А может, и на два. — Я, конечно, понимаю, что ты у нас звезда, — продолжил парень, хрустнув пальцами. Боже, что за мексиканский сериал?! Кого он пытается этим напугать? — Но это не значит, что можно кадрить чужих девчонок. Согласен?

Он ждал, картинно прищурившись. Я осмотрелся в поисках его дружков, ошивающихся поблизости, но никого не было. Странно. Хотя, может, человек не хочет обсуждать личную жизнь при лишних свидетелях.

— Слушай, — сказал я, бросив взгляд на его волосы. — Мы с Женей просто друзья. Если тебя это беспокоит. И вообще, я впервые слышу, что у неё есть парень.

Мой визави дёрнулся от досады. Даже скривился.

— Не валяй дурака, Скуратов! — проговорил он, понизив голос. Что у него, впрочем, не особо получилось. — Ты отлично понимаешь, что я говорю не об Ильиной! Все и так знают, что она сама на тебя вешается!

— Обычно я не позволяю так говорить о своих друзьях. Особенно незнакомцам. Но ты завладел моим вниманием. Кого же я, по-твоему, кадрю?

— Марину! — ещё тише прошипел мой собеседник. — Скажешь, с ней вы тоже друзья?

— Нет. Не друзья. Девушка попросила помочь с пьесой, которую пишет. Отказаться было неудобно. Это если ты действительно её парень, и она в курсе этого. Хотя, если честно, непохоже. Кстати, может, уже представишься? А то я не любитель объясняться с незнакомцами. Даже если они не в себе от неразделённой любви.

Парень побледнел, стиснув зубы. Хрустнули пальцы. Но он держался. Хотя, наверное, очень хотел мне влепить.

— Ростислав Хомутов, — процедил он, глядя на меня, не моргая. — Говорит тебе это о чём-нибудь?

— Конечно. А то! Например, о том, что представители данного рода не слишком хорошо воспитаны. Хотя, возможно, это твоя личная особенность.

Хомутов медленно согнулся, чтобы наши лица оказались почти вровень. И слишком близко, на мой взгляд, если честно. Но отодвигаться я не стал, хотя очень ценю личное пространство. Ещё решит, что напугал. Потом разубеждай его.

— Вот, что, малыш! — начал он совсем уже тихо. — Ты, наверное, чего-то не понимаешь! Мы с Мариной с детства не разлей вода, ясно?! И мы поженимся! Так что зря ты положил глаз на заводы Фустовых!

А, стало быть, дело в завидном приданом! Вот, из-за чего переполох.

— Что за заводы?

— Будто ты не знаешь! Те самые, которые делают базы для бронетехники. Решил, что урвёшь лакомый кусочек? Только потому что у тебя уникальный Дар теперь?!

— Вот что, дылда, — в тон ему ответил я. — Во-первых, видимо, ваша свадьба — дело далеко не решённое, раз ты так распереживался. Во-вторых, если я решу взять в жёны Марину, то уж точно твоего мнения не спрошу.

Хомутов секунды три пялился мне в глаза, а потом вдруг резко распрямился.

— Девчонки часто ведутся на таких однодневок, как ты, Скуратов! — процедил он презрительно. — Но потом возвращаются туда, куда следует. Так что особо не мечтай! И подумай хорошенько, стоит ли связываться с Хомутовыми. Это говорю тебе не только я. В моём лице говорит род!

— Значит, я был прав, — сказал я, изобразив печаль. — Дурно воспитан в вашей семье не один ты.

— Пытаешься оскорбить род? — усмехнулся Хомутов. — Не старайся. Свидетелей маловато. Твой приятель не в счёт, — он бросил взгляд на Артёма. — Советую хорошенько обдумать мои слова. Не переходи нам дорогу, мелкий! У тебя нет ничего, чтобы победить!

С этими словами он развернулся и медленно двинулся прочь, засунув руки в карманы.

— Вот урод! — процедил, глядя ему вслед, Артём. — Что он о себе возомнил?!

— Ты сам всё слышал, — отозвался я. — Чувствует за своей спиной силу рода. Которой у меня нет. Похоже, его предки пересрались, решив, что заводы могут уйти Скуратовым. И Зелёному клану.

— Я понимаю, почему ты не стал объяснять этому индюку, что у тебя нет планов на Фустову. Их же нет?

— Не было. Но я ведь не знал, что она такая завидная невеста. Теперь подумаю.

— Ты серьёзно?

— А что? Если уж жениться, то с пользой. Большой и неоспоримой. Но Хомутов прав: девочка скоро перебесится и вернётся к нему. Если он сам дров не наломает.

— Главное, чтобы не пошли слухи, будто ты отступился, испугавшись Хомутова.

— Я-то могу отступиться. Но Марина с этим не