Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

-Дамблёдор-р! Что сие означает? - властно промолвила она.

-Я тоже хотел бы это знать! - поддержал французов Каркаров. На лице его застыла улыбка, синие глаза превратились в льдинки. - Два чемпиона от Хогвартса? Что-то не припомню, чтобы школа - хозяйка Турнира - когда-нибудь выставляла двух чемпионов. Может, я плохо знаком с правилами?

-Импоссибль! - Мадам Максим опустила огромную, унизанную прекрасными опалами руку на плечо Флёр. - ’Огва’гтс нельзя выставить двух чемпионов, это не есть сп’гаведливо.

-Мы были уверены, Дамблдор, что запретная линия допустит к участию в конкурсе только учеников старших курсов, - ледяная улыбка не сходила с лица Каркарова. - Иначе мы привезли бы сюда куда больше претендентов.

Снейп посмотрел на меня так, словно был уверен - это моих рук дело. Я постарался принять жалобный вид, но он явно не поверил. Спасибо, промолчал!

Дамблдор проницательно взглянул на меня, и я заморгал изо всех сил.

-Это ты, Гарри, бросил в Кубок своё имя?

-Не я.

-Может быть, ты просил кого-то из старших бросить в Кубок твоё имя?

-Не просил.

-Он говорит неправда! - воскликнула мадам Максим.

-Гарри не мог бы пересечь запретную линию, - вмешалась МакГонагалл, - даже если бы захотел. В этом нет никакого сомнения. Другим это не удалось!

-Тогда, наверное, ошибся сам Дамблёдор-р, - пожала плечами мадам Максим.

-Наверное, ошибся, - согласился директор, и я оторопел.

-Дамблдор, вы же прекрасно знаете, что не ошиблись, - вспыхнула МакГонагалл. - Всё это глупости! Гарри не подходил к линии, не обращался ни к кому из старших учеников, и Дамблдор в этом уверен. Полагаю, этого объяснения достаточно!

-Мистер Крауч, мистер Бэгмен. - В голосе у Каркарова появились льстивые нотки. - Вы - наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что происшедшее противоречит правилам Турнира?

Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча. Тот стоял в тени, в нескольких шагах от камина. Полумрак старил его, делал похожим на призрака. Но заговорил Крауч обычным брюзгливым тоном.

-Мы должны строго следовать правилам. А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в Турнире.

-Ну, конечно! Барти знает правила как свои пять пальцев! - просиял Бэгмен и взглянул на протестующих гостей, как бы говоря: разговор окончен.

-Я настаиваю на том, чтобы увеличить число моих подопечных, получивших доступ к Кубку огня, - Каркаров отбросил подобострастный тон, улыбка сползла, лицо сделалось неприятным. - Зажгите его ещё раз! Все школы должны иметь равное число чемпионов. Это, Дамблдор, будет честно!

-Поймите, это невозможно, - возразил Бэгмен. - Кубок огня погас, и его разожгут не раньше следующего Турнира!

-Которому мы объявим бойкот! - взорвался Каркаров. - После всех встреч, переговоров, компромиссов я ничего подобного не ожидал! И готов хоть сейчас бросить всё и уехать!

-Пустая угроза, Каркаров, - прохрипел голос у двери. - Ты не сможешь отозвать своего чемпиона. Как сказал Дамблдор, чемпионы связаны магическим контрактом. Хотят они или нет, им придётся участвовать в Турнире. Что, не согласен?

В комнату вошёл Грюм и, хромая, подошёл к огню.

-Согласен? - переспросил Каркаров. - Боюсь, я не совсем тебя понял, Грюм.

Каркаров держался высокомерно, показывая всем, что слова Грюма не достойны его внимания, но профессора выдали руки, судорожно сжавшиеся в кулаки.

-Неужели? - спокойно продолжал Грюм. - Тогда слушай. Всё очень просто. Кто-то опустил в Кубок имя Эванса, точно зная, что, выпади его имя, ему придётся участвовать в Турнире, пусть хоть небо обрушится.

-Значит, мсье успешно помог ’Огва’гтсу откусить от одного яблока два раза, - подытожила мадам Максим.

-Полностью с вами согласен, - кивнул Каркаров. - И я намерен подать протест в Министерство магии и Международную конфедерацию колдунов…

-Уж кому бы подавать протест, так это Гарри, - прохрипел Грюм. - Но смешно сказать, я ещё и слова от него не слышал.

Я, собственно, молчал, потому что наслаждался спектаклем. Неожиданная защита со стороны Грюма меня насторожила...

-Ему чего делать п’готест! - топнула ножкой Флёр Делакур. - Палец пальцем не стукнул, и чемпион! Мы много месяц т’гудились, мечтали стать чемпион. Такая честь для всей школы! За тысяча галлеон многие готовы отдать их жизнь!

-А может, кто-то и хочет, чтобы Гарри отдал жизнь.

После этих слов в комнате воцарилось гнетущее напряжение.

«Если он сейчас меня выдаст, я тоже на него люстру уроню», - подумал я. Грюм то ли знал, то ли догадался, что на самом деле я Поттер... Кстати, интересно, почему Кубок выдал фамилию Эванс? Или там было написано «Поттер», а директор назвал меня привычным именем, чтобы не объяснять всему залу, в чем тут прикол? Скорее всего...

Не на шутку встревоженный, Людо Бэгмен, нервно переступив с ноги на ногу, прервал молчание:

-Грюм, старина, что вы такое говорите?!

-Как всем нам известно, Грюм считает день пропащим, если к обеду не раскроет полдюжины заговоров, - Каркаров перешёл к прямым оскорблениям. - Ему всюду мерещится опасность. Небось и студентам то же внушает! Мягко говоря, странное свойство для преподавателя, который учит, как защищаться от Тёмных искусств. Но вам, Дамблдор, конечно, виднее...

-Мне мерещится? - вновь захрипел Грюм. - Фантазия разыгралась? Да поймите, подложивший в Кубок имя Гарри обладает огромной волшебной силой!

-А доказательства, мсье? - Мадам Максим всплеснула ручищами.

-Волшебник сумел обмануть предмет, обладающий исключительными магическими свойствами. Только мощнейшее заклятие Конфундус могло заставить Кубок забыть, что в Турнире должны участвовать три школы. Ведь чтобы Кубку не из кого было выбирать, надо иметь в школе всего одного претендента. И скорее всего, имя Эванса подложили от некой четвёртой школы.

-Сдаётся мне, ты очень много об этом думал, - холодно заметил Каркаров. - Занятная гипотеза, Грюм, но все знают, что ты склонен преувеличивать..

-Да, существуют люди, умеющие раздуть из мухи слона! - В голосе Грюма прозвучала угроза. - Работа у меня такая: разгадывать замыслы тёмных сил, Каркаров. Тебе бы следовало об этом помнить…

-Аластор! - предупреждающе остановил Грюма Дамблдор и продолжил, обращаясь к остальным: - Нам неизвестно, как это могло произойти, но иного выхода нет. Кубок выбрал двоих: Седрика и Гарри. И им ничего не остаётся…

-Но Дамблёдор-р…

-Дорогая мадам Максим, а вам иной выход известен? Буду рад выслушать.

Но мадам Максим не проронила больше ни слова, она просто клокотала от гнева, как и Каркаров. «Эх, похоже, накроется у Хагрида вся романтика, - с сожалением подумал я, - он же станет меня выгораживать! Надо предупредить, чтобы не проговорился, кто я на самом деле, вот что...»

Снейп тоже выглядел крайне недовольным, но вот почему?

-Ну что ж, - радостно потёр руки Бэгмен и улыбнулся. - Пора дать чемпионам соответствующие инструкции. Эта честь, Барти, представлена тебе. Не возражаешь?

-Да, да… Инструкции, - очнулся Крауч от своих мыслей. - Первый тур…

У него был вид тяжело больного человека: вокруг глаз залегли глубокие тени, тонкую, как папиросная бумага, кожу избороздили морщины. На Кубке мира он выглядел куда лучше!

«Что, если распутать струны сейчас? - задался я вопросом, вполуха слушая объяснения. - Чьи планы я нарушу? И что произойдет? А может, подождать?..»

-Первый тур - испытание на смекалку, - говорил тем временем мистер Крауч. — Мы не посвящаем вас в то, какое задание вам предстоит.

«К чему тогда готовились претенденты?» - подумал я.

-Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в неожиданных обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвёртого ноября в присутствии зрителей и судейской бригады. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное оружие чемпиона — волшебная палочка.