Обратный отсчет: Распад - Токацин

— объявил «Тилаколео», опустив бронированный «кулак» на металлический стол. Охранники с двух сторон от Гедимина вытянули руки по швам, сармат еле слышно хмыкнул — он встать не мог при всём желании.

Первыми вошли трое в длинных чёрных халатах чуть менее свободного покроя, чем тот, который достался в госпитале Гедимину. Сармат удивлённо мигнул, но тут же понял, что это своеобразные накидки, а снизу люди одеты, как заведено, во множество слоёв. Галстуки у них были одинаковые, и Гедимин подумал, что различать их будет непросто. Один из пришедших вроде бы был самкой, но сармат не был уверен даже в этом.

Следом появились ещё четверо, сели сбоку, на самый край стола, освободив место между собой и троицей в чёрных халатах, устроившейся посередине, прямо под висящим на стене гербом Кларка. Одеты они были как попало, кто-то даже пришёл в уличном респираторе.

Затем появился человек в серо-чёрном комбинезоне, обвешанный круглыми дронами, и сел за металлический стол напротив «Тилаколео», привычными движениями раскладывая перед собой пульты управления и рассылая дроны в разные углы зала. Он управился с ними за минуту и застыл на месте, глядя только на раскладной экран перед собой.

Ещё двенадцать человек разместились за длинным столом. Они вошли быстро, потом возникла заминка, и «Тилаколео» поднялся с места и послал двоих охранников к двери. Они ненадолго вышли и вернулись обратно, чеканя шаг. Между ними на миниглайде, летящем невысоко над полом, въехал мианиец, и Гедимин изумлённо мигнул, а в зале за его спиной снова зашептались.

Инопланетянин, развернув миниглайд, остановился на пустом месте сбоку от стола и, высоко вскинув передние конечности, изобразил глубокий поклон. Его складчатые уши взволнованно трепетали. Гедимин поискал на его непривычно тусклом скафандре узоры, но не нашёл ни единой линии. «Ритуальный скафандр?» — подумал удивлённый сармат. «Где только нашёл… Наверное, пришлось перекрашивать.»

Он смотрел, как двое охранников расставляют для мианийца складной лежак вроде тех, что Гедимин и Иджес собирали когда-то для гостиницы при космопорте, и как инопланетянин осторожно укладывается, поставив сбоку от себя синеватый «бочонок» причудливой формы. В ёмкость были погружены тонкие кольчатые шланги, врастающие в скафандр в районе лопаток и постоянно пульсирующие, а иногда меняющиеся местами. Сармат завороженно следил за ними, пока один из охранников не пнул его тележку.

Пока он глазел на мианийца, маленькие столы на возвышении оказались заняты — за каждым сидел один человек, а перед ними в воздухе растянулись голографические экраны. Они были подняты так, чтобы не загораживать сидящих — ни за столами, ни в зале, и, взглянув на них, Гедимин увидел свою фотографию.

— Обвиняемый — Гедимин Кет! — громко сказал один из «чёрных». Охранник снова пнул тележку.

— Здесь я, — отозвался Гедимин, недовольно щурясь. Ему было не по себе. «Опять какие-то традиции, и никто ничего не объясняет,» — думал он.

— Вы впервые на суде? — спросил «чёрный», слегка поморщившись. Охранники дружно фыркнули.

— Я не знаю ваших традиций, — буркнул сармат. — Если хочешь, чтобы я встал, пусть меня отвяжут от этого агрегата.

По залу пронёсся шелест, перемежаемый смешками. «Тилаколео» грохнул «кулаком» по столу.

— Тишина в зале суда! Обвиняемый, обращаясь к суду, добавляйте «ваша честь» в конце фразы.

— Ладно, — буркнул Гедимин. «Он суд или не суд? Вроде бы не суд…» — задумался он на секунду и решил ничего не добавлять.

Дальше он слушал внимательно, хотя мало что понимал, да и голова начинала гудеть. Трое «чёрных» оказались судьями, и, судя по шелесту в зале, в таком составе они собирались редко. «Вот этот, Найджел Бойд, у них главный,» — делал мысленные заметки сармат, надеясь, что к следующему собранию не забудет и не перепутает. «Белые волосы, красное лицо. Слева от него самка по фамилии Соза. А третий — Бу Якобсон. Странное имя. Хорошо, что короткое. А это мой адвокат…»

— Мистер Доан Ван Ли, — при этих словах низкорослый самец с гладкими чёрными волосами, плотно прижатыми к черепу, поднялся из-за стола. — Вы понимаете свои обязанности, ознакомлены с делом и готовы к заседанию?

— Да, ваша честь, — коротко ответил Ли и, дождавшись ответного кивка, вернулся за стол. Он сидел к Гедимину спиной и ни разу не обернулся, будто сармата вообще там не было.

Прокурор — самка с пышными волосами, выкрашенными в светло-жёлтый — тоже на него не смотрела — едва ответив на вопрос судьи, она села и устремила взгляд на кипу распечаток. Кроме них, на маленьком столе был переносной телекомп. Такая же гора бумаг лежала перед адвокатом. «Могли бы отсканировать,» — подумал сармат, озадаченно глядя на всё это. «Или это не по традиции?»

— Сегодня у нас особые участники, — продолжал между тем Бойд, не садясь в кресло. — Мы рассматриваем дело особой важности, и с Земли прибыли представители Восточного и Западного блоков. А также мистер Кьейя, представитель Мианийской Федерации.

Мианиец снова приподнялся и отвесил поклон.

— Приступим, — Найджел Бойд сел, и «Тилаколео» ударил кулаком по столу. Верхняя пластина специально была сделана отстоящей от нижней и из-за этого дребезжала особенно громко — часть людей даже морщилась от шума, но судьи как будто ничего не замечали.

— Изложите обстоятельства, миссис Парра.

Самка с жёлтыми волосами снова поднялась с места, попутно включив голографические экраны.

— Обвиняемый, Гедимин Кет, дата и место рождения не установлены…

— Клонирования, — буркнул сармат и почувствовал на своём плече стальную «клешню» охранника.

— Заткнись, кусок слизи, — шёпотом приказал он, и Гедимин изумлённо мигнул — голос был очень хорошо ему знаком. Вот только раньше он никогда не звенел от сдерживаемой злости.

Столешница снова громыхнула.

— Тишина! — «Тилаколео» развернулся к сармату. — Это и вас касается, сержант Хадад!

«Клешня» медленно разжалась. Гедимин покосился на плечо — кожу сдавили крепко, до кровоподтёка, ещё немного — и прорезали бы. «Уриэль,» — он растерянно мигнул. «А, ну да. Понятно. Узнал, что в Иерусалиме был я. А эта штука на его экзоскелете… Так он доделал свою плазму⁈»