Германская история: через тернии двух тысячелетий - Александр Иванович Патрушев

подписание Локарнских соглашений состоялось в Лондона 1 декабря 1925 г. Главное, что их определяло, была направленность против Советской России.

В Германии и правая, и коммунистическая пресса начали ожесточенную кампанию против ратификации пакта и обвинила Штреземана в национальной измене. 26 октября министры от Национальной партии демонстративно покинули кабинет Лютера, а председатель КПГ Тельман выступил в рейхстаге с резкой речью, назвав Локарнские соглашения «пактом войны» против СССР.

Проблема восточных границ носила более сложный характер, чем кажется на первый взгляд. Польша, имея армию, которая в три раза превышала численность рейхсвера, главным противником считала не Германию с ее «реваншизмом», а Советскую Россию. А Чехословакия расценила Локарнскую систему как значительное улучшение своего международного положения, переориентировав свои военные планы на оборону против Венгрии.

8 сентября 1926 г. Германия была принята в Лигу наций и стала постоянным членом ее Совета. В Германии этот триумф западной политики Штреземана вызвал ликование либералов и пацифистов. Со своей стороны, националисты, коммунисты и нацисты начали новую беспардонную атаку на министра, которая весной и летом 1927 г. перешла в открытую травлю. Отчаянные попытки Штреземана преодолеть непонимание его политики в Германии и кризис доверия в отношениях с Парижем почти не имели успеха. Франция явно затягивала освобождение Рейнской области, обострилась проблема репараций, вопрос о разоружении зашел в тупик.

Много сил отняли у полубольного Штреземана последние в его жизни выборы в рейхстаг 20 мая 1928 г., на которых его Народная партия потеряла полмиллиона избирателей и провела в парламент всего 35 депутатов вместо прежних 51-го. А совершенно обнаглевший свежеиспеченный депутат от нацистов, доктор философии Йозеф Геббельс (1897–1945), во всеуслышание заявил, что теперь-то он сможет официально спросить Штреземана — действительно ли министр «является масоном и женат на еврейке?»[190]. 27 августа 1928 г., едва оправившись от микроинсульта, Штреземан участвовал в Париже в подписании пакта Бриана — Келлога, провозгласившего отказ от войны как инструмента внешней политики. Кончина Штреземана 3 октября 1929 г. означала фактический конец политики, нацеленной на достижение взаимопонимания и примирение с другими странами. Некоторые немецкие и зарубежные политики и публицисты считали позднее смерть Штреземана чуть ли не главной причиной крушения Веймарской республики. Хоть это и преувеличение, но такое, в котором содержится изрядная доля истины.

Нелегитимная республика

Многочисленные политические конфликты середины 20-х годов между республиканцами и правыми силами не привели к победе ни одной из сторон, которые по большей части находились в отношении друг друга в состоянии неустойчивого равновесия.

Это ясно продемонстрировал конфликт, возникший в мае 1926 г., в связи с указом правительства о приравнивании имперского черно-бело-красного флага торгового немецкого флота к флагу республики и о том, что оба флага должны висеть рядом во всех торговых и консульских учреждениях Германии за рубежом. Указ привел не только к бурной общественной полемике, но и к тому, что рейхстаг голосами демократов и левых выразил канцлеру недоверие. Гинденбург назначил нового канцлера — лидера Центра, Маркса. Но тот не только сохранил весь лютеровский кабинет, но и не отменил провокационное решение об имперском флаге.

В том же 1926 г. в Германии состоялся всколыхнувший всю страну референдум по поводу княжеских имуществ, которые были конфискованы после революции. Вначале прусское правительство согласилось с требованием Гогенцоллернов выплатить им компенсацию в 500 млн. марок. Затем и все правившие до 1918 г. династии выставили свои претензии, общая сумма которых достигла 3 млрд. марок золотом. Их активно поддержали правые партии, отвергавшие требование безвозмездной конфискации имуществ, законопроект о которой внесла в рейхстаг фракция КПГ. Подхватив возникшую среди рабочих идею всенародного референдума, коммунисты и социал-демократы призвали к его проведению.

В референдуме, который прошел 20 июля, приняло участие 14,4 млн. чел. (36,4% имеющих право голоса). Хотя референдум провалился, т. к. для принятия положительного решения требовалось 20 млн. голосов, он показал значительный потенциал обеих рабочих партий в случае их совместных действий. Но установить между ними прочное сотрудничество не удалось.

Согласно выдающемуся ученому Максу Веберу, легитимация власти осуществляется в одной из трех идеально-типических форм — традиционной, рациональной или харизматической. Признание законности власти Веймарской республики противоречило традиционным, прежде всего монархическим установлениям. Попытки демократов мобилизовать традиции национализма для осуществления идеи «общенародной интеграции» закончились самым плачевным образом. Направленный первоначально против Версальского диктата немецкий национализм обернулся против республики.

Не возникло и рациональной легитимации, хотя для нее имелись предпосылки в виде закрепленных конституцией идеалов свободного правового государства и основных социально-политических прав граждан. Для их реализации так и не удалось создать экономической базы.

Что касается харизматической формы утверждения власти, то ни один из видных политиков веймарского периода не обладал притягательной для масс силой, даже Штреземан. В 20-х гг. в Германии появился, однако, харизматический лидер в полном смысле этого слова. Звали его Адольф Гитлер.

К кон. 20-х гг. во всех партиях ощущалась тоска по сильной личности, по вождю, способному мобилизовать и сплотить вокруг себя массы. Общее недовольство издержками парламентской демократии и чехардой кабинетов вело к сползанию буржуазных партий вправо. Особенно это было заметно на примере Национальной партии, которую в 1928 г. после ухода умеренного крыла возглавил Гугенберг, начавший внимательно присматриваться к нацистам как к возможным союзникам.

К концу периода стабилизации все политические силы Веймарской республики пережили опыт крушения. Социалистическая модель потерпела поражение уже в 1919–1920 гг. Коммунисты были травмированы провалом октябрьского выступления 1923 г. СДПГ и либералы после катастрофы на выборах 1920 г. постоянно занимали только оборонительные позиции. Партия Центра замкнулась в своей политике компромисса то с правыми, то с левыми.

За неполные 12 лет в Веймарской республике был испробован весь спектр политических действий и во всех направлениях результатом была неудача. Социально-политическое многообразие и яркая динамика событий, которые так отличают веймарский период от других эпох немецкой истории, одновременно привели и к невиданной дискредитации политики. Следствием стало неприятие в обществе демократической модели и усиление тяги к сильной авторитарной власти.

Кризис парламентаризма

20 мая 1928 г. состоялись выборы в четвертый рейхстаг. Они принесли рабочим партиям значительный прирост голосов, а правым и умеренным — заметные потери. За СДПГ, которая, получив 153 места, далеко опередила остальные партии, проголосовало почти на 1,3 млн. избирателей больше, чем в 1924 г. КПГ привлекла на свою сторону полмиллиона новых сторонников и получила 54 мандата вместо прежних 45. Националисты потеряли почти 1,9 млн. голосов, а их представительство сократилось со 103 до 73 мест. Неудачными оказались выборы для Центра, Народной и Демократической партий, которые лишились от 400 до 500 тыс. сторонников. Центр и НДП потеряли по семь мест, а НДП — даже 16 кресел.