Восход погибшего мира (СИ) - "Флемм"

Разумеется Ройг не понял и слова из незнакомой речи, но всё же обратился к Мафусаилу с вопросом — Где находится Хорезм?

— Что ты сказал? — Мафусаил уставился на Ройга. — Повтори, — и когда ещё раз услышал те же слова, изумлённо покачал головой. — Откуда ты знаешь про Хорезм? Вряд ли бывал в тех местах. Удивительно.

И оставил Ройга.

Лидия сидя в роскошном шатре позволяла ухаживать за собой рабыням Акулы. Те подготавливали девушку к предстоящему показу. Наполнили ванну тёплой водой и ароматными маслами, искупав, привели в порядок волосы.

Одна из рабынь, ещё юная девушка, с восхищением расчёсывая длинные чёрные волосы не могла удержаться оттого, чтобы не похвалить их.

— Госпожа, у вас великолепные волосы, — плавно вела расческой по густым прядям.

— Спасибо.

Но тотчас услышали сварливый голос другой рабыни — Она уже не госпожа, она точно такая же как и мы.

Рабыня с жадностью глядела на золотые украшения Лидии и набравшись дерзости, протянула руку к ожерелью.

Лидия перехватила её, и решительно произнесла, даже не глядя в её сторону — Ещё раз попытаешься, это будет последний твой поступок в жизни.

Рабыня замерла в нерешительности, затем выдернула руку и приблизившись к уху Лидии заговорила брызгая слюной и ядом — Тебя продадут словно породистую кобылу на базаре, а затем толстый и вонючий богач притащит к себе и овладеет тобой. Он будет трахать тебя до тех пор, пока вдоволь не насладится. А затем, если тебе повезёт, проведёшь остаток никчёмных дней в гареме где засохнешь и твоя красота увянет навсегда. А есть и такие любители, что заставляют своих рабынь спасть с животными, вот тебе будет весело если попадёшь к такому, — и запрокинув голову, зловеще загоготала.

— Пошла вон, — Лидия не удосужилась даже взглянуть на злопыхательницу.

Притихшая юная рабыня в одиночестве продолжала приводить Лидию в порядок.

Он близко, девушка прижала пальцы к ожерелью, он ищет их и скоро будет тут.

* * *

Той же ночью Валлис получив задаток от Акулы, покинул Невольничий рынок, не обращая внимания на всеобщее недовольство команды. Он спешил уйти в море и отправиться в сторону Эль Ряда. Непонятное чувство тревоги заставляло принять решение.

Сидя в каюте за столом, разглядывал золотой браслет. Всё же, тонкая вещь, змейка выглядела живой, казалось несчастную тварь взяли и покрыли золотой краской, заставив замереть.

Мастер создавший украшение не поленился соблюсти поразительную точность в сходстве с живой змеёй, на продолговатом теле видны крохотные чешуйки, а сколько усилий пришлось приложить чтобы вставить рубиновые глаза. И вправду уникальная работа требующая невероятного мастерства, такую поискать надо. Волшебство да и только.

— Хорезм, — проговорил Валлис, рассматривая украшение, — чёрт, надо было забрать все побрякушки на ней, — уныло вздохнул, вспоминая ожерелье. И чего он так перепугался? Надо было скопом навалится на него и наверняка бы прибили, ну или выбросили бы за борт. А с девкой бы точно справились.

Ему в голову пришла идея надеть браслет на руку. Запястье с лёгкостью проскользнуло в него.

— А что, недурно, — улыбнулся капитан. Вытянув руку, полюбовался под свет лампы.

Ему показалось, что рубиновые глаза золотой змейки как–то странно блеснули в огне.

— Хм, — поднёс к глазам, пристально вглядываясь.

Неожиданно змейка выпустила кончик хвоста, из пасти показался раздвоенный язык.

Валлис обомлел от происходящего, а змейка повертела головой, словно ища кого–то.

— М…магия, — прошептал Валлис и попытался снять браслет.

Едва дотронулся до него, змейка зло зашипев, впилась в руку.

— Ааа! — заорал перепуганный Валлис суматошно тряся рукой, пытаясь сбросить браслет.

— Капитан? — застучали по двери.

Змейка вгрызаясь в плоть, проникла под кожу.

Валлис заверещал во всю мощь. Матросы не стали дожидаться пока дверь откроется и в пару мощных ударов выбили её.

Их ошеломленному взгляду предстала следующая картина. Валлис истошно вопя, кромсал кинжалом собственную руку, разрубая острым лезвием на части.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В стороны летели куски мяса и кровь била фонтаном. Лицо капитана перепачканное кровью, искажённое от неописуемого страха, вызвало ужас у его подчиненных.

Адонис находясь ближе всех кинулся к нему, пытаясь выхватить кинжал.

— Она сожрёт меня! — кричал Валлис, продолжая резать свою руку всё больше и больше, добираясь до локтя и поднимаясь к плечу.

— Успокойся! — орал Адонис, но Валлис отбивался, размахивая кинжалом, резал и его.

Адонис отскочил в сторону, истекая кровью. Валлис кружа на месте, с диком протяжным воплем расталкивая команду выскочил на палубу. Не отдавая отчёта что происходит, стремился к воде. Споткнувшись, со всей силы приложился о палубу головой. Золотая змейка выползла из разодранной руки, извиваясь и оставляя кровавый след, вновь обрела прежний вид.

В лунном свете над ней склонилась фигура в одежде песчаного цвета. Агасфер поднял её и положил в карман. Затем тучи скрыли Луну а когда разошлись, старика на корабле уже не было видно.

Глава 7

Первые робкие лучи осторожно проскользнули через металлические прутья. Пленники за ночь порядком продрогли, ночи в здешних местах довольно прохладные. Свет угодил Ройгу в закрытые глаза и настойчиво тревожа веки, заставил мужчину открыть их.

Оглядевшись по сторонам, несколько недоумённо, он поднялся и подошёл к двери.

Чумазый парень в рваной рубахе презрительно выдал пару коротких фраз, Ройг не понял ни слова, по интонации догадался о том, что просто так его не выпустят. Наглый собеседник кровожадно ухмыляясь, провёл ребром ладони по горлу, явно намекая на грядущую участь пленников.

Ройг пару раз пристукнул кулаком по двери, не настолько она надёжна, приложив усилия можно выбить. Лидия, она приказала ждать.

Почему я повинуюсь ей? Едва подумал, что может бросить её тут на произвол судьбы, в голове словно вспыхнуло пламя. Острая боль пронзила его, Ройг рухнул на колени, сжимая голову ладонями.

Предназначение, прошелестело в ушах, выполни его.

Тот старик проклял меня, Ройг зарычал от поднимающегося гнева. Но чем больше сопротивлялся заклятию, тем сильнее боль сковывала голову, казалось, её обхватили раскалённым обручем и заставляли сжиматься всякий раз, когда Ройг думал противиться.

Хорошо, наконец сдался, прислонившись спиной к холодной неровной каменной кладке. Другие пленники наблюдающие за странным поведением Ройга, боязливо косились на него, и тот чумазый парень в рваной рубахе выбрал местечко в дальнем углу, на всякий случай.

Вот только беда в том, что тот колдун выкупивший его, мёртв.

* * *

Мальчишка раб в лохмотьях понуро брёл в сторону канала снабжающего Невольничий рынок питьевой водой. Пробираясь среди кудахтающих кур, по остывшей земле над которой поднималась тонкая дымчатая пелена, босыми ногами ступая по мокрой от росы траве, тащил на худой спине громадный кувшин.

На щеке ребёнка клеймо, акулья пасть, показывающая чей собственностью является. Мальчишка не всегда был рабом, родился в степи, в народе промышляющим разведением коз да овец. Очень миролюбивое племя, отчего и стало жертвой кочевников. Перебив взрослых, воинственные наездники пустыни захватывали детей и продали в рабство. Обречённые до конца дней служить и боятся своих хозяев, дети быстро теряли интерес к жизни, становясь послушными орудиями труда.

Утлые хижины с соломенными крышами, пристанище рабов. Акула не опасался бегства или неповиновения, бежать некуда, залив окружён неприступными скалами, а за Невольничьим рынком начиналась пустыня, она обладала такой же беспощадностью, убивая всех, кто не был подготовлен к встрече с ней. Как только дети рабы подрастали, Акула продавал их в Драгоценные Города или соседний Эль Рид, да любому, кто готов платить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мальчишка склонившись над широким ручьём с чистой питьевой водой, поставил кувшин в него. Зябко поёжился, утро выдалось довольно прохладным. Руки начали замерзать, он подул на них, согревая дыханием. Но холод не унимался, не смотря на то, что солнце уже готовилось вступить в полные права и начать палить как обычно.