Старк Георгий Карлович. Воспоминания о службе на крейсере «Аврора» (1903–1912 гг.). - Андрей Геннадьевич Щегольков

котором растет виктория-регия. Это очень красиво. Оттуда я пошел в зоологический музей. Музей хоть и небольшой, но очень хорошо устроенный. В нем собраны все образцы фауны Зондского архипелага. Директор музея, который показывал нам все, обратил внимание на большого ящера, убитого в прошлом году на Новой Гвинее. Такого ящера считали уже выродившимся, а он оказался живой.

Вечер я провел довольно скверно. После обеда встретился с Борисом Владимировичем и со свитой, а это значит, до позднего часа игра на бильярде и питье виски с содой. Только около часа мне удалось удрать и лечь спать. Из-за этого я на другой день встал не в шесть, как хотел, а только в половине девятого. Чуть не проспал утреннего завтрака. Около половины 10-го я с Белли (лейтенант) поехал осматривать город, только он скоро меня покинул. Я сел в трамвай и решил доехать до конца линии. Трамвай довез меня в старый город. Дорога очень красивая, особенно одно место, где трамвай идет по лесу из кокосовых пальм. По бокам масса зрелых ананасов, за штуку берут 2 копейки.

16 декабря был у нас на крейсере завтрак для адмирала и командиров голландских судов и консула с женой. После этого мы ушли в Коломбо. Переход был неважный, все время имели свежий норд-вест, муссон. Еще первые дни были открыты иллюминаторы, а сегодня их пришлось задраить, все время поддает.

24 декабря. Коломбо.

28 декабря. Петр Николаевич утром уехал в горы, а я сижу один на корабле. Великий князь в первый же день съехал во дворец к губернатору. Вчера у нас был наш спектакль, поставлено было много вещей, но спектакль сильно затянулся. Великий князь на спектакле не был, он в этот день обедал у губернатора. Елки нам привезли очень хорошие, откуда-то с гор, так как здесь, конечно, никаких елок нет.

29 декабря. Эту стоянку в Коломбо переносить гораздо легче, потому что не так жарко. Бывают дни, когда до утра приходится покрываться пикейным одеялом. Завтра приезжает сюда «Она».

1 января. Вчера утром вернулся командир. Я был этому очень рад, потому что накопилось много дела, которое требует его разрешения. Елка была назначена в 4 часа дня. Около этого времени приехал с берега великий князь, но тут вышло маленькое недоразуменье: пароход, на котором должна приехать «она» и который должен был прийти 1 января утром, пришел 31 декабря в половине пятого дня.

Борис Владимирович раздал команде подарки, потом съездил на пароход повидаться с «ней» и к 6 часам вернулся обратно.

После обеда в начале восьмого начался спектакль, который мы на этот раз сократили, так что весь спектакль окончился в два часа. В 10 часов мы начали елку. Подарки в этом году были очень хорошие. Я выиграл портсигар хорошей индийской работы. Придется, вероятно, начать курить.

Перед самой елкой великий князь от себя и свой свиты поднес нам братину для крюшона старинной сиамской работы. Так как она была передана при соответствующей речи, то мне пришлось на это отвечать.

После елки мы сели ужинать, причем, чтобы отпустить его, я велел незаметно переставить часы на час вперед. Сейчас же после ужина великий князь уехал на берег.

2 января. Обедал у нашего консула Чокова. Это был нештатный консул, богатый чайный торговец, из простых, сделавший все собственным горбом, но зато как высоко он держал русское знамя.

Благодаря своему положению как консула и богатого человека он имеет всю провизию из Одессы и Владивостока. Все привозится на русских пароходах.

5 января. Вчера на берегу два наших матроса в пьяном виде подрались. Один другого ударил по шее разбитым стаканом и почти на месте убил, т. е. он жил не более 10 минут. Нам приходится с этим возиться, так как англичане хотят судить его своим судом (они правы, потому что люди, съехавшие на берег с военного корабля по своим делам, правом экстерриториальности не пользуются). Мы, конечно, хотим судить его своим судом. По английским законам его должны повесить, а по нашим нет. Ну да, конечно, наша возьмет верх, и мы его доставим в Кронштадт для суда.

8 января. Вчера утром нам доставили нашего матроса. Сначала англичане ни за что не хотели его уступать, но когда командир объявил им, что не уйдет из Коломбо до тех пор, пока ему не выдадут матроса, то они пошли на уступки и сказали, что пошлют телеграмму в Лондон, что они ничего не имеют против выдачи, ну а Лондон ответил, что если Коломбо не имеет ничего против, то можно отпустить. Теперь у нас сидит в отдельном помещении. На первом же русском пароходе отправим его в Россию.

Великий князь первое время произвел на всех здесь хорошее впечатление и теперь все это испорчено пребыванием здесь «её». Правда, она приехала с сохранением всех правил приличия, но только Коломбо настолько маленький город, что все знают, и чопорные англичане шокированы. Было бы лучше, если бы она приехала в Каир.

10 января ушли в Джибути.

22 января. Красное море. В Джибути мы простояли только два дня (18–20). Переход из Коломбо в Джибути сделали очень хорошо, меньше чем за 8 суток, и все время имели хорошую погоду. В Джибути французы хотели, вероятно, лопнуть ― такой они заворотили прием. Весь город был разукрашен флагами, и все время были какие-то празднества. Я был на скачках и на обеде у консула. Скачки ничего интересного не представляли, разве только то, что в заключение скакали верблюды, да и те бегали так плохо, что можно было и не смотреть.

25 января. Завтра утром рано придем в Порт-Саид. Сейчас идем каналом.

30 января. Завтра мы уходим из Порт-Саида.

2 февраля. Сегодня днем приходим в Пирей. Весь переход был очень бурный, и сейчас ещё свежо. Неделю тому назад мы ходили в белом и умирали от жары, а сейчас надели вязанку. Я обращаюсь в институтку и считаю дни, оставшиеся до прихода в Либаву. Сегодня утром осталось 47 дней.

3 февраля. Вчера около трех часов дня пришли в Фалеро. Сейчас же после постановки на якорь к нам приехала великая княгиня Елена Владимировна с мужем и наша миссия поздравить нас с приходом. Просидели до 5 часов, а потом все уехали на берег, так что опять стало спокойно.

11 февраля. В 9 часов пришли в Неаполь. Переход был очень хороший. Легкое маловетрие. Великий князь сейчас же съехал на берег в отель. Я не понимаю, зачем он нас держит.

15 февраля. В 5 часов ушли в Виль-Франш.

17 февраля. Днем проходили остров Монте-Кристо. Командир застопорил машины, и великий князь с несколькими офицерами съездил на берег. Оказалось,