Моё (не)летучее счастье (СИ) - Наталья Алексеевна Мусникова

из зеркала и выходить из ванной комнаты поостереглась. Как любит повторять матушка: знакомый вампир лучше незнакомого оборотня, со своим-то всегда договориться можно. Правда, матушка непременно добавляла, что это правило не касается Охотников, с ними, независимо от того, знакомые они или нет, договориться невозможно, но об этой оговорке драконесса предпочла позабыть, призрака из зеркала она определённо боялась сильнее.

— Обиделась, но не сбежала, — Охотник выключил воду и подошёл к Риоле, до красноты растирая себя жёстким даже на вид полотенцем, — значит дело серьёзное.

— Более чем, — вздохнула драконесса, украдкой наблюдая за Арионом через запотевшее зеркало, висевшее на стене рядом с дверью.

Охотник подхватил с полки пушистое полотенце, обернул его вокруг бёдер и привалился к стенке, скрестив руки на груди:

— Ну, раз так, рассказывай.

— Может ты сначала оденешься? — Риола упрямо продолжала общаться со своим соседом исключительно через зеркало, пряча горящие от смущения и ещё чего-то, будоражащего кровь, щёки.

— Зачем? — ехидно удивился Арион. — Уши у меня на голове, а не одежде.

— Затем, что я не могу и не хочу разговаривать с голым мужчиной, да ещё и Охотником! — взорвалась драконесса.

— Малышка, признайся, только откровенно, тебя смущает моё происхождение или отсутствие одежды?

— Без или, — выдавила Риола и впервые подумала о призраке из зеркала с симпатией. В самом деле, ну, подумаешь, морда страшная из стекла выглянула, попугать решила, было бы из-за чего панику устраивать, не сожрать же она пыталась. А эта язва желтоглазая языком острым грызёт почище клыков, ещё и голышом всё время рассекает, извращенец!

— Пойду я, пожалуй, — пробурчала драконесса, но Охотник решительно придержал девушку за плечо, легко преодолев сопротивление повернул к себе, мягко и неумолимо, прекрасно зная, что отказа не последует, приказал:

— Посмотри на меня.

Магия подчинения сработала безукоризненно, Риола рывком, едва ли не слыша протестующий скрип шеи, подняла голову и взглянула на Охотника.

— Молодец. А теперь расскажи, что именно тебя напугало, — всё тем же убийственно-вежливым тоном попросил — приказал Арион.

— Я увидела в зеркале призрака, — ровным, лишённым даже тени эмоций голосом ответила девушка, стеклянно тараща глаза на своего повелителя, — точнее, это была омерзительного вида морда, которая вынырнула из глубины зеркала и сказала: «У».

— Призрак пытался напасть на тебя?

— Н-нет, не думаю.

— Знаешь, по-моему, не думать для тебя — основное занятие, — вздохнул Охотник и коротко мотнул головой. — Жди меня за дверью и без меня никуда не уходи, я оденусь и выйду. Если увидишь, услышишь, даже если померещится что-то страшное или подозрительное, кричи, ори в полный голос. Ты меня поняла?

Всё ещё находясь под воздействием магии подчинения, Риола заторможенно кивнула и медленно, словно ржавый манекен, вышла из ванной. Сразу же за дверью девушка застыла, не в силах сделать даже шага в сторону, хотя разум вопиял и требовал отойти.

«Проклятая магия, проклятый Охотник, — мысленно бушевала драконесса, не в силах даже пальцем пошевелить без приказа хозяина, — как же я его ненавижу! Воспользовался моментом, выдрал чешуйки, а теперь куражится, изверг!»

Открывшаяся дверь смахнула Риолу в сторону, словно сломанную куклу, а она не могла даже сгруппироваться, чтобы не так больно было падать, так и рухнула плашмя, отшибив себе не только колени, но и лицо. В ушах загудело, на глаза набежали слёзы, а в носу запекло и захлюпало.

— Блин, мелкая, какого мрака ты торчала под самой дверью?! — рыкнул Охотник, подскакивая к драконессе и осторожно приподнимая её.

— Сам сказал: ждать за дверью и никуда не уходить, — огрызнулась Риола, осторожно проверяя, цел ли нос и не разбит ли лоб. — Нужно тщательнее формулировать приказ, укротитель драконов.

Извинений драконесса не ждала, она рада была уже тому, что ничего не сломала во время падения, и проклятая магия перестала сковывать тело, а потому даже вздрогнула, услышав негромкое и с ноткой раскаяния:

— Извини.

Риола качнула головой, прогоняя шум в ушах после падения, недоверчиво покосилась на Охотника, ожидая от него какого-то подвоха или злой насмешки:

— Что?

— Извини, говорю. Не хотел, чтобы ты вляпалась в очередной раз в неприятности, вот и ляпнул, чтобы за дверью стояла и никуда не уходила. Начисто позабыл, что дверь наружу открывается, а ты без моего приказа даже отойти не сможешь.

Драконесса буравила Ариона пристальным взглядом, даже магией проверила, но никакого подвоха не обнаружила. Охотник действительно говорил то, что думал, не кривя душой и не пытаясь обмануть. В памяти невольно всплыла оброненная одним магом фраза: «Драконы обманывают не ложью, а правдой», может Охотники тоже так умеют? Но если они способны обмануть без лжи, как истинные Дети неба, значит между ними не так уж много различий? А что, если легенда, утверждающая, что Охотники и драконы имеют общих предков, — это не такой уж и вымысел? Да ну, бред, быть такого не может!

— Эй, малышка, не выпадай в астрал, не надо усложнять наши и без того непростые отношения пробудившимся даром предвидения, — Арион бесцеремонно ткнул Риолу пальцем в бок.

Девушку взвизгнула и отпрянула, опять чуть не упав.

— Ну, хвала магии, очнулась, — обрадовался Охотник, — пошли ловить твоего призрака.

— Может, экзорциста позовём? — предложила драконесса, ничуть не горя желанием снова лицезреть преотвратную морду из зеркала.

— Зачем? — изумился Арион. — Я же Охотник.

— А разве Охотники могут что-то, помимо истребления драконов?

Риола звучно клацнула зубами, но было уже поздно, слова вылетели и обратно их было не загнать. Арион недобро сузил жёлтые глаза, с шумом выдохнул:

— Во-о-от оно что… Значит ты уверена, что Охотники ни на что иное не способны, как отравлять жизнь несчастным драконам, безобидным, словно ромашки на лугу?

— А что, не так?! — вскинулась драконесса.

— Представь себе, — рявкнул Охотник, на миг выпуская из-под контроля свою магию, — ты, конечно, можешь мне не верить, но лично у меня есть дела и поинтереснее, да и поважнее, чем преследовать глупых чешуйчатых девиц, мнящих себя центром всего надлунного и подземного мира!

— И чем же ты занимаешься? — ядом, пропитавшим эти простые и вполне безобидные слова, можно было уничтожить всё живое на протяжении трёх дней драконьего перелёта.

— Работаю, представь себе, — огрызнулся Арион, впрочем, уже без прежней злобы.

— Кем?

И опять драконесса сконфуженно прикусила губу, уж слишком отчётливо прозвучал интерес в коротком, как выстрел, вопросе.

Охотник криво усмехнулся, потёр лицо, сбрасывая остатки раздражения:

— Ты не поверишь, трансцером, помогаю в смене ипостасей, особенно при первом превращении. Или непроизвольном, как тогда, в кафе, помнишь?

Риола так и застыла, неверяще глядя на стоящего напротив неё мужчину. Драконы, равно как и другие представители двоесущников: оборотни, лонг-вампиры, способные превращаться в летучих