А.Д.А.М. (СИ) - Хоффман Рита

— Поднимаем твой рейтинг. — видимо, на его лице не появилось понимания, потому что Рён добавил: — Ньютон накрутил что-то и теперь программа считает, что мы находимся в волонтерском центре.

— Серьезно?

— Посидишь тут, получишь пару делений. Контракт с арендодателем автоматически возобновится, если прошло не больше двенадцати часов.

— Отлично. — он искренне обрадовался, что спать на диване у Лизы не придется. — Ньютон чертов гений.

— Это не новость. — Рён сдержанно кивнул.

Он выглядит как человек, которому не нравится то, что он делает, поэтому будет великодушно отпустить его к друзьям.

— Иди, тебя все ждут. — Зисс махнул рукой.

— Не могу. Придя сюда, я потерял деление. Нужно восстановить. — нехотя ответил он.

— А, вот как. Понимаю. — понимал он плохо, но старался. — Змей отругает.

— Заткнись ты уже. — Рён сел рядом, но тут же отодвинулся на другой край дивана.

— Я не заразный. — из-за алкоголя шутить он начал еще хуже, чем обычно. — Не шарахайся от меня.

— Ты хреново выглядишь. — кажется, прошло несколько минут, прежде чем Рён снова заговорил.

— Потому что у меня внутри Хиросима. — признался Зисс. — Что за пойло тут наливают?

О, чудо! Юный полицейский разразился хохотом, которому может позавидовать любая африканская гиена. Не подхватить его невозможно — он тоже засмеялся, осторожно, чтобы не расплескать по комнате то, что в него залил бармен.

— Не такой уж ты и убогий. — Рён поправил куртку и посмотрел на него куда более дружелюбно. — Тебе нужна помощь?

— Какая? — не понял он.

— Моя девушка не пришла. Могу помочь добраться домой.

— У тебя под баром бэтмобиль? — спросил серьезно, но Рён снова улыбнулся.

— Как полицейский я не могу бросить пострадавшего в беде.

— А, так теперь ты полицейский. Слишком быстро меняешь правила игры, я забыл стоп-слово.

Отлично, чувство юмора возвращается, шутки выходят просто прекрасные, хоть сейчас лезь на сцену и начинай стендап. Только вот внутри все еще пожар, будто хлебнул бензина.

— Тридцать один. — Рён встал. — Поздравляю, у тебя снова есть квартира.

— За которую нечем платить. Ура! — он тоже встал и убрал волосы за уши. — Благодарю, офицер. Вы меня спасли.

— Отплати мне молчанием. — он открыл дверь. — Так что, тебе нужна помощь?

— Ты меня как бездомную собаку решил доставить в убежище?

— Как сбитого мусоровозом кота. Иди к выходу, я заберу рюкзак и найду тебя.

Глава 7

«На улице последствия отравления шотом переживаются легче». — подумал он и ошибся.

Перед зданием собрались не только байкеры, но и десяток машин, из которых орет музыка. От выхлопных газов нечем дышать, тошнота только усилилась, начало казаться, что он попал в Ад и первый круг, честно сказать, отбил всякое желание продвигаться по местной карьерной лестнице.

— Ты свободен?

Она отставила ногу в сторону, демонстрируя разрез на длинной юбке и оголенное бедро. В неоновом свете выглядит красиво, даже привлекательно, но продолжать знакомство слишком опасно — малиновый шот с «холодком» может все испортить в самый неподходящий момент.

— Что? — прохрипел он.

— Ты свободен? — повторила красавица.

— Занят.

А вот и спасательная бригада пожаловала в лице будущего хранителя порядка.

— Жаль. — она улыбнулась. — А может вы оба…

— Нет. — отрезал Рён. — Возьми.

На бутылку покосился с подозрением. Если там очередной творение бармена, то до утра он не доживет.

Отхлебнул воды, почувствовал, как в тело возвращается жизнь. Девушку проводил взглядом, красивая, даже жаль, что же уходит.

— Меня снять пытались? — спросил он.

— Что, в первый раз? — усмехался Рён криво, как-то слишком саркастично.

— Такая красивая — в первый.

— Странно. Можешь опереться на меня.

— Обойдусь, пожалуй.

Так и пошли, шатаясь, вернее, шатался только Зисс, племянничек Змея только резко дергался каждый раз, когда он пытался свалиться.

— Прирожденный спасатель. — шутки снова испортились.

— Могу бросить тебя здесь, может, кто-нибудь подберет. — судя по голосу, он смирился с насмешками и просто терпел. — Если ты и на работе так идиотничал, то понятно, почему тебя уволили.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я хорошо работал! А уволили меня из-за Эша. — к малиновому огню, бушующему внутри, присоединились муки совести.

— Таких, как он, в участок пачками привозят. Поживешь тут, привыкнешь. И что, — он резко сменил тему, — где теперь будешь кредиты брать?

Они вышли на улицу, одну из немногих, на которой действительно работало ночное освещение. Яркий белый свет слепит не хуже солнца. Зисс заслонил глаза рукой.

— Ты в порядке?

— Если буду пялиться на свет, словлю приступ.

— Эпилепсия? — с пониманием спросил Рён.

— Мигрень.

— Я думал, ее давно научились лечить.

— Хрен там плавал. Органы выращивают, биомехов собирают, а эта болезнь так и осталась проклятием человечества. — ворчать на эту тему он любит, внутри просыпается дед, которому не перепало благ современности.

— Закрывай глаза. — скомандовал Рён.

— Мама учила не доверять незнакомцам. — сказал, но глаза все же закрыл. — И что?

— Доведу тебя. — офицер оказался настроен решительно. — Брат моей матери покончил с собой во время приступа много лет назад. Настолько убойная штука?

— Иногда кажется, что в голову вбивают железнодорожный костыль. Раскаленный. Через глаз. — одно воспоминание о приступе заставило внутренности сжаться. — Попутно тебя тошнит, как при морской болезни, и если ты переворачиваешься на другой бок — оп! Твой обед на полу.

— Звучит неприятно. — Рён взял его за локоть и медленно вел вперед. — И что, часто такое происходит?

— Раз в пару месяцев, если ты был хорошим мальчиком, вовремя ел, не смотрел на мигающие огоньки и спал семь часов, а не два и те сидя. — он усмехнулся. — Некоторым помогают лекарства. Но большинству — нет.

— Ты в большинстве?

— Догадливый, понятно, почему тебя взяли в полицию.

— Меня не брали. — сказал он. — Тай протащил.

— Заботится о тебе?

— Пытается вытащить из Тринадцатого. Сам поднялся, был еще ниже, чем я сейчас. Он похож на таран — любую стену проломит, если ему что-то нужно.

— Ты тоже хочешь взобраться повыше? Поверь, ничего хорошего там нет.

— Ничего хорошего — это когда у тебя нет кредитов на еду.

Ясно, тема запрещенная, Рён начинает выходить из себя — это понятно по тому, с какой силой он сжал пальцы. Локоть тут же откликнулся болью.

— Мы в разные стороны идем. — Зисс открыл глаза и осторожно освободился от железной хватки. — Я качусь вниз, а ты пытаешься дойти туда, откуда я падаю.

— Хватит заниматься херней. — Рён засунул руки в карманы. — Романтика трущоб заканчивается, когда понимаешь, что жить тебе негде, все друзья — наркоманы и воры с вырванными биометрическими паспортами, а родные так тяжело больны, что никакие деньги им уже не помогут. Хватит падать, Зисс.

— Учить меня будешь? — он пытался разозлиться, но не мог. — Я думал, что подняться будет не так уж и сложно, но ошибся. А сегодня вообще совершил сальто назад, прямо в пропасть.

— Кстати об этом. — они свернули в переулок. — Работа нужна?

— Конечно. — Зисс оживился. — Не в моих интересах отказываться.

— Родственник Хлои держит хостес-клуб в Тринадцатом. Ему всегда нужны ребята вроде тебя, парней всегда не хватает. Могу поговорить с ним и…

— Я понятия не имею, что такое хостес-клуб. — признался Зисс. — Но, если там не происходит ничего незаконного, я согласен.

— Тебе стоит быть осторожнее, соглашаясь на все, что предложат. — Рён обреченно вздохнул. — Это место, в котором платят за красивое лицо. В общем, если придешь, тебе все расскажут.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лампочка над подъездом призывно мигнула и погасла. Двор погрузился в темноту.

— Отлично. — Зисс достал телефон и включил фонарик.

— Живешь ты в заднице, конечно. — почему-то этот факт развеселил Рёна.