Рыжий и черный - Татьяна Лаас

Его попытались убить под той сосной. Его ждали двое человек — некто Сайкс и Отис. Я опознала их по запаху. Там у сосны есть следы крови — чуть размытые дождем… Я их пометила поломанными веточками ивы.

— Вы ищейка? — живо заинтересовался Ларкинс, в упор разглядывая Вики своими бледно-голубыми, выцветшими из-за старости глазами.

Она поправила его, чуть-чуть искажая факты:

— Я только учусь на ищейку. — На самом деле Алистер не успел ей преподать ни одного урока, если не считать за практику поиски Лео. — У меня повышенное обоняние от рождения.

— Хорошо, — с энтузиазмом отозвался эксперт. — Закончу тут, обследую всё вокруг сосны. Ваши показания я тоже зафиксирую — потом не забудьте их подтвердить.

Вик кивнула и посмотрела под тент, где вокруг вырытой широкой ямы сновал Рамзи — довольно молодой констебль, не старше тридцати лет:

— Мне сказали, что тут нашли могилу, нер Ларкинс.

Он галантно предложил руку, и Вик не отказалась от помощи, неделикатно опершись на локоть Ларкинса — ноги после непредвиденного спуска ещё чуть-чуть подрагивали.

— Я бы не сказал, что могилу — тел там не обнаружено. Подозреваю, что яма предназначалась для одного или двух тел, которые потом утащили прочь — место так себе, ручей рано или поздно размоет яму. Мы сегодня замучились её осушать для обследования.

— Трех тел, — поправила его Вики, заходя под тент и присаживаясь у края ямы. Вот что нашел Одли, вот за что на него напали. Судя по всему, именно тут сперва спрятали тела убитых на заводе, а потом Каеде переправил их в более безопасное место. Вик проверила на эфир — говорили же, что Мактир был колдуном. Только вода постаралась — смыла все следы. Женщина выпрямилась и заметив, что Ларкинс терпеливо ждет объяснений, принялась рассказывать: — есть подозрение, что на заводе седьмого вьюговея убили трех человек. Рунный кузнец Мактир — крупный мужчина за пятьдесят лет, ему молотом раздробило кости рук. Умер от кровопотери. Конечности так и не найдены. Возможно, он был поражен фосфорным некрозом. Разнорабочий Форд — парень шестнадцати лет. Задушен. Разнорабочая Уоллис — умерла от закрытой травмы головы. Тела потом были переправлены дальше — в Танцующий лес и в Поля памяти, где были спрятаны в дереве. Тело Уоллис, если оно было временно похоронено тут, пролежало тут дольше на пару дней.

Ларкинс кивнул:

— Что ж, будем искать. — он повернулся к Рамзи: — прошу, опустите полог тента. Нам нужна темнота.

Констебль живо принялся выполнять его просьбу, а сам Ларкинс вздохнул, осмотрел еще не до конца просушенную яму — лезть туда даже Вик не хотелось, — и принялся готовиться к обследованию — достал из своего саквояжа, стоявшего на краю ямы гогглы и пока надел их на голову, не опуская на глаза.

В сгустившейся темноте расцвела призрачным зеленым светом глина, заставляя Рамзи ругаться и наносить на себя священный треугольник:

— …да твою же мать… Тут только прокля́тых призраков не хватало!

Ларкинс, ловко спрыгнув в яму в своих щегольских ботинках, где из-под воды, глубиной в пару дюймов, тоже пробивался свет, поправил его:

— Это фосфорное свечение. Простая химия, а не призрачные эманации. В каком состоянии был труп Мактира? — Ларкин принялся что-то выкапывать из глины.

— Признаков сильного разложения не было. — отозвалась Вик. Пусть и мелкие, но все же слишком частые светящиеся пятна фосфора её смущали.

Ларкинс говорил невнятно, копаясь в воде:

— Тогда… Есть вероятность наличия еще больных фосфорным некрозом? Возможно, тот, кто копал, вытирал лицо и случайно оставил тут отделяемое из свищевых ходов. Или… — он выпрямился, доставая из воды разбухшие, сильно деформированные останки кисти Мактира, светящиеся призрачно-зеленым. — …фосфор встраивается во все кости человеческого организма, просто кости нижней челюсти обновляются быстрее всего и потому поражаются первыми.

Вик отвернулась в сторону, борясь с тошнотой. Иногда сильное обоняние — зло.

Ларкинс продолжил исследовать яму:

— Рамзи, не стойте зеленым столбом… Если вам дурно — сбегайте к констеблям. Тут не я нужен, тут судебный хирург требуется.

— Да… — с видимым облегчением помчался прочь из-под тента констебль. Ларкинс внимательно посмотрел на Вик и уточнил:

— Говорят, вы маг.

— Да, — борясь с дурнотой, отозвалась Вики.

— Тогда, будьте добры, проверьте склоны оврага на предмет некроэманаций. Не хотелось бы пропустить другие могилы.

— А вы..?

Ларкинс пробурчал:

— А я привычный. Не беспокойтесь, я уже двадцать лет служу в полиции — и не такое видел. Идите, констебль.

Вик вышла из-под тента, ртом хватая свежий воздух в попытке прогнать дурноту. Она расстегнула шинель и ворот мундира, чтобы дышать стало легче. Мерно капавший дождь охлаждал кожу, смывая бисеринки холодного пота. Бешеные белочки, до чего же дурно…

Приведя себя в порядок, она больше двух часов ходила по оврагу, по его склонам, углублялась дальше в лес в компании вернувшегося Лео, только следов Каеде, перепрятавших тела, так и не нашла. Этот лис не из тех, кого легко припереть к стенке. Вот же тысячи бешеных белочек! Зачем, почему, для чего он помогает шайке Чандлера-Отиса Сайкса… И одновременно ей — Вик еще помнила, как он спокойно рассказывал, что Элизабет вывели из гостиницы под прикрытием иллюзии. Он вывел. Под прикрытием своей иллюзии! Ни стыда, ни совести, ни понятий о законе. Он тогда еще патетично говорил, что из-за него никто не умрет. Слово чести давал. Утверждал, что лисы никогда не нарушают своего слова. Они только сильно недоговаривают.

— Вики? Может… Пойдем обратно? — не удержался Лео, заметив, как устала она. — Мы тут все исходили. Очагов некроэманаций нет, следов Каеде тоже.

— Пойдем, — согласилась Вик. Ноги подкашивались от слабости: на ботинки налипло столько глины — Вики словно гири таскала. И ведь стоит только почистить ботинки, как грязь налипала вновь.

С трудом вновь преодолев овраг — в другом месте, где его склоны были не такие крутые, вернувшись к уже знакомой сосне, где Ларкинс сосредоточенно собирал образцы крови, они измученно побрели к уцелевшему цеху. Фрей еще возился там, сообщив Вик и Лео, что найдены кровоостанавливающие амулеты, готовые к отправке. Заодно он обрадовал, что слесарный шрифт, который он изучил при увеличении, оказался дефектным — цифра 4 была с характерным браком. Фрей пообещал, что скоро поедет в экспертный отдел Управления по особо важным делам и проверит собранные нежите-амулеты — не этим ли слесарным шрифтом ставились индивидуальные номера на них.

На заводской площади уже закончились исследования, и эксперты переместились куда-то в другое место. Констебль, стоявший в оцеплении на месте бывшего заводоуправления, где уже расчистили проход, поделился новостями с Лео:

— Говорят, нашли