Весеннее жертвоприношение - Маргит Сандему

Когда он снова повернулся, она уже сняла с себя, все остальное, стояла и ждала без тени смущения. Хейке на мгновение зажмурил глаза. Потом взял себя в руки.

— Ложись на землю, — промолвил он. — На спину.

Она тут же выполнила его просьбу, а он поправил положение ее тела.

— Вытяни руки и ноги! Как можно дальше!

— О, Хейке, так интересно, что ты будешь делать?

— Нет. Этого делать я не буду, — сказал он, стиснув зубы, благодарный себе за то, что одел штаны. — Руки разведи над головой чуть повыше, так, чтобы из тебя образовался крест..

Винга выполнила и это, не спуская с него глаз.

— Скала холодная! И неровная, — пожаловалась она.

— Теперь под тобой покрывала не будет. Игрушки кончились, Винга! Больше не смейся!

Она согласно кивнула головой. Винга может быть серьезной, если захочет. В этот момент она не испытывала никакого желания к развлечениям. Мгновенно все стало таким страшным. Она посмотрела вверх на холодную непостижимую луну, а затем перевела взгляд на необычное лицо Хейке, с удивительными древними символами, нанесенными на лоб, щеки и поперек носа, и внезапно его вид породил в ней страх. Глаза горели непонятным огнем, сам он обрел сейчас более языческий, нечеловеческий образ.

Состояние природы вокруг них стало более глубоким, роковым, заколдованным. Они были одни в этом сыром диком мире, отгороженном от остального человечества покрывалом тумана, расположившегося внизу на склоне горы. Здесь была лишь луна, безмолвный темный лес, земля, трепещущая в ожидании, и они… да может быть еще кое-кто, ожидающий их в глубине леса?

— Нет, пока еще рано! — заверил ее Хейке. Но многое ли ему было известно? О да, Хейке знает многое!

Он взял сосуд и начал рисовать магические символы на ее теле. Внимание Винги привлекло то, что символы имеют исключительно эротический характер. Видимо, это связано с ее девственностью. Вокруг грудей он кровью нарисовал красные окружности, и вне их нанес какие-то знаки. Живот ее и бедра украсили архаические фигуры.

«Только не с внутренней стороны бедер», — хотелось ей прошептать ему. Это слишком возбуждает.

Но она заставила себя промолчать. Глазами Винга искала глаза Хейке, и груди тяжело поднимались и опускались. Иногда они оба осознавали, что они охвачены одним лихорадочным состоянием.

Но сейчас они ничего не могли поделать с этим.

— Думаю, что наше страстное желание может стать для нас преимуществом, — тихо произнес Хейке. — Тем самым священность этого места приобретает еще большую силу.

— Да, — ответила Винга. Она знала, что сейчас он испытывает страстное желание обладать ею. Одежды на нем не могли скрыть этого. Она должна заставить себя лежать неподвижно, не прикасаться к нему.

Он провел несколько длинных линий через ее тело и продолжил их на скале. Крестообразно, так что получилась некая форма звезды. На теле ее он также начертил знаки, а сам все время старался держаться внутри внешних границ звезды.

— Ну вот! Готово, — шепотом произнес он. — Сейчас лежи и не двигайся некоторое время, пока я снова разденусь! Попытайся ощутить себя символом земли! Которая ждет весеннего чуда. Ждет оплодотворения.

— Но, Хейке, — воскликнула она потрясенно. — Я ведь не буду…

— Ты лишь символ, Винга!

— А ты не можешь стать символом? Неба или весны, или ветра, или чего-либо иного?

— Нет, не стану. Если ты потеряешь девственность, мы все разрушим.

Он отошел от нее. Винга смотрела вверх на луну и ей казалось, что луна — это лицо, которое уставилось на нее своим взглядом. В ее уже воспламенившемся теле появилась слабая дрожь, словно… словно… кто-то дотрагивался до нее… Словно овладевал ею…

Она быстро и испуганно задышала. Но ничего не произошло. Вернулся Хейке, снова полностью голый. Он поднял ее, поставил на ноги, а затем, прижимая к себе, поднял вверх к небу. Винга подняла руки вверх, словно хотела обнять все небо и смотрела на освещенное луной поднебесье. Затем Хейке медленно-медленно стал опускать свою весеннюю жертву так, что она все время сползала по его телу. На мгновение он остановился в момент, когда они оказались так близко друг к другу, как могут быть мужчина и женщина, не доведя дело до логического конца, затем он опустил ее на ноги.

— Ложись снова, но повернись, — сказал он тихо, — точно там же, где лежала раньше, если можешь!

Винга нашла свое место, оно было тщательно обозначено. Снова вытянулась, на этот раз лежа на животе. Ух, ее кожа сразу почувствовала холод и неровность камня.

Она была не в силах бороться с дрожью.

Хейке разрисовал ее спину. Это было довольно просто, ибо он нанес только один символический знак на верхней части тела. Винге показалось, что это было лицом Дьявола, но, само собой разумеется, такой образ родился лишь в ее воображении. Однако этот ритуал не являлся каким-нибудь дьявольским занятием, Люди Льда никогда не были причастны к этому. Ритуал был колдовским.

Хейке поднялся.

— Лежи спокойно, — сказал он, когда она хотела повернуться. — Сейчас начнется для тебя самое трудное. Кончики пальцев рук и ног должны указать размер магического круга. Сейчас я отмечу все четыре точки. Когда дойду до последней, у пальцев твоей левой ноги, ты должна быстро, как молния, вскочить и выйти из круга. Выбрось себя, или выкатись, как хочешь, но главное мгновенно. Поняла?

— Да, но почему?

— Потому, что круг будет тогда уже почти завершенным. Ты должна выскочить отсюда, так как начнется самое плохое. В противном случае тебя увлекут за собой. Не думаю, что подобное сейчас случится с тобой, до того, как я завершу работу, но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

«Увлекут за собой». Что он под этим подразумевал? Винга решила больше не думать об этих загадках.

— Да, я сделаю так, как ты велишь.

— Прекрасно! После этого ты сядешь вон там под волшебным корнем! Ты не можешь уйти отсюда домой одна, потому что никто не знает, что произойдет этой ночью. Укройся потеплее и, если не захочешь смотреть, не смотри.

— Не смотреть? Я думала, ты меня знаешь лучше, Хейке!

На его лице появилась слабая улыбка. Словно он знал заранее, какой будет ответ. В остальном же он был абсолютно серьезен. Никогда Винга не видела его таким напряженным, сосредоточенным и обеспокоенным.

Он подошел к ее рукам и кровью провел около них линию. Затем направился к ее правой ноге и, наконец, к левой. Винга почувствовала прикосновение палочки к пальцам.

— Давай! — прошептал Хейке.

Она перевернулась и выскочила из круга.

— Ты что-нибудь заметила?

— Нечто, похожее на слабый вздох. Но это, может быть, от нервного напряжения.

— Да, конечно.

Его лицо было необыкновенно бледным в свете луны. Они стояли вне круга, и Винга слегка приласкалась к нему, он сразу отплатил тем же. Тут она отошла и уселась под волшебным корнем. Зубы у нее стучали и она завернулась во второе покрывало, спряталась в нем.