Любовники поневоле - Элизабет Чедвик

– Я его перетфину, – заверил ее Отто Дидерик. – Кута фы хотите его перетфинуть?

– К дому мистера Маклода на Френч-стрит, между Линкольн-авеню и Вашингтон-авеню. Перед ним растет большая сосна.

– Я знаю, где эфто. Приду зафтра на рассфете, миссус.

«Какой странный молодой человек, – подумала Кэт. – Он даже не спросил, сколько ему заплатят». И это к лучшему. Кэт не имела представления, сколько платят плотникам в Брекенридже. Нужно выяснить это прежде, чем Отто Дидерик придет передвигать дом.

Коннор сомневался в успехе ведения дел с компаньоном-женщиной, но до сих пор разговоры с Шоном и его сестрой были обнадеживающими. Кэтлин Фицджеральд, казалось, понимала все, о чем они говорили; если не понимала, задавала умные вопросы; не хихикала и не обнаруживала отсутствие интереса к делам или неспособность разобраться в них. Но Коннора по-прежнему терзали сомнения. Теперь они касались плотника, которого наняла Кэт, Отто Дидерика. Этот глупый юнец постоянно торчал возле Кэт, пренебрегая работой. Более того, если Коннор давал ему указания, то неизменно слышал в ответ: «Я должен опгофорить эфто с миссус Фицджеральд», словно сумасбродный план Шона не касался дома Коннора. Ему оставалось лишь глядеть из окна на дом своего друга, придвинутый ко входу, и на полоумного немца-плотника, сооружавшего коридор между двумя строениями и оглушавшего всех стуком молотка.

– Я считаю это возмутительным, – заявила Кэт, когда Чарли Максвелл, их поверенный, разъяснил смысл закона о верхушке месторождения применительно к тому судебному процессу, в который были вовлечены Коннор и Шон. – Как может мистер Флеминг предъявлять права на жилу в земле, проданной вам им самим?

– Флеминг предлагает вернуть назад деньги, – сказал Коннор.

– Но он не извинился за то, что присолил заявку, прежде чем предложить ее нам, – сухо заметил Шон.

Коннор уловил недоумение Кэт, пытавшейся догадаться, что означает выражение «присолить заявку». Она не из тех женщин, что надоедают вам вопросами, в которых могут разобраться сами. Наконец Кэт проговорила:

– Не понимаю, какое значение имеет соль, если только она не разъедает руду.

– Флеминг присолил жилу рудой, – сказал Шон, – чтобы мы подумали, будто ее там достаточно, в то время как сам он считал, что руда залегает между жилой на нашей земле и другой жилой, которой владеет их компания. – Кэт все еще выглядела озадаченной. – Он думал что продал нам негодную землю, сестренка. Коннор, со своей стороны, не мог упустить такую удачную сделку и сразу же заключил ее. И оказался прав: не продвинулись мы и на двадцать футов вглубь, как наткнулись на залежи, богатые галеновой рудой. Это гораздо лучше той малости, которой Флеминг присолил участок.

– А теперь он хочет получить его назад?

– Он говорит, что верхушка жилы находится на его участке, – пояснил Чарли, – а должен сказать вам, мисс Кэтлин, те, у кого на участке находится верхушка, могут идти по жиле и разрабатывать ее, независимо от того, по чьему участку она проходит и когда была подана заявка на участок.

– Но он не прав, – вступил в разговор Коннор. – Верхушка как раз на том участке, который мы купили, поэтому мы владеем его жилой, а также участком по нашей первоначальной заявке. Мы подали встречный иск.

– Очень хорошо, – одобрила Кэт и улыбнулась Чарли Максвеллу, который расцвел от удовольствия. – Я уверена, что вы выиграете этот процесс, мистер Максвелл. Вы очень четко все объяснили.

– Если только мы с Шоном не потеряем все деньги, пока дело дойдет до суда, – заметил Коннор. Когда Кэт с озабоченным выражением лица повернулась к нему, он объяснил, что Флеминг – богатый выходец из восточных штатов. – А мы местные, с ограниченными средствами. Они будут затягивать дело до тех пор, пока судебные издержки не поглотят все, что мы имеем.

– Поистине, вы настроены пессимистично, мистер Маклод, – возразила Кэт.

– Если бы они не планировали именно это, то согласились бы на компромисс, как мы и пытались предложить. Они могут позволить себе тратить деньги, в отличие от нас.

– Будем надеяться, дело обстоит лучше, чем нам кажется, – пробормотал Шон и рассказал Кэт об одном случае судебной тяжбы насчет золотоносных участков, которая из зала суда перешла в вооруженное противостояние, стоившее жизни троим старателям.

– Это ужасно! – воскликнула Кэт.

– Не беспокойтесь, мисс Кэтлин, – сказал Чарли Максвелл, – до этого не дойдет. Я постараюсь решить все на суде.

– И будете стараться до тех пор, пока мы больше не сможем платить судебные издержки, – продолжил Коннор.

– А тем временем Флеминг будет разрабатывать жилу, которая должна была бы принадлежать нам. Он попытается скрыть тот факт, что ошибся в расчетах и, вероятно, что хотел обмануть меня, так как это в первую очередь может способствовать тому, что верхушка уплывет у него из рук, – добавил Шон.

– О Господи, – проговорила Кэт.

– Не бойтесь, мэм. Я не собираюсь проигрывать это дело из-за отсутствия денег, – успокоил ее Чарли, засовывая большие пальцы рук в карманы своего коричневого твидового жилета.

Шон и Коннор удивленно уставились на него.

– Очень любезно с вашей стороны, мистер Максвелл, но мы не можем позволить вам работать без вознаграждения. Почему бы нам… – Кэт взглянула на Шона. – Нельзя ли дать мистеру Максвеллу процент от прибыли с оспариваемого участка?

– Разумеется, но мы сможем заплатить не раньше, чем выиграем процесс. И даже если выиграем, вполне вероятно, пройдет несколько лет. Чарли тоже нужно на что-то жить, – заметил Коннор.

– Не беспокойся, Коннор. Думаю, предложение мисс Кэтлин вполне справедливо. – Чарли Максвелл лучезарно улыбнулся ей из-под пышного чуба каштановых волос, падавших ему на глаза, и еще с большим энтузиазмом продолжил: – Я согласен, работать на таких условиях.

Вскоре после заключения соглашения Кэт отправилась посмотреть, как продвигаются строительные работы. Чарли Максвелл составил ей компанию, чтобы позаботиться о безопасности леди в таком опасном месте, как стройка. Коннор поинтересовался:

– Что за чертовщина творится с Чарли?

– Да он влюбился, – сказал Шон. – Такое происходит сплошь и рядом. Взять хотя бы плотника. Ты ничего не заметил?

– Нет, – признался Коннор. – Я просто думал, что немец глуповат. Но знаю, что Чарли не таков. Ты считаешь, что твоя сестра специально подстроила так…

– …что мы обеспечили себе бесплатную юридическую помощь? Конечно, нет. Она даже не заметила, что происходит с Чарли, и не заметит до тех пор, пока он не сделает ей предложение. Тогда-то Кэтлин будет искренне удивлена, почему он вдруг решил, будто она им интересуется. Это происходит с тех пор, как ей исполнилось тринадцать, и единственным поклонником, которого заметила Кэт, оказался тот, за кого она вышла замуж. Именно он и принес ей столько горя. – Если выражение печали на лице Коннора что-то и означало, то, как с удовлетворением отметил Шон, ему явно пришлась не по душе мысль, что половина мужского населения города станет просить руки Кэт.