Каюр - Андрей Алексеевич Панченко

заменить, рядом не было. Да и сам я воду хлебал как не в себя, вчерашняя не запланированная попойка высушила меня почти досуха, так что я вполне прекрасно понимал страдающих от жажды псов. Разнося воду я снова и снова повторял новые клички собак, не забывая их хвалить за то, что они на них реагировали.

Закончив заниматься собаками, я остановился перед грудой вещей, что лежали на берегу. Нужно всё это перетащить на большой склад экспедиции, но я плохо понимал, как я сам могу с этим справится. Ящики были большие и тяжёлые, поднять их одному было может быть и в моих силах, но тащить их несколько сотен метров по неровному каменистому берегу я точно не выгребу. В помощники мне никого не дали, а все американцы сейчас были заняты делом и кого попросить о помощи я не знал. К Соверсу что ли обратится? Нет, видеть эту напыщенную рожу я пока не хочу, я ещё не отошёл от недавнего трудного разговора. Нужно что-то самому думать.

После недолгих размышлений, вспомнив как вчера Матвей лихо катил на нартах по камням, я принял решение попробовать воспользоваться помощью собак. Главное не опозориться! Весь мой опыт использования собачьих упряжек состоит всего из двух дней занятий с Иоханом. Хорошо, что Матвей хотя бы сани мне оставил. Эти нарты были не грузовые, они очень напоминали те, на которых я учился ездить в своем времени, разве что сделаны были целиком из дерева. Короткие, с длинными полозьями сильно выступающими позади грузовой платформы, для того, чтобы каюр мог на них стоять, с рулевой дугой. Груза в них поместится немного, но всё же больше, чем я смогу перетащить за три-четыре ходки. На берегу, возле домика американцев, я видел сани гораздо большего размера, целых четыре штуки. Изучая историю Арктики, я неоднократно замечал подобные на старинных фотографиях. У американцев универсальные нарты в которые можно запрягать как олений и лошадей, так и собак. В такие бы точно весь груз поместился, но я даже не думал о том, чтобы ими воспользоваться, управлять ими я пока не рискну.

Для пробного выезда я выбрал четырех лаек, которые мне показались более-менее спокойными. Подтащив нарты к импровизированному складу, я с трудом закинул в них ящик с пимиканом, несколько самых легких мешков и бидон с ядовитым спиртом, после чего отправился искать потяг и упряжь, куда их упаковал Матвей я понятия не имел.

После недолгих поисков я обнаружил искомое как раз в тех мешках, что уже валялись на нартах. Груда верёвок, кожаных ремней, цепей и шлеек были небрежно и всей кучей напиханы как попало, и я потратил с полчаса на то, чтобы распутать всю эту мешанину и разобраться, что есть что. Дольше всего я провозился с потягом, пока не догадался, что он состоит из отдельных секций. Соединяя их, добавляя, тяговые и шейные постромки, можно было собрать потяг на любое количество собак.

С трудом со всем этим добром разобравшись и прикрепив к переднему барану нарт потяг, а к нему упряжь на четыре собаки, я наконец-то приступил к тому, чтобы запрячь собак в упряжку. Больше экспериментировать с «веером» я не горел желанием, и поэтому упряжь была у меня изготовлена цуговая.

С тем, в какой последовательности размещать собак в упряжи тоже были нюансы, которые завесили от характера собак. Каких из них Матвей использовал в качестве лидера, тяговой силы или корневых я не знал, как и много чего ещё. Впрочем, этот вопрос я решил просто, более активных и послушных псов я поставил вперед, более сильных и флегматичных — назад.

— Вперёд! — Справившись с упряжью я встал рядом с нартами, ухватившись за край рулевой дуги и дал команду собакам начинать движение, мысленно молясь о том, чтобы они поняли, чего я от них хочу.

Собаки рванули вперед, нарта дернулась и медленно, но уверенно поползла по гальке, набирая скорость. Получилось!

Мой выезд не остался незамеченным. Едва я тронулся, как вся свора собак подняла дикий лай. Собаки рвались к упряжке, очевидно надеясь на то, что и их я сегодня возьму с собой на прогулку, или запрягу в сани. Услышав шум, оторвались от работы и американцы. Сейчас я ехал под пристальным взглядом десятков глаз и мне сразу стало не по себе. Впрочем, проблем пока не было, собаки уверенно тащили сани и казалось даже не сильно напрягались, мне же оставалось только идти с ними рядом и следить, чтобы сани не перевернулись на неровностях.

— Вы справились сами, похвально, а я уже собирался отрядить вам в помощь людей. — Соверс тоже вышел из дома, когда я подъехал к складу и крикнул «Стоять!». Собаки остановились как вкопанные, и я незаметно вытер выступивший пот на моем лбу. Я всё же сомневался, что всё делаю правильно. — И тем не менее я не доволен! Не стоит портить полозья саней о камни!

— Полозья подбиты железом, и чтобы их стереть потребуется что-то большее, чем пара поездок по береговой гальке — Я не смог удержаться от ответа. Выговаривает он мне сволочь! И это только первый день моей зимовки вместе с ним! — Мы их так только отполируем.

— Мистер Сидор, я советую вам прислушиваться к моим словам и не спорить! — От моего ответа лицо Соверса перекосила гримаса злобы — Вещи вам помогут перенести Джо и Адам! Заканчивайте со своими делами поскорее, охотничья партия должна выйти сразу после обеда!

Совер снова скрылся в доме, а я стоял как оплеванный возле недоделанного каменного склада, над которым трудились шестеро бородатых мужиков. Тебе звиздец Сидор! Как мне уживаться с этим идиотом целую полярную зиму⁈

— Ну что парень, как тебе знакомство с нашим боссом? Наш дядюшка Со не любит когда ему перечат, тебе это лучше уяснить сразу. Характер у него тяжёлый. Советую тебе всё же слушать его, если хочешь тут выжить, он знает, о чем говорит. Соверс хорошо разбирается в своём деле. Он дважды ходил в экспедиции на Аляску и в Канаду. — От раздумий меня отвлёк голос невысокого, но плотного мужика, который подошел ко мне с усмешкой на лице и протянул руку — Я Адам, повар и провиантмейстер экспедиции.

— Сидор — Я пожал протянутую руку — Знаешь, что Адам, Аляска и Канада — это всё же немного не то, что Гренландия и Северный полюс. Это как член с пальцем сравнивать! А ваш