На чужой земле - Тимофей Иванов

— В пещерах донник тоже растёт.

— Только его там почти не добывают, сударь — отозвался я, посмотрев на говорившего. Передо мной был коренастый представитель подгорного народа с вполне типичной для них внешностью, кроме одной детали. Он имел уж больно короткую бороду, тогда как все его сородичи щеголяли пышными лопатами, часто ещё и завитыми в причудливые косы — В пещерах под водой практически нулевая видимость, а источники света могут приманить или растревожить хищников. Но вижу вы тоже разбираетесь.

— Благодарю — важно приосанился низкорослый собеседник — Впрочем ещё бы мне не разбираться, всё таки я его добываю. Гмалин из Серого Прибоя, будем знакомы.

— Альвгейр Йорансон, а рядом со мной мой брат Тормод. Мы из Белых Медведей — вежливо кивнул ему я. Клановые знаки гномов на одежде для меня были в новинку, но тут трудно было не запомнить то, что видел в порту. Серый Прибой, как следует из названия, ведал прибрежными водами и причалами Ват-Барда, а так же таможней, оборонительным флотом и верфями. Ну и добычей всякого из моря, не без этого — Надо думать вы один из тех смельчаков, что отваживается лезть под воду?

— Так и есть, хотя в кораблестроении опять же смыслю — обрёл гном ещё более важный вид — Но слышал северные варвары тоже недурственные пловцы. От вас ведь к нам тоже везут немало даров моря.

— Трудно зваться морским народом и не уметь плавать — хохотнул я — Кстати как на счёт пропустить по кружке пива? Был бы рад послушать, как работают под водой уже подгорный народ.

Отказываться Гмалин конечно не стал. Я вообще не очень представляю, что должно происходить, чтобы гном не стал пить пиво, да ещё и на халяву. Влил коротышка в себя в Сломанном щите за мой счёт конечно немало пенного, но зато был весьма словоохотлив. В первую очередь выяснилось самое важное, борода у гнома была так коротко острижена, чтобы он мог нормально работать в техно-магическом водолазном шлеме. Хорошо хоть дело не дошло до нашей армейщины, которая предписывает сбривать растительность на лицах, чтобы она не мешала одевать средства индивидуальной защиты, правда коротышки наверно скорее утопятся, чем будут добровольно бриться. Бороды — это значимая часть их культурного кода, даже укоротить их могут только по очень вескому поводу, буквально идя на сакральную жертву ради своего народа и чертовски солидных барышей. Ну да это ладно, чужой монастырь, чужой устав, все дела. Другое дело, что быстро выяснилось: с плаваньем у гномов всё было довольно паршиво. По дну они скорее ходили и делали это небыстро. И как следствие добыча чего-либо со дна являлась большим и дорогостоящим гемором. Для полного счастья работать они могли только на крайне небольших глубинах, рекордом было лишь что-то около шести метров под водой. Если зайти глубже, то вскоре гном погибал, порой даже не поднявшись на поверхность, а порой поднявшись склеивал ласты без видимых причин от внутренних кровоизлияний. Припомнив свою прошлую жизнь, я понял в чём дело, возблагодарив Жака-Ива Кусто, его Калипсо и Одиссею, да будет французу на том свете вдосталь вина, мадмуазелей и аквалангов. Гномов убивала кессонная болезнь, видимо тут никто ещё толком не разобрался, как эта штука действует.

Но вот я знания об этом имел, а ещё не смотря на приколы над Тормодом, заклинание подводного дыхания всё таки выучил, Гринольву-то тоже для зелий кое-какие водоросли были нужны, да и в поединках он меня не раз «смывал» в море, сразу топя на приличную глубину. Так что подпоив гнома с ним удалось предварительно договориться о работе рядом с одной из подводных скал, где «не очень-то бородатым коротышкам» делать было особо нечего, а вот я мог развернуться. Наставник мою инициативу одобрил, правда по первости всё равно наградил подзатыльником. Не оценил он как-то, что я пьяный в нашу комнату поднялся, впрочем Тормоду тоже досталось, раз уж глушили пиво мы вместе.

А через несколько дней всё как-то закрутилось. Даин зондировал почву со своей стороны, Гмалин же обеспечил нам нужный настрой изнутри берегового клана. Два ассона не бог весть какая конкуренция, но однако гномы не любят кого-либо пускать в свой огород. Иронично, но нафиг этим бородатым горцам тут не сдалась никакая трудовая миграция. Привезите свои товары, купите наши и валите к долбанной матери, не забыв заплатить налоги, вот и весь сказ. В целом мне такой подход нравился, но не когда я трудовой мигрант. Да, иногда и у меня тоже проскакивают двойные стандарты, каюсь, грешен. Но что делать? Гмалин-то считай половину добытого собрался забирать себе, а без него фиг бы кто дал вообще нырять рядом с портом, территориальные воды гномов всё таки. Так что на небольшом баркасе на первом выходе я был не шибко счастлив, что не могло укрыться от Тормода.

— Слушай, а среди родни твоей мамаши не могло найтись гномов, а? — поддел он меня в очередной раз — Всё таки это про их прижимистость легенды ходят, не про эльфов.

— А не пошёл бы ты Мимиру в зад, а? Мне ещё клинок купить надо, да и от новой кольчуги я бы не отказался — в очередной раз проворчал я ответ брату под ухмылки четырёх гребцов и кормчьего.

Судёнышко гномов было небольшим, но основательным, как и всё, что делает подгорный народ. На нём даже небольшой очаг был в центре палубы, у которого предполагалось греться. До резины тут никто не додумался и кожаных герметичных костюмов никто тоже не изобрёл, так что водолазам приходилось несладко, особенно весной и осенью. Хотя летом пожалуй тоже, всё таки город-то расположен не в тропиках, а скорее на севере средней полосы. В воду же лезть надо не просто искупаться, а долго и упорно там работать.

— Ну что, готов попробовать? — поинтересовался Гмалин, когда мы прибыли в нужное место. Здесь из моря торчала скала, вокруг которой обычно и работали сборщики. Но понятное дело лишь в хорошую погоду, чтоб лодку о