На цепи - Уваров

Я оставил в углублении между породой сумку, затолкав ее поглубже лапой, и направился по каменной тропе, что шла наверх метрах в трех над бурлящей внизу речкой. Тропа то сужалась, то расширялась, становясь похожей на пресловутый Трефинонский тракт. По пути мне попадались неглубокие пещеры и провалы, трещины в породе, куда уходили тонущие во мраке тропы.

Солнце освещало верхний край горной гряды над моей головой, а здесь внизу уже царил серо-синий сумрак. Становилось прохладно. Холод мне был не помехой, но хотелось бы быстрее расправиться с животным и спокойно найти себе временное убежище. Можно было, конечно, поселиться в колдунском доме, но, если люди приняли меня за колдуна, долго я там не продержусь. А жаль, уж больно мне понравилось спать на широкой тахте с мягким матрасом и высокими подушками.

Я тряхнул головой. Не о том думаю. Этак совсем человеком стану. Я и без того слишком много знаю и умею по меркам ракха. Даже зеленая ведьма это заметила и ее белобрысый прислужник. Нельзя терять связь с предками. Мы не люди. Мы ракха — магические существа, что не признают законы людей, и тем более колдунство колдунов.

Тропа резко поворачивала, вместе с ней поворачивало и русло реки. За этим поворотом меня ждали. Я это остро ощущал. Завернул за угол, не таясь. Барс лежал на большом выступе, что нависал над обрывом неровным полукругом. Рядом с ним туша козы. Значит мой друг поужинал и сейчас вылизывал огромные мохнатые лапы.

Серая шкура с черными пятнами будто светилась серебром в темноте. Зеленые глаза большой кошки горели как два фонаря. Он уставился на меня и, осознав, что я представляю опасность зашипел, оскалив зубастую пасть.

Зверюга, как и я думал, оказалась старым самцом. Нюх уже подводил — не почуял опасность загодя. Здоровенный, шкуры много, мех хороший… Он поднялся и пошел на меня, рыча и скалясь. Я же пока стоял на четырех лапах. Мы в боевой форме можем перемещаться и на двух, но не хотелось спугнуть зверя. Конечно, догнать его не проблема, но зачем, если легкая добыча вот она — перед тобой.

Охотиться на барсов было просто. Магией кошки не обладали, а мы… Мы были лучшими охотниками в мире.

Я сделал прыжок и сразу ушел в портал, оказавшись рядом с барсом. Одним движением руки воткнул когти ему в шею и рванул на себя, разрывая мышцы и гортань. Почти мгновенная смерть. Крови, правда, много, но церемонится я не собирался, не до этого. Ракха старались убивать барсов голыми руками, то есть попросту душить, чтобы не запачкать и не повредить ценный мех. Задачка не их простых. Снежные барсы огромны. Ростом со взрослого ракха. Силищи у них тоже немеряно, так что мы иногда устраивали целые ловушки в наших горах, чтобы барс сдох сам, либо ослаб настолько, что не представлял бы опасность. Тогда шкура оставалась целой и легко можно было освежевать тушу правильно, по науке.

Барс еще какое-то время дергался, а затем затих. Я подтащил его к краю обрыва и положил так, чтобы голова свешивалась вниз. Здесь скала шла под наклоном, так что кровь быстро начала тонкими ручьями стекать в реку.

Я же пока осмотрел выступ и мертвую козу. Это оказалась вовсе не коза, а козел, причем такой же старый, как и барс. Что же… он нашёл добычу себе под стать.

Тут же на выступе обнаружилось логово зверя. Глубокая и широкая пещера. Неплохо устроился! Чтоб я так жил! Но вонища там была жуткая. Помимо старческой мочи, еще несло дерьмом и тухлятиной. Оставаться тут не было никакого желания. Так что я решил освежевать здесь свою добычу, а потом искать местечко получше.

Пока туша обескровливалась, я прошел назад по тропе, и ближе к выходу с нее обнаружил еще одну неплохую пещеру. Она была не столь глубока, но зато сухая и тут практически не воняло.

Решил, что на сегодняшнюю ночь она мне подойдет, а там поищу что-то поприличнее и на удалении от реки. Шум быстрого ручья перебивал звуки, но мог защитить, если нежданные гости придут с того берега. Все это время я принюхивался и прислушивался, но не было ни намека на белую тварь. Но где-то же она устроила себе логово, и что-то мне подсказывало, что где-то в предгорьях. После того как провожу обоз, будет время исследовать все предгорья от Эрифды до Руфорда.

Я вернулся к барсу. Кровь уже перестала капать, тогда я оттащил тушу в центр выступа и уложил на спину. Передние лапы поднял наверх, задние опустил вниз и раздвинул насколько возможно. Вообще-то, нужно привязывать лапы к деревьям или вбивать колья в породу, но я не намеревался сегодня охотиться, так что из орудий у меня были только мои когти.

Когти у меня что те человечьи ножи — острые и тонкие. Так что я быстро сделал круговые надрезы на передних лапах, соединив их, затем на задних и продолжил резать по внутренней стороне бедра, соединив разрезы в районе паха. А потом приступил к главному надрезу по центру туши, который соединил верхний и нижний надрез.

Затем сделал круговой надрез вокруг шеи — шкура с головы мне без надобности. Хвост тоже ни к чему.

Я принял истинную форму. Дальше так удобнее. Просовывая кулак между шкурой и мясом, начал снимать одну сторону. Где надо, использовал когти для подрезки — они у меня в истинной форме короткие, но все равно острые.

Когда закончил, ущелье погрузилось в полную темноту. Сюда не проникал ни свет звезд, ни свет луны, и я в очередной раз порадовался своему звериному зрению.

Я посмотрел на тушу, отрезал себе кусок мяса с бедра и тут же поужинал. Остальную тушу сбросил в реку. Козла отправил следом. Жаль, конечно, но сначала надо создать условия для схрона. Для этого стоит подняться выше в горы, где прохладнее. А впрочем, это я не о том думаю. Свежее мясо всегда лучше, чем лежалое. Это для стаи хорошо делать запасы, а мне оно и не надо. Нечего жалеть.

Теперь шкура. С нее, может, в городе монет выручу. Могут пригодиться, если сбегу от ненавистной ведьмы.

Я снова принял боевую форму и соскрёб со шкуры жир и остатки мяса. А потом сложил мездрой внутрь. Завтра попробую в городе сдать. Заодно и выясню, что там да как. Лес и горы я уже видел — везде