Шах-наме - Фирдоуси Хаким Абулькасим

Сам пишет письмо Манучиxpу

Затем писца призвали во дворец,Услышал речи мудрые писец.Восславил Сам того, кто бесконечен,Того, кто был всегда, кто есть, кто вечен,Кто нам явил владычество свое,Добро, и зло, и смерть, и бытие,Кто создал мир с закатом и восходом,С кружащимся над миром небосводом,Кто – повелитель солнца, всех светил,Кто Мапучихра славой осенил.«Я – раб, одним лишь возрастом богатый,Вступил с отвагой в год шестидесятый.Пыль камфары – на голове моей:[16]Так я увенчан солнцем наших дней.Я прожил жизнь свою в броне и шлеме,В боях с твоими недругами всеми.В таких трудах немало лет прошло,Конь для меня – земля, мой трон – седло.Сломил я силою своих ударовМазандеран и землю гургасаров.Тебе я счастье добывал в борьбе,Ни разу не напомнив о себе.Но, государь, ты видишь: я старею,Я палицей, как прежде, не владею.И плечи, и могучий стан, и грудьСумели годы властные согнуть.Аркан мой отняло седое время,Шести десятков лет мне тяжко бремя.Я ныне Залю уступил черед,—Пусть в руки меч и палицу берет.Он с просьбою придет к царю вселенной,Он явится с мечтою сокровенной,Угодной богу, ибо твой удел,О царь земли, – защита добрых дел.Сомненья нет, известно властелину,Какой обет я дал когда-то сыну.Его желанье для меня – закон.Он мне сказал, обидой уязвлен:«Ты весь Амул на виселицу вздерни,Но лишь не вырывай Кабула корни».Пойми: питомец птичьего гнезда,Он рос, людей не видя никогда,И вот пред ним луна, краса Кабула,Своей цветущей прелестью сверкнула.Не диво, что влюбленный одержим,Ты гневом не грози ему своим.Я с сердцем проводил его тяжелым.Когда предстанет он перед престолом,Как царь, ответствуй сыну моему:Не мне, рабу, тебя учить уму».Поднялся Заль, охваченный волненьем,Письмо отца схватил он с нетерпеньем,Пошел, вскочил в седло, помчался вскачь,И загремел вослед ему трубач.

Синдухт отправляется к Саму

Когда в Кабул проникли злые вести,Исполнился Михраб вражды и мести,На Рудабу разгневавшись, вскипев,На голову жены излил он гнев.Сказал он: «Таково мое решенье.Не мне с царем земли вступать в сраженьеТебя и дочь порочную твоюПри всем собранье я сейчас убью.Быть может, царь земли свой гнев умерит,Когда в мою покорность он поверит!»Угрозу мужа выслушав, женаУселась, в скорбь свою погружена.Подумав, молвила: «Послушай слово.Ужели нет нам выхода иного?Казной пожертвуй, чтоб себе помочь.Пойми, чревата горем эта ночь,Но день придет, спадет покров тумана,И мир сверкнет, как перстень Бадахшана».А царь: «Не склонен я к таким речам,Старинных сказок не болтай мужам!За жизнь борись, когда ее ты ценишь,Не то кровавый саван ты наденешь».«О царь, – Синдухт заговорила вновь,—Мою, быть может, не прольешь ты кровь.Мне к Саму бы пойти, извлечь из ноженМеч разума: он более надежен.О жизни я заботиться должна,С тебя же только спросится казна».Царь молвил: «Ключ получишь без препятствий;Жалеть не стану о своем богатстве.Бери престол, венец, рабов, коней,В дорогу отправляйся поскорей,—А вдруг наш город шах не ввергнет в пламя,Погасший свет опять взойдет над нами!»Услышал именитый от жены:«Ты жизни хочешь? Не жалей казны!»Надела бархат и парчу царица.Блеск жемчугов и яхонтов струится!Взяла, чтоб одарить богатыря,Динаров тридцать тысяч у царя;И десять скакунов, одетых в злато;И десять – разукрашенных богато;И шестьдесят блиставших красотойРабынь: у всех по чаше золотой.Венец в алмазах, в славе царской власти;И множество серег, цепей, запястий;В рубинах, в жемчугах – престол царя,А золото престола, как заря.Он в целых двадцать пядей шириною,Он всаднику подобен вышиною;Немало всяких тканей и ковровНавьючили на четырех слонов.Затем вскочила на коня царица:Могла с отважным витязем сравниться!Торжественно приехала в Забул.Когда ее заметил караул,—Немедленно, себя не называя,Велела доложить владыке края,Богатырю, чьи славятся дела,Чтоб принял он кабульского посла.Так доложил завесы охранитель, —Впустить посланца приказал воитель.Синдухт сошла с коня, пошла вперед,И величавым был ее приход.Пред полководцем прах облобызала,С достоинством хвалу ему сказала.Тянулся караван – за рядом ряд —На два фарсанга от дворцовых врат.Свои дары преподнесла царица,—У Сама стала голова кружиться,Он голову, как пьяный, опустил,Руками он колени обхватил.«Не счесть богатств! – он думал, пораженный,—Ужель теперь послами стали жены!Богатство это от нее приняв,Обижу я властителя держав,А крикну ей: «Даров не надо сыну»,—Заль, как Симург, умчится на вершину!»Подняв главу, сказал: «Рабы, слоны,И кони, и сокровища казныПусть будут достоянием Дастана —От имени луны Кабулистана!»[17]Свалилась тяжесть у царицы с плеч,Пред ликом Сама к ней вернулась речь.С ней было три кумира, три рабыни,—Взглянув на них, ты вспомнишь о жасмине,—В руке у них – по чаше золотой,Где жемчуга сверкали красотой.Они каменья высыпали разом,Смешали жемчуг с лалом и алмазом.«От посторонних, – отдал Сам приказ,—Дворец очистить надобно тотчас».Синдухт сказала: «Славен ты недаром!Твой разум юность возвращает старым.Ты обучаешь мудрости вельмож,Ты озаряешь мрак и гонишь ложь.Твоей печатью зло запечатленно,И палица твоя благословенна!Михраб, я допускаю, виноват,Он плачет кровью, он тоской объят,Но в чем виновны жители Кабула?Зачем, над ними сталь твоя блеснула?Моя страна живет одним тобой,У ног твоих она лежит слугой.Страшись того, кто создал ум и силу,Кто каждому велел сиять светилу.Побойся бога! Разве ты злодей,Чтоб проливать напрасно кровь людей?»Сказал ей Сам: «Всю правду говори ты,Спрошу – ответь, но только не хитри ты.Михрабу ровня ты или раба?Где свиделись Дастан и Рудаба?Скажи: под стать ли Рудаба владыкамПо нраву, по уму, кудрями, ликом?Разумна ли, красива ли она?Ты обо всем поведать мне должна».Ответила Синдухт: «Воитель правый,Глава богатырей, оплот державы!Сперва мне вечной клятвой поклянись,Такой, чтоб содрогнулись прах и высь,Что не обрушится твое злодействоНи на меня, ни на мое семейство.Имеются чертоги у меня,Есть и казна, и слуги, и родня,Когда я гнева твоего не встречу,На все твои вопросы я отвечу.Все, что Кабул таинственно замкнул,Я постараюсь отвезти в Забул».Воитель руку ей пожал сердечноИ, обласкав, поклялся ей навечно.Царица, услыхав его ответ,Прямую речь и клятвенный обет,Склонясь к ногам богатыря сначала,Приподнялась и тайну рассказала:«Узнай же: от Заххака рождена,Отважного Михраба я жена.Я – мать царевны этой тонкостанной,Которой отдана душа Дастана.Чтобы узнать, кто враг тебе, кто другИ что замыслил ты, пришла я вдруг.Коль мы виновны, рода мы дурного,Коль не достойны мы родства такого,Так вот я пред тобой, полна скорбей:Коль вяжешь, так вяжи, коль бьешь, так бей.Но ты не мсти кабульцам неповинным,Не мрак ночной, а светлый день яви нам».Воитель понял, что она умна,—С душою светлой чистая жена.«Пусть жизнь моя, – сказал он, – оборвется,Я не нарушу клятву полководца.И ты, и весь Кабул, и весь твой родЖивите без печалей и невзгод.Согласен я, союз детей устрою,Да станет Залю Рудаба женою.Иного корня вы, но час пришел:Вы заслужили царство и престол,Так создан мир, и в этом нет позора,Бессмысленна с творцом борьба и ссора.Письмо я написал владыке стран,В письме – мольба и боль душевных ран.Заль полетел к царю с челом подъятым,Так полетел, как будто стал крылатым!На то письмо властитель даст ответ:Он улыбнется – мы увидим свет.Птенец Симурга ранен в сердце ныне,От слез его увязли ноги в глине!Коль Рудаба страдает, как жених,То места нет обоим средь живых!А ты мне покажи ее ланиты,—Прошу, за это дань с меня возьми ты!»Ответила Синдухт богатырю:«Даруй мне милость – сердце озарю,Взовьется до небес мой дух убогий,Когда в мои пожалуешь чертоги.Приди под сень кабульского дворца,И в дар тебе мы принесем сердца».Сам улыбнулся. Поняла царица,Что гнев исчез и нечего страшиться.Отправила проворного посла,Благую весть Михрабу подала:«Тревоги прогони, пришла отрада,Готовься, ибо гостя встретить надо.Я тоже медлить не хочу в пути,Вослед письму я поспешу прийти».Наутро, лишь забил родник рассвета,Синдухт, в парчу и золото одета,Направилась неспешно во дворец,К богатырю, чей воссиял венец.Когда она к престолу приближалась,Луной владычиц всем она казалась!Склонилась перед Самом до земли,Слова из уст царицы потекли:Просила дозволения царицаДомой, в Кабул, с весельем возвратиться.Сказал ей Сам: «Вернись в родимый край,Михрабу все, что знаешь, передай».Велел он одарить царицу щедроСокровищами, что таили недра,И тем, что было ценным во дворцах,Что на полях росло, цвело в садах,Скотом молочным, тканями, коврамиИ прочими достойными дарами.Он руку соизволил ей пожатьИ слово клятвы произнес опять,Что дочь ее берет он Залю в жены;Отправил с ней отряд вооруженный;Сказал: «Живи отрадно и светло,Кабулу не грозит отныне зло».Поблекший лик луны расцвел на диво,Синдухт пустилась в путь с душой счастливой.