Отныне мой пульс семь ударов в минуту - Аника Ледес

оказалось разбито, из него сочилась кровь, а сустав и кости ноги ныли. Ладонь оказалась не в таком плачевном положении, но ее тоже саднило. Собравшись с силами, я отправилась отмывать мраморный фонтан в форме горгульи, встроенный в серую кафельную стену; разобралась с порогами и полами, налила свежую воду в бассейн и наконец-то добралась до следующей купальни. Принца Эйдоса в ней не оказалось, что меня безусловно порадовало, ведь пересекаться я с ним совершенно не хотела, но рассчитывать на такую удачу в его покоях мне не следовало. В последнее время младший принц выходил из покоев только на совещания, приемы пищи, тренировки и купания. Поэтому я часто натыкалась на него в его комнате. Он не обращался ко мне, не давал советов и дополнительных указаний. Я просто выполняла свою работу и шла по своим дальнейшим делам.

Однако, этот день стал исключением. Едва я приступила к уборке, принц подозвал меня к себе:

— Смотри мне в глаза.

Мой взгляд столкнулся с хищным золотом его глаз.

— Где травмировала колено?

— Сегодня в купальне принцессы Просфоры.

— Что ты делала вчера в одиннадцать часов ночи?

— Спала, — ответила я чистую правду.

— Видела ли ты кого-то подозрительного в замке?

— Нет.

Как я могу видеть, если всегда смотрю в пол? — Нервно подумала я, ведь вопрос и вправду был совершенно нелепым.

— Ты смотришь не только в пол, когда остаешься одна.

— Но в присутствии вампиров мой взгляд всегда устремлен в пол.

Я не могла понять, почему общаюсь так, как мыслю, ведь ощущение подчинения спало. До меня смутно доходило, что мой рот не открывался и последние слова были лишь моим внутренним монологом. Да и Эйдос не проронил ни слова, но я могла его слышать в своей голове.

Наши удивленные взгляды выражали общее недоумение, только вот лицо принца быстро вернулось к своему обычному высокомерному виду.

Принц достал из стола и поставил на поверхность такую же баночку с мазью, какую мне давала Иза для лечения стоп.

— Что это значит? — Спросила я то ли про баночку, то ли про наше телепатическое общение. Скорее всего, про оба случая.

— А это нам и придется выяснить. — Принц самодовольно ухмыльнулся, облизнул острый клык и двинулся прочь из комнаты, оставив меня в полной растерянности.

Начались приготовления замка к пышному балу по случаю трехсотлетия принца Эйдоса. Заготовки мы начали делать за день, а чтоб подготовить свежую нарезку, мы не спали всю ночь. После зачистки работа давалась труднее.

Нам приходилось по-настоящему туго, но мы работали всю ночь, чтоб организовать банкет на сто тридцать вампиров. И вот настал день бала. Нам выдали нежно-голубые платья-миди, чтоб привнести некую легкость в обстановку. Руки покрывали длинные воздушные рукава, которыми я боялась зацепить или столкнуть блюда. Белые короткие перчатки скрывали ладони, белые чулки изолировали от вампирских взглядов открытые части ног. Все увечья, как и всегда, были надежно спрятаны под слоями одежды.

Как и раньше, мы разносили еду и вино по столикам. На этот раз столы стояли в шахматном порядке, но по-прежнему оставляли пространство для танцев. Все сидели как и с кем хотели, не разбиваясь по рангам. Украшения и скатерти были подобраны под цвет наших платьев, а точнее — наоборот. Дизайн зала для королевы в большем приоритете, нежели одеяния слуг.

Музыка все так же лилась по обширному помещению, голоса вампиров сливались в одно мелодичное журчание, но едва заговорил король Кириос, все голоса моментально стихли.

— Сегодня трехсотый день рождения моего младшего сына, — начал король. — Он мудр не по годам, красив и силен. Вы все знаете, что он бесстрашен, выезжает бок о бок с войсками на битвы. Так давайте сегодня веселиться в честь принца Эйдоса.

Все сто тридцать вампиров в один голос воскликнули: «Славьтесь, принц Эйдос Васильяс».

Большинство вампиров закружились в танце, а оставшиеся за столами, общались на свои темы. Мы же стояли возле выхода из зала, держа в руках подносы с вином на случай опустошения бокалов. Элиди бегала взглядом по всем столикам, дабы не допустить ни единого пустого бокала и мигом посылала нас по очереди к определенным вампирам.

Позволяя себе изредка поглядывать в толпу танцующих, я вспоминала бал в честь победы над мятежниками, как я вальсировала с принцем Эйдосом, наивно веря в его доброту, каковой в нем не оказалось.

Я была юна и глупа. Иза поплатилась за мои ошибки, но я смогла обойти все зачистки. Это несправедливо, но вдвойне несправедливо то, что я радуюсь наличию языка у себя во рту. Я не должна была радоваться такому, ведь моя подруга пострадала именно из-за меня.

Как только мы разъехались, наши отношения скатились до полнейший банальности. Мы больше не могли общаться, ведь работали в разных сменах. Ей было некогда писать мне письма и записки, а я не смела тревожить ее сон после вечернего душа. Мы только приветствовали друг друга кивками головы и мимолетными улыбками. У нас больше не было общих идей, мы не могли поддерживать друг друга по вечерам. Мы перестали быть друг для друга опорой. У нас обеих появились личные внутренние стержни, личные мотивы и цели, ведущие в разные стороны, разлучая нас.

Мой внутренний монолог прервал король с новым обращением. Все вампиры окружили его, внимая каждому слову.

— Сегодня мой сын вправе выбрать любой подарок. Озвучь же свое желание, сын.

— Благодарю Вас, отец. Я желаю личную служанку.

— Эйдос, какой же это подарок? Ты в любой день можешь выбрать себе личную слугу.

— Я желаю, чтоб она обучалась воинскому делу и врачеванию, дабы она могла выезжать со мной на поле боя.

— Слуги не имеют права покидать замок, но в честь торжества, я исполню твое желание, дабы верная слуга оберегала тебя и на поле боя. Кого же ты желаешь, сын?

— Астери Кафари.

Вампиры зашептались, как приятен младший принц и какие скромные у него пожелания. Служанки многозначительно поглядывали на меня и недовольно фыркали. Мне же просто не верилось, что я и вправду получила новую должность. Теперь у меня появилась возможность отомстить принцу, найти нужные мне карты и сбежать.

Когда празднество кончилось, Малия в подробностях описала мои обязанности, тыкая меня носом в Общий закон королевств. Женщина когда-то была личной служанкой короля, пока он не избрал для себя другую. Также личный слуга был у королевы Инеки и служанка у принцессы Просфоры. Остальные отказались от одного привычного слуги. Им нравилось разнообразие.

— Итак, ты с этого дня обязана помогать принцу во всем: начиная