Самурай-буги - Таскер Питер

Что случилось с деньгами? Куда они подевались? Никто не знает. По крайней мере, кто знает, тот не говорит.

Мори садится на диван и перебирает почту. Ничего важного – счета, купоны, реклама. Теперь все доступно повсеместно – аренда офисов, доставка суси, два часа в доме свиданий, гарантируемая вечность в многоэтажном похоронном бюро на микросхемах. Все становится дешевле и дешевле. Каждый демпингует, пытаясь превзойти других.

Мрачность Мори сгущается, когда его взгляд падает на подмоченный дождем рекламный листок, который выглядит так, будто его напечатали на игрушечном наборном станке:

«Проблемы? Социальные, экономические и частные расследования по самым низким ценам. Мистер Нет Проблем – вы платите только за результат!»

Мори берет трубку, набирает номер. Голос на другом конце – мужской, молодой, преисполненный усталого энтузиазма:

– Алло, Мистер Нет Проблем слушает! Решение ваших проблем по самым низким ценам в Японии!

– У меня есть проблема, – говорит Мори грустным дребезжащим голосом, подходящим человеку с серьезными личными проблемами.

– Продолжайте, – подбадривает его Мистер Нет Проблем.

– Проблемы с моей женой, – продолжает Мори. – Иногда она уходит по вечерам и не возвращается до утра. Она говорит, что ночует у одной из старых школьных подруг, но я не знаю, верить ли? Скажите, сколько может стоить подобное расследование?

– С удовольствием! – искренне восклицает Мистер Нет Проблем. – Вам нужна наша служба персонального слежения. Это в вашем случае самое разумное, и это очень дешево.

– Насколько дешево?

– Две тысячи иен в час.

Мори чуть не давится слюной. Две тысячи иен! Это вполовину меньше его обычных расценок. Это меньше, чем ставка вышибалы в стриптизе!

Мистер Нет Проблем воспринимает потрясенное молчание Мори по-своему.

– Это вам по карману? – тревожно интересуется он. Мори решает зайти дальше:

– Я не уверен. Вот вы говорите, что у вас самые низкие цены… Это правда? А я слышал, можно проследить за человеком за полторы тысячи иен в час…

– Полторы тысячи иен! Сообщите мне, пожалуйста, где вы узнали о таких ценах? Если это правда, то мы, конечно, предложим вам более дешевый вариант. Я обещаю.

– Есть такой парень по имени Мори, «Служба исследований Мори». Он тоже гарантирует самые низкие цены в стране. Вы же не можете оба быть самыми дешевыми, так?

– Уважаемый клиент! Позвольте мне навести справки! Если бы вы согласились сказать мне свое имя и номер телефона…

Мори бросает трубку. Недовольство переполняет его.

Телефон звонит. Это что, уже Мистер Нет Проблем? Мори хватает трубку и рычит самым своим неприятным голосом:

– Мори, социальные и экономические исследования. Кто вы и чего вы хотите?

– Ах, Мори-сан, ну наконец-то! У меня самолет улетает через несколько минут… Я звонила все утро! – Это голос Кимико Ито, поспешный, слегка раздраженный; на фоне объявлений по громкоговорителю и гула взлетающих самолетов.

– Меня не было в офисе, – сухо отвечает Мори. – Я работаю по новому делу.

– Надо было включить автоответчик.

– Он сломан.

Телефон, трубку которого Мори прижимает к уху, не предполагает автоответчика. Вместо этого у него имеется отдельный агрегат, подсоединенный к бакелитовому корпусу парой полосатых проводков. В дождливый сезон часто ломается.

– Жаль. Короче, я звоню по поводу прошлого вечера. Я была не права, что так вас критиковала.

– Конечно, не правы, – отвечает Мори, не слишком раздумывая над своими словами.

Кимико Ито говорит что-то еще, но ее голос заглушается объявлением:

– Последний раз вызывается пассажир Ито – будьте любезны пройти к выходу на посадку. Посадка на Милан заканчивается.

– Не слышно, – говорит Мори. – Что вы сказали?

– Я говорю, что вы абсолютно правы. Я хочу, чтобы вы снова приступили к делу как можно скорее.

– Погодите, но вечером вы сказали…

– Забудьте про вечер, – быстро отвечает Кимико Ито. – Я не могу сейчас говорить, у меня самолет улетает… – Голос в трубке пропадает и снова включается. – … специальный бонус, Мори-сан, 30 % к оплате, просто скажите «да»…

Тридцать процентов! Что с этой женщиной? Выяснить невозможно. Шум в трубке усиливается, громкоговоритель повторяет объявление, ревут самолетные турбины.

– Да, – говорит Мори. – Вы меня слышите? ДА! Когда шум стихает, в трубке уже короткие гудки.

Мори представляет себе элегантную маму-сан с Гиндзы: как она торопится на самолет, и сумка от «Эрме» болтается туда-сюда. Так или иначе, самое важное: Мори снова в деле. Теперь у него больше не «ничего» – теперь у него «кое-что».

От чего он сразу становится доброжелателен и великодушен. Так что когда телефон звонит снова и он слышит голос Мистера Нет Проблем, он решает позабавиться.

– Это Мори-сан из «Службы исследований Мори»?

– Да, это я, – на этот раз голосом не грустным и дребезжащим, а, напротив, спокойным и деловым.

– У меня есть проблема, – говорит Мистер Нет Проблем так же оживленно, как и раньше. – Нужна помощь специалиста.

– Так, и что же это за проблема?

– Понимаете, меня беспокоит поведение моей жены. Она иногда уходит по вечерам к своим школьным подругам и не возвращается до самого утра.

– Не возвращается? – сочувственно повторяет Мори. – Ужасно.

– Да, ужасно. И вот я ищу хорошую, дешевую службу индивидуального слежения. Какую плату вы назначили бы мне за час слежки за моей женой?

– Девятьсот иен в час, – без колебаний отвечает Мори.

Мистер Нет Проблем на том конце провода сглатывает. Мори выжимает свое преимущество до конца.

– Это нормальная цена? Если вам не по карману, мы могли бы сделать специальное предложение.

Несколько секунд тишины. Когда Мистер Нет Проблем снова начинает говорить, в его голосе уже нет уверенности. Он просто квакает:

– Девятьсот иен! Но это ведь меньше, чем полставки в какой-нибудь якитории.

– Так и есть, – отвечает Мори. – До того, как заняться этим бизнесом, я работал в якитории. Но меня уволили за то, что я путал заказы.

– Вас уволили из якитории?

– Ага. И я решил стать детективом – тут не нужно так много думать. В общем, если девятьсот иен для вас много, я могу предложить двадцатипроцентную скидку за три дня работы. Как, подходит?

Короткие гудки. Мори улыбается. Теперь у Мистера Нет Проблем некоторые проблемы появились. Экономического характера. Такая, например: как заниматься бизнесом, где заработки ненамного выше, чем у студента колледжа за время каникул.

Мори отпускает трубку, и она легко выскальзывает из ее руки, падая на рычаг с мелодичным дзинь.

Ну а теперь вернемся к делу Миуры. Кимико Ито почему-то решила повысить ставки, и теперь это дело – самое потенциально выгодное для Мори за последние годы. Но пока загребать и вытаскивать нечего, есть лишь куча загадок и странностей. Пропавший охранник. Визитка в ящике. Полицейский отчет без полицейского расследования. Вопросы приводят к новым вопросам, подозрения повисают в воздухе. В целом дело мутное, как миска свежесваренного супа мисо.[15]

Мори плюхается на диван, размышляет. Чиновники – невидимая армия оккупантов. Им не надо делать вылазки из своей крепости в Касумигасэки. Их орудия контроля – правила и указы, постоянно меняющиеся административные предписания, разрешения, лицензии, субсидии. Их тактика – договариваться и недоговаривать, быть непредсказуемыми. В школе учат, что им надо сказать спасибо за то, что они построили современную Японию. Позже выясняется, что они просто написали все учебники.

Что обычные граждане знают о чиновниках и их работе? Не так уж много. Что Мори знает о внутренней кухне Министерства здравоохранения, организационной структуре персонала, методах влияния на внешний мир? Вообще ничего. И как бы он мог это выяснить? Будучи обычным гражданином – никак. Это закрытый мир. Чиновники никогда ничего не выносят наружу. Они поступают на работу в двадцать один год, работают три десятилетия, потом «спускаются с небес» на богато оплачиваемые синекуры в частных фирмах, которым нужны хорошие отношения с бюрократией. И так работает вся система, все частные организации любого рода – компании, школы, больницы, секты – чиновникам только этого и надо, жадность и жесткий прессинг. Газеты об этом тоже не распространяются. У каждого министерства – свой домашний пресс-клуб, журналистов из крупных изданий кормят информацией с ложечки. Старая история: кто знает, тот не говорит, а кто говорит, тот не знает.