Каюр - Андрей Алексеевич Панченко

Соверс, если не будет слушать специалистов, плохо закончит. Он и тебе подсказывает как котлеты жарить?

— Ха-ха! — Адам и стоящие рядом мужики заржали как кони — Ты знаешь, бывает и подсказывает, и ты прав, котлеты от этого лучше не становятся! Весёлый ты парень Сидор!

— Я лейтенант Гросс, можешь звать меня Чарли — Отсмеявшись, ко мне по очереди стали подходить и другие полярники, и первый из них, молодой парень не старше двадцати лет, с аккуратной бородой и усами как раз и оказался тем самым лейтенантом, в распоряжение которого меня отрядил начальник экспедиции. — Я метеоролог и гидрограф.

— А ещё астроном, картограф и специалист по магнитным и гравитационным исследованиям — Третий человек, который пожал мне руку был тоже молод, они с лейтенантом Гроссом были сильно похожи — Чарли у нас не в меру скромен, хотя наделён многими талантами. Он единственный среди нас военный. Меня зовут Ричард и я тоже Гросс, мы с Чарли кузены. Ну а в экспедиции я потому, что являюсь хорошим лыжником, на чем мои таланты и заканчиваются. Ах да, по совместительству я ещё и кузнец, и часовой мастер. Должен следить за научными инструментами и приборами.

Остальных троих парней звали Мэйсон — метеоролог и погонщик лошадей, Итан — картограф и механик, Льюис — штурман китобойного флота, которого взяли в экспедицию из-за его опыта работы с астрономическими приборами, а также из-за умения управляться с различными плавсредствами. В его распоряжении были три разборных каноэ, управлять которыми он должен был научить всех членов команды и на которых предполагалось обходит побережье Гренландии, если летом фьорды и заливы очистятся от прибрежного льда. Никто их этих шестерых парней не имел опыта участия не то что в полярных экспедициях, но и кроме Ричарда Гросса даже не умели ходить на лыжах.

Меня поразил возраст полярников. По их словам, все они кроме самого Соверса которому было тридцать девять лет, повара, которому стукнуло аж двадцать семь, и плотника Джо, которому перевалило за тридцать, были в возрасте от девятнадцати до двадцати двух лет! Соверс выбирал себе спутников исходя из их физических данных, здоровья и самое главное, он не желал иметь в экспедиции хоть кого-то, кто мог оспорить его авторитет и власть!

Поговорили мы не долго, вскоре из дома вышел Джо, которого Соверс отправил ко мне в помощь. Джо, весь покрытый опилками и деревянными стружками, произвёл на меня впечатление не разговорчивого и вечно недовольного флегматика, который без всякой охоты, но и без особых возражений пошёл помогать новоявленному каюру.

Втроем мы быстро управились с переноской грузов. Сделав по четыре ходки, вскоре все оставленные Матвеем вещи мы перенесли на основной склад. Палатку и её содержимое мы пока разбирать не стали, Джо сказал, что несмотря на заверения Соверса о том, что через день или два будут готово моё спальное место, пожить мне в палатке придётся дня четыре, не меньше. Джо и выделенные ему помощники попросту не успевали завершить даже внутреннюю облицовку зимовки, так как их постоянно дергали на другие работы. Кстати Джо тоже имел другие обязанности кроме работы по дереву, он ещё выполнял роль помощника повара. С работой мы закончили как раз к обеду, на который меня всё же позвали.

За столом собрались все одиннадцать участников экспедиции. Двое парней, с которыми мне ещё не довелось познакомится, оказались фотографом и художником Сэсилом Присли и геологом и физиком Эдвардом Уилсоном.

Обед состоял из консервированного мяса вперемежку с консервированными же бобами, галет и кружки кофе. Адам и его помощник в приготовлении этого блюда участия не принимали, так как были заняты на других работах, консервы разогрел нам лично Соверс. У каждого из полярников был свой табурет и место за столом, ну а мне пришлось пока довольствоваться вместо табурета ящиком из-под консервов, да и посадили меня возле самого входа, как раз на против начальника экспедиции.

— Господа! — Восседая во главе стола, Соверс обратился ко всем присутствующим. — Хочу познакомить вас с новым членом нашей команды! Это Сидор Волков, он русский, однако довольно сносно говорит на английском. Мистер Сидор примет на себя обязанности каюра и штатного охотника экспедиции. Так как особыми знаниями он не наделён, думаю, что и в этом качестве он сможет нам хоть в чём-то послужить и всё же стать полезным членом нашего общества! Он знает собак, умеет управляться с санями, а стрелять из ружья, я думаю каждый уважающий себя мужчина умеет… Впрочем, посмотрим. Напоминаю всем, и особенно вам мистер Волков, что дисциплина превыше всего! Мои приказы, приказы моего заместителя и назначенных мной командиров выполнять беспрекословно! Только так мы сможем пережить зиму и достичь цели нашей экспедиции! Сразу после обеда все расходятся по своим рабочим местам, а охотничья партия выходит на поиск добычи. Нам нужно заготовить как можно больше мяса до холодов, поэтому на отдых пока рассчитывать не придётся, зимой отдохнём. Помолимся господа и приступим к трапезе!

— Вот же сука… — Тихо прошипел я сквозь сжатые губы, пока остальные делали вид, что усердно молятся. Меня прям переклинило от высокомерных слов американца, в душе поднималась злоба.

Представил называется коллективу! Здрасти, вот вам тупой русский, который кроме как хвосты собакам крутить больше ничего не умеет, но представьте себе, вот же диковина, английский знает! А ни чё, что я три года считай из-за кордона не вылезал, где все общаются только на этом гадском языке⁈ Хочешь, не хочешь выучишь, к тому же целый год моим спонсором были языковые курсы, и я там обучался бесплатно! Да я если что, тут можно сказать самый умный, ведь знаю куда как больше того же Соверса! Я знаю то, для чего эта экспедиция собралась! Нет ни каких проливов и Гренландия — это один большой остров, а не архипелаг! Хрен вам, а не новые территории! Да и на лыжах я более-менее ходить умею, правда на горных… Да пофиг, какая разница⁈ Три года подряд в Альпах на них со Светкой катался! Соверс падла, мы ещё посмотрим, кто тут самый длинный и полезный член!

Глава 6

— У вас есть оружие мистер Волков? — Едва обед закончился, и все полярники как один достали курительные трубки и густо задымили прямо за столом, в единственной комнате зимовья, как Чарли Гросс тут же подошел ко мне.

— Было ружьё — Что-то такое припомнил