Книга Атруса - Робин Миллер

– Но он еще не готов. Он слишком молод. Ему нужно многому научиться…

Вынув мундштук изо рта, Ген невозмутимо перебил ее:

– Нет, Атр уже готов. В его возрасте я впервые ушел отсюда. А что касается ученья… именно поэтому я и вернулся– чтобы учить его.

– Ты? Ты будешь его учить? Ген, по-видимому, остался равнодушен к иронии в голосе Анны.

– Кто же еще? По крайней мере, я знаю, чему он должен учиться. И потом, я его отец. – Отложив трубку, Ген выпрямился и, нахмурив лоб, уставился на Анну. – Ты рассказы вала ему обо мне?

Она отвернулась, плотно сжав губы. Ген вскочил, мгновенно придя в негодование.

– Значит, ты ничего ему не говорила? Да проклянет тебя Кераф, женщина! Как ты посмела?

Анна ответила негромко, зная, что Атр слышит ее:

– А что я должна была сказать? Что отец бросил его сразу после рождения, не пробыв рядом ни часу? Что отец даже не удосужился дать ему имя?

– Я назвал бы его Атром. И ты знала об этом.

Анна круто повернулась, внезапно вспылив:

– Да, но не ты дал ему имя! Это сделала я. И я вырастила его – я, Ген, а не ты. А теперь ты хочешь забрать его, словно вещь, которую оставил мне на хранение! Но дети – не вещи, Ген! Это живые существа, они растут и учатся. И Атр еще не вырос.

– Это мне решать, – резко перебил Ген. – И потом, он будет помогать мне в работе. Он станет моим помощником.

– Помощником?

– Да, в исследованиях. Мне необходим помощник, который проявлял бы интерес к работе, а у парня, похоже, такой интерес есть.

– Что это за исследования?

– Изучение культуры Д'ни.

– Д'ни? – Анна горько рассмеялась. – Они исчезли, разве ты этого еще не понял?

– Нет, – возразил Ген, поднявшись, и в его тоне прозвучала горделивая нотка. – Ошибаешься. Именно этим я и занимался последние четырнадцать лет. Я был в Д'ни, собирал, изучал, узнавал великие и могущественные тайны народа Д'ни. – Он с достоинством поднял голову. – Уверяю тебя, ничто не исчезло. Д'ни существуют.

Атр ощутил, как по спине у него пробежал холодок, он был по-прежнему уверен, что видит сон.

«Д'ни существуют? Но ведь это немыслимо!»

Анна отрицательно покачала головой.

– Нет, Ген, ты забываешь: я видела их гибель своими глазами. Они исчезли, были уничтожены. Неужели ты не можешь смириться с этим? Неужели не в силах забыть прошлое?

Ген устремил на нее холодный, неприступный взгляд, не желая соглашаться.

– О, мне нетрудно поверить, что ты хотела бы все забыть!

Анна молча глядела в его лицо.

– Ты никогда не дорожила прошлым, верно? – продолжал он, не щадя мать. – Тебе никогда не было до него дела – в отличие от меня. Но я не хочу такой участи для своего сына. Он будет знать о своем прошлом. Я хочу, чтобы Атр гордился им – так, как горжусь я. – Его голос сорвался от гнева. – Я не предам его, как ты предала меня!

– Ген, как ты можешь! Ради тебя я делала все возможное!

– Все возможное? И какая же польза была от этого? Дыра в земле, которую ты зовешь домом, – она и есть это самое «все возможное»?

Анна отвела глаза.

– Пусть решает сам Атр. Ты не имеешь права просто так забрать его.

Ген придвинулся к ней вплотную, и теперь их лица разделяло всего несколько дюймов.

– Еще чего не хватало! Я – его отец. Это мое право.

– Тогда возьми с собой меня. Позволь присмотреть за мальчиком, пока ты будешь учить его.

Ген покачал головой.

– Так не полагается по законам Д'ни, или ты и это забыла? Может, вспомнишь, как ты отдала меня в Гильдию, когда мне было всего четыре года?

– Но я…

Он повысил голос, заглушая ее возражения.

– Никаких «но»! Он пойдет со мной, и кончено. Если хочешь помочь, собери ему вещи в дорогу – впрочем, сомневаюсь, что они пригодятся.

– Но послушай, Ген… – Она протянула руку, желая коснуться его, но Ген резко отстранился. Повернувшись, он подхватил трубку, пинком распахнул дверь и вышел вон.

Минуту он стоял неподвижно, посасывая трубку. Его силуэт выделялся на фоне освещенной кухонной двери, а на лицо, руки и грудь ложился синеватый отблеск пламени из трубки.

– Атр! – позвал он, повернувшись туда, где лежал на краю расщелины мальчик. – Отправляйся в постель и хорошенько выспись. Завтра мы уходим рано утром.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Склонившись у могилы матери, Атр, стараясь не разворошить землю, сорвал один из хрупких голубых цветов, растущих на ней. Раскрыв на колене дневник, он бережно расправил лепестки цветка, заложил его между страницами и сунул дневник в свою маленькую кожаную суму, висящую на боку.

Мгновение он просто смотрел, захваченный зрелищем. В тусклом утреннем свете он не мог различить оттенка цветов, но стоило ему закрыть глаза, и он видел цветы под ярким солнцем, подобные покрывалу из голубого кружева на щедрой темной земле.

До свидания, безмолвно попрощался он.

Откровенно говоря, Атр не мог определить, какие чувства испытывает. Возбуждение? Разумеется, предстоящее путешествие в Д'ни волновало его, но мысль о разлуке с домом и с Анной пугала. Слишком много событий случилось за столь короткое время. Противоречивые чувства раздирали его.

– Атр, идем же! Нам пора.

Он повернулся к отцу, силуэт которого виднелся в рассветной полутьме у дальнего конца расщелины, и кивнул.

Анна ждала, стоя рядом с сыном. Обнимая ее, Атр вдруг почувствовал, что больше никогда не увидит своей бабушки. Должно быть, Анна уловила боль внука, потому что, крепко обняв его, она отстранилась, держа его за плечи и улыбаясь.

– Не тревожься, – мягко произнесла она, – со мной все будет хорошо. Кладовая переполнена, а благодаря твоим усовершенствованиям мне будет просто нечем себя занять.

Ее доброе лицо осветилось улыбкой.

– И потом, твой отец пообещал, что приведет тебя в гости через три месяца.

– Через три месяца? – Новость мгновенно взбодрила Атра.

– Да, так что тебе не о чем беспокоиться. Она подала ему вторую суму. Чуть раньше утром Атр видел, как Анна отбирает вещи в кладовой и укладывает их в суму – в том числе и печенье, которое испекла только вчера. Атр смотрел на суму, слегка поглаживая пальцами пестро расшитую ткань, тронутый тем, как она позаботилась обо всем, и зная, что ему будет недоставать этой заботы.

– А теперь послушай меня, Атр… Он вскинул голову, удивленный внезапной серьезностью ее голоса.

– Да, бабушка?

Ее темные, умные глаза испытующе вглядывались в лицо внука.

– Ты должен помнить все, чему научился здесь, Атр. Я пыталась поведать тебе о зако нах земли и звезд, чудесах природы. Я старалась научить тебя тому, что хорошо и что следует ценить. Это знание – от Творца. Помни о нем, измеряй этим знанием все, чему будет учить тебя отец.