Камень королей. Первая часть - Елена Середа

Настроение повысилось, хотелось даже насвистывать. Мешали ноющая рана и предчувствие, что от Рьена придется уносить ноги. Представ перед лавкой, Сони нахлобучил шляпу и поднялся на крыльцо с резным козырьком.

- Эй, эй, погоди-ка, - остановил его широкоплечий мужчина у дверей. - Ты по какому делу?

Охранник морщился, с презрением оглядывая человека перед собой. Значит, листья мятки не помогли. С таким запахом какую историю не придумай, ни в одну не поверят.

- Господин, - Сони нацепил самую подхалимскую из своих улыбочек и низко поклонился. Люди с невысоким положением в обществе любят, когда слуги оказывают им почести. - А я от хозяина-скорняка пришел с посланием к господину Рьену Нивеллю, узнать, будет ли от него в этот раз заказ на партию кожаных изделий.

Лендвиги торговали чем попало и вполне могли иметь дело со скорняками. Но на лице амбала был написан другой вопрос: пускать ли этого вонючку в лавку? В итоге охранник, мучительно долго принимающий решение, кивнул посетителю, чтобы тот проходил. Видимо, подумал, что скорняки все так воняют. Спрятав под шляпой ухмылку, Сони снова поклонился и вошел в здание.

И сразу в глаза бросилось обилие разных безделушек, расставленных на прилавке, полках, в шкафах. Ах, раздолье для вора! Как приветливо распахнут сундук с мелкими статуэтками из драгоценной кости рай-гала, как соблазнительно ложатся солнечные блики на пузатенький кувшинчик, как неаккуратно брошена серебряная ложка с очаровательным шинойенским орнаментом... Сони одернул себя и сосредоточился. Рьен. Он здесь только для того, чтобы поговорить с Рьеном, и не собирается давать страже лишний повод его казнить. Очень уж внимательно смотрят за ним два квадратных охранника.

Маленький кабинет секретаря размещался на втором этаже, прямо перед просторной комнатой, которую некогда занимал Эльер. Раньше в нее нельзя было пройти, не минуя помощника купца, а теперь она и вовсе была запечатана. Все бумаги из нее вынесли, их забрали либо родственники Лендвига, которые продолжали вести его дела, либо стражники, ищущие убийцу. Впрочем, вотчина Эльера не интересовала Сони. Он знал, что даже если бы ему удалось туда проникнуть, то все равно ничего бы не нашел, во всяком случае не так скоро. Все, что можно было достать быстро, хранилось в голове у Рьена, который, как говорили завистливые конкуренты, никогда ничего не забывал.

Проводить гостя в кабинет секретаря никто не захотел - что ж, тем лучше! Сони постучался и, не ожидая позволения, вошел в заставленное шкафами помещение. Рьен в положенном ему по должности сером опрятном костюме склонился над кипами бумаг на столе, и хотя резкий запах заставил его поморщиться, голову он поднял не сразу. А когда он это сделал и рассмотрел, кто плюхается прямо перед ним на стул из красного дерева, то недовольное выражение на его лице сменилось ошеломлением. Сони поймал момент, когда смятение секретаря еще не перешло в ужас или, наоборот, он не овладел собой, и угрожающе произнес:

- Молчи. Ты знаешь, что произошло с Эльером.

Рьен проглотил возмущенный крик, быстро справившись с эмоциями. Впрочем, иного от правой руки влиятельного купца и не ожидалось. Его растерянность выдавал лишь бегающий взгляд, спина же была гордо выпрямлена, губы - плотно сжаты. Однако от прежнего презрения не осталось и следа.

- Ты не маг, - сказал он. - Ты не можешь мне угрожать.

В его словах не чувствовалось уверенности. На этом можно было сыграть.

- Да. Я не маг. Но я знаком с тем, кто убил Эльера.

Он медленно достал из кармана майгин-тар и положил его перед Рьеном.

- Бездна! - выдавил из себя побелевший секретарь. Половицы заскрипели, когда по ним проехались ножки кресла. Рьен стремился оказаться как можно дальше от проклятого осколка. - Но как он у тебя?..

Он не договорил, осознав глупость вопроса. Сони видел по глазам секретаря, что не ошибся с демонстрацией. Камень взяли с мертвеца и хорошо спрятали. Не исключено, что Рьен собственноручно положил его в сейф. Но потом осколок необъяснимым образом исчез оттуда и - о пречистые Небеса! - очутился у человека, который и должен был его украсть.

- Я вор, - пожал плечами Сони, сохраняя внешнюю безмятежность. - К тому же вы сами попросили меня его украсть.

Секретарь метнул взгляд на открытое окно.

- Закрывать бессмысленно, - сказал Сони. - Чтобы убить, магу не нужно тебя видеть.

- Чего ты хочешь? - белыми губами спросил Рьен.

- Сделка, - сказал Сони. Это первое, о чем всегда думают торгаши, и только на таком языке с ними можно разговаривать. - Ты скажешь мне все, что знаешь о магах, с которыми собирался встретиться Эльер.

- Что взамен? - поинтересовался Рьен, почувствовав знакомую почву под ногами.

Он являл бы собой воплощенное спокойствие, если бы не судорожно сцепленные пальцы. Помощник влиятельного купца превосходно владел собой, но в его маленьких хитрых глазках застыл страх.

- Взамен? - как будто бы удивился Сони, на самом деле оттягивая время ответа. Чем бы его припугнуть? - Ну, я могу оставить тебе вот этот камешек, - он постучал ногтем по осколку, измазавшемуся в невысохших чернилах. - Хочешь?

Это предложение было равносильно прямому заявлению, что Рьена жестоко убьют сегодня вечером. Поэтому секретарь криво улыбнулся, став похож на змею больше, чем когда-либо.

- Нет, спасибо. Решил продать камень вместо нас?

- Уверен, что хочешь это знать? - поднял бровь Сони.

Нет, он не хотел. Об этом свидетельствовал откровенный страх, промелькнувший на его узком лице. Настоящему торговцу нужна смелость, любовь к риску. Возможно, поэтому Рьен оставался секретарем - очень умелым, но всего лишь секретарем.

- Я считал, что господина Эльера убили как раз эти маги, - тихо заговорил он, внимательно следя за Сони. Узловатые холеные пальцы секретаря с коротко остриженными ногтями - ему не хватало благородности происхождения, чтобы отрастить их хотя бы на одной руке - мяли недописанное письмо. - Он говорил, что они остановятся в доме вдовы по имени Тэмьен Кродд в бедном квартале, что у северных врат Могареда. Их число - три человека, - Рьен выдержал паузу и добавил: - Но я не нашел никаких бумаг, которые бы подтвердили слова господина. Обычно он тщательнее к этому относился.

- Еще что-нибудь?

- Я не говорил о тебе страже. Ты оставил камень, и я думал, ты невиновен. Честное слово. Но на следующий день они уже знали твое имя и внешность.

Это звучало почти как извинение. Куда только подевалась былая надменность? Он забывал даже морщить нос от вони. В другой момент Сони обязательно бы позлорадствовал, но мешало неприятное чувство, что Рьен пытается купить себе жизнь и поэтому не лжет по поводу стражи. Кто тогда сдал Сони?