Звездные облака. Часть первая. Из Солнечной системы к ближайшей звезде - Павел Шаров

– Как интересно!

– Ты еще маленький, Вася. Вот подрастешь, начнешь учиться, книжки читать и очень, очень много интересного узнаешь

– Спасибо, – сказал Вася, – до свидания. Меня ПИП обедать зовет.

– Приятного аппетита тебе, Вася. Вызывай меня, когда захочешь что-нибудь узнать.

Впадина Бугенвиль

Быстро пролетели две недели. Вася загорел, окреп и был готов к последующим испытаниям. Оставалось еще несколько дней до вылета в Тихий океан, и командир предложил поучаствовать в экскурсии по интересным местам Кораллового моря.

Быстроходное экскурсионное судно быстро заполнилось желающими и направилось на север к Соломоновым островам. Среди экскурсантов были и наши космонавты. Судно на подводных крыльях через сутки было уже у цели и остановилось над впадиной Бугенвиль, представляющей собой водную пропасть глубиной более девяти километров. Капитан судна распорядился спустить на воду большой сверхглубоководный аппарат под названием «Наутилус». Он мог выдержать нагрузку, в два раза превышающую ту, на которую собирался опуститься.

Первая партия экскурсантов заняла места по кругу, и аппарат быстро стал спускаться в морские глубины. Солнечный свет все меньше и меньше проникал в толщу воды и, наконец, вокруг образовалась темнота, нарушаемая большим количеством светящихся рыбок. Наутилус зажег огни, и подводное царство озарилось светом. Сначала в круговом иллюминаторе мелькали стайки рыб, затем на глубине в одну-две тысячи метров появились странной формы зонтики.

– ПИП, смотри, зонтики плавают, – удивился Вася.

– Это не зонтик, – заговорил сопровождающий экскурсовод. – Это плавниковые осьминоги. Все восемь щупалец этого осьминога соединены между собой тонкими перепонками. Осьминог колышет этими перепонками и движется в нужном направлении.

– А вон там что за лампочки?

Вася показал на веселую компанию голубеньких шапочек, обрамленных светящимися фонариками и бахромой.

– Это светящиеся медузы. Их называют корономедузы. Они действительно похожи на цветные короны. Но, не дай Бог, надеть такую корону на голову. Видите, сколько щупалец светится вокруг этой короны. И все они ядовиты.

В это время там, где только что было какое-то шевелящееся существо, вдруг возник расползающийся в воде чернильный шар.

– А это перепуганная каракатица, защищаясь, выпустила струю чернил в нашу сторону, пытаясь нас напугать и своевременно удрать в этой черноте.

На глубине три-четыре километра экскурсовод обратил внимание пассажиров на зависших, как поплавки, кальмаров:

– Эти лентяи не утруждают себя поисками пищи. Они неподвижно висят, и как только что-либо съедобное проплывает мимо, они выстреливают своими щупальцами с присосками, ловят зазевавшегося и отправляют в рот.

– А это что за забор плавает?

– Это не забор. Это рыба с высоким и длинным плавником. В длину она около трех метров и очень прожорлива. Ест все, что подвернется.

«Наутилус» опускался и, наконец, достиг дна. На огромной глубине дно было усыпано различной живностью. Рачки, улитки, закрученные в спирали червячки, креветки и различные по величине звезды ползали по дну. Среди них была одна звезда, которая была похожа на светящуюся чашку, потому что она лежала на спине, и около двадцати своих щупалец подняла вверх. На каждом из щупалец было много тоненьких волосков.

– Она так и лежит все время?

– Да, а чего ей двигаться? Пища сама к ней сыплется сверху: бактерии, умершие мелкие рачки, объедки со стола высших этажей. Эта звезда находит пищу волосками и отправляет в рот щупальцами. А рот у нее для этого обращен кверху.

– А это что за цветочки растут?

– Это не цветочки. Это животные: сидячие актинии, морские перья, морские лилии. А вот этот шарик на длинном стебельке, похожий на одуванчик, это так называемая стеклянная губка. Все они питаются тем, что падает сверху.

– А что, если взять отсюда что-нибудь для украшения? – спросил Вася.

– Это бесполезно, – ответил экскурсовод, – давление здесь около тонны на каждый квадратный сантиметр, то есть в тысячу раз больше, чем на поверхности Земли. Давление снаружи и внутри жителей подводного мира уравновешивается. Как только мы вытащим что-нибудь живое наверх, оно сразу взорвется.

В это время кто-то из отдыхающих захотел задать экскурсоводу очередной вопрос. ПИП взял за ухо Васю и сказал:

– Вася, ты замучил экскурсовода своими вопросами. Он не ожидал, что на свете бывают такие любопытные и назойливые Васи. Не забудь, что у тебя на другом ухе висит приемопередатчик, по которому ты можешь удовлетворить переполняющее тебя любопытство, не мешая другим.

Вася понял, отодвинулся от экскурсовода, который уже объяснял что-то старенькой седой бабушке в очках, очень похожей на дедушку, и произнес контрольное слово «связь».

Удовлетворив любопытство экскурсантов, «Наутилус» стал подниматься. На глубине нескольких сот метров он поплыл вдоль склона подводного хребта, постепенно поднимаясь к поверхности моря. На дне, в густых зарослях, экскурсанты увидели крупных животных, похожих на разжиревших бегемотов. Веретенообразное тело начиналось с большой головы и заканчивалось большим хвостом, расположенным не так, как у рыб – сверху вниз, а как у кита – вдоль поверхности воды.

– Это что за бегемоты? – спросил Вася.

– Эти млекопитающие называются дюгонями, – ответил ему электронный информатор. – Эти трехметровые животные могут весить больше тысячи килограмм. В данном районе есть рыбоводческие заводы, где их специально разводят.

Васю рассмешил рот этих дюгоней. Рот был вытянутый вперед и очень широкий, в полтора раза шире головы. На спине дюгоней лежали по одной, по две рыбки. Рядом пронеслась двухметровая акула. На животе у ней тоже была рыбка.

– Перед нами только что проплыла так называемая ночная акула, – сказал экскурсовод, – очень опасная для человека.

– Опасная, опасная, а на животе у нее рыбка прицепилась и не боится, – удивился Вася, – и на дюгонях такие же рыбки греются.

– Это очень хитрые рыбки, – ответил ему электронный информатор, – у нее в нижней части головы вплоть до животика имеется присоска, которой она прилипает к крупным рыбам и животным, так, что их не оторвешь. Поэтому их и назвали прилипалами. Во-первых, рядом с крупным животным не страшно, во-вторых, объедками можно питаться, и в-третьих, бесплатный транспорт.

«Наутилус» поднялся на поверхность и направился к экскурсионному судну. Экскурсанты увидели под водой нескольких крупных черепах. На панцирях некоторых из них отдыхали прилипалы. Вдруг из-под воды вылетела стайка рыб и полетела по воздуху в сторону от «Наутилуса». Прошло около половины минуты, прежде чем рыбки нырнули в воду на расстоянии трехсот метров от «Наутилуса».

– Эх, ай, ай! – воскликнул Вася, – это что? Рыбки или птички?

– Это рыбки, – ответил информатор, висевший у Васи на ухе, – есть птички, которые умеют нырять в воду, а есть рыбки, которые умеют летать. У них вместо крылышек плавники, два передних – на груди и два задних – на брюшке. Их так и называют: четырехкрылые летучие рыбки.

Экскурсия на подводном «Наутилусе» закончилась, и космонавты с интересом стали наблюдать все, что творится на поверхности моря, пока еще две группы экскурсантов не побывали в глубоководном аппарате на дне впадины. Еще сутки, и экскурсионное судно вернулось на острова комплекса отдыха.

Большой Барьерный риф

На следующее утро Афанасий Николаевич за завтраком объявил:

– У нас в распоряжении еще три дня. Нам в Совете по организации отдыха предложили посетить интересное место – Большой Барьерный риф.

– А что это за риф? – спросил, как всегда, любопытный Вася.

– Это гряда коралловых рифов, возникших миллионы лет тому назад. На них поселяются новые колонии полипов, которые тоже умирают, оставляя новый слой кораллов. Риф растет в высоту, в ширину и в длину. Большой барьерный риф – самый большой на Земле. Он вытянулся в Коралловом море вдоль восточного побережья Австралии. Его длина две тысячи триста километров, а ширина от двух до ста пятидесяти километров. Там много интересного. Заодно и потренируемся в плавании с аквалангами и в водолазных костюмах.

– Договорились, – согласился Николай, с опаской поглядывая на Марину Петровну.

– Согласна, согласна, – усмехнулась она.

Васю никто не спрашивал. Все знали, что он наверняка обрадуется новым приключениям. О мнении ПИПа вообще не было необходимости думать. Его интересы всегда совпадали с интересами семьи и особенно с интересами подопечного Васи.

Небольшой экскурсионный самолет взмыл в воздух, неся группу путешественников снова в прибрежный город Кэрнс. Пока летели над морем, Вася, не теряя времени, снова пристал к ПИПу с вопросами.