Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— Марина, я думаю, ты знаешь: зачем мы вызвали тебя сюда?

Девочка коротко кивнула.

— Что ж, если ты не против, начнем нашу… беседу, — после второго её кивка Андрей приступил к допросу, который назвал таким безобидным и располагающим к общению словом. — Марина, какую книгу из запрещенных ты взяла для чтения?

Девочка вздрогнула и невольно вскинула опущенную голову: откуда он знает? Андрей же, ухватился за её удивление как за спасательный трос, если не дать ей сейчас собраться, то она расскажет всё, будучи уверенной, что ему это уже и так известно.

— Так, какую именно книгу ты взяла?

— Книга о постижении управление над разумными существами, составленная служителем Магического Огня Аросом Веннером Дэ" Мейном.

"Еще одна! — промелькнуло в мыслях Андрея. — Не закрывает их Дэ" Найяла, что ли?"

— Когда и где?

— Три месяца назад, в малом кабинете главы Долины и Школы.

— От кого ты узнала о ней?

— Нам… нам на уроке господин Храмов рассказывал, даже полку, на которой она стоит, назвал. Вот, интересно стало, потому я и пошла на это.

— А как господин Храмов узнал о том, что ты взяла книгу?

Глаза обвиняемого при этом забегали, руки нервно задергались, и словно кто-то живой и материализованный говорил ему: теперь уже ничего не изменишь, всё потеряно! Всё потеряно, если только…

— Постойте! — раздался среди минутной тишины срывающийся голос Ирины, медленно поднялась она со своего места во втором ряду.

— Позвольте мне, позвольте мне…

Все, было, смутились, аудитория вновь зашумела, даже маги Долины начали переговариваться между собой, но на этот раз Андрей поднял руку и призвал всех к тишине. Ему подчинились, на удивленье ему самому и к великому неудовольствию Виктора Храмова.

— Нет, Ирина, не сейчас. Я думаю, — сказал, посмотрев на Дэ" Найялу, — вы согласны со мной?

Дэ" Найяла уже сказал, что не против взятой Андреем на себя инициативы задать вопросы, то есть фактически вести заседание, но не успел он и словом обмолвиться, как раздался еще один голос, Виктора Храмова.

— Я портив! Бероев, наверняка, натренировал девчонку. Разве могла она вот так слаженно сама отвечать?!

— Интересно, когда я это успел сделать?

— Утром! — тут же, без зазрения совести, воскликнул Храмов.

— Утром девочка, наверняка, спала, что, в принципе, должны подтвердить две её однокурсницы, с которыми она живет в комнате, — возразил Астэлиас, поддержав, таким образом, Андрея.

— Как же они это могут сделать, если они тоже спали? — презрительно хмыкнул он, и совершенно естественно добавил. — К тому же, я её в постели утром не видел!

Вновь гул в аудитории, на это раз многократно усиленный. Своим заявлением Храмов уже фактически подписал себе приговор, если только все не поняли услышанное превратно. Андрей вновь попросил всех восстановить тишину и, предполагая теперь ответы маленькой свидетельницы, продолжил задавать вопросы.

— Марина, как господин Храмов узнал о том, что у тебя находится запретная книга?

— Он, он к Ире приходил, сначала просто намекал на то, что все ученицы не должны бояться его, что они должны быть с ним ласковы, а потом, потом он стал требовать…

— Ну, врет ведь, врет!

— Замолчи, Виктор, — прикрикнул на него Дэ" Найяла, и, судя по недовольству окрика, ничего хорошего это не сулило.

— Продолжай, Марина, — попросил Андрей.

— Я к Ире приходила, всё слышала, какие речи он ей говорил, пошлые…

В зале вновь послышался легкий гул, еще более отчетливо, чем прежде, послышалось Храмову слово: "Негодяй!"

— Однажды она увидел у меня книгу, стала ругаться, настаивать, а потом просить отнести её на место, и тут, тут вошел Храмов.

Девочка замолчала, прошло с минуту времени, прежде чем она заговорила вновь, после вопроса Андрея: "Что было потом?"

— Он выхватил у меня книгу, начал кричать, угрожать нам, а потом сказал Ире напрямую: или ты меняешь свое отношение сейчас или мы все идем к главе Долины. Ира не согласилась, тогда Храмов выставил меня за дверь, а сам остался с ней.

На это раз у Андрея не хватило сил спросить: что было потом. И он, и все были просто шокированы услышанным, Алиев ошарашено смотрел то на Дэ" Найялу, то на Храмова, последний, страшно бледный, сидел низко опустил голову.

— Зачем ты потребовал от Иры еще и хождений по запретному коридору, Виктор, сухо спросил Дэ" Найяла?

Эльф молчал, все вокруг напряженно ждали ответа, сотни взглядов, жаждущий его покаяния, устремились на него, беспрепятственно прожигая до нутра. Медленно он поднял голову и, в упор посмотрев на главу Долины, язвительно улыбнулся, но скорее это был не вызов, а потеря контроля над разумом, что подтвердил нервный нездоровый смешок.

— Вам, божественным драконам не понять алчной мирской похоти, а я хотел, хотел и добился, я!..

— Замолчи, Виктор!

— Замолчи, Храмов!

— Заткнись, негодяй!

Эти и подобные им гневные оклики посыпались на Храмова со всех сторон, но Храмова они уже мало смущали.

— А Мурлычиком я вам нервы хотел попортить, пусть, думаю, посуетятся, — и окончательно срываясь, — ненавижу вас, драконы проклятые, всё тут заняли, простому смертному и шагу здесь не ступить! Готовы любого щенка на должность поставить, только бы свой был!

Несмотря на все ответные оскорбления, Храмова было отчетливо слышно.

— Замолчи, Виктор, пригрозил Дэ" Найяла. — Не то я заставлю тебя замолчать силой!

— Да, и заставляйте, мне теперь терять нечего! Я теперь ничего не боюсь, а тебя, мерзавка…

С присущей себе тенденцией бить слабого в порыве ярости, Храмов поднялся и запустил огненную стрелу в маленькую Марину Домнину.

— Нет! — Ира не слышала собственного крика, всё, казалось ей, погрузилось в страшный вакуум, в котором уверенно рассекает пространство выпущенная злостным обидчиком стрела. Но в следующее мгновение она перестала разливать и это.

Когда Ирина пришла в себя, то увидела над собой взволнованное лицо сестры — что же, привиделось всё? Потом подошел Юрский, что-то говорил, только она не слышала, что, а потом подошла та самая Беатрис, она ласково улыбнулась девушке и чуть коснулась её лба. Не успела она еще убрать руку, как всё вокруг окрасилось в мягкие тона, и неудержимый ветерок заставил её сомкнуть веки.

— Пусть спит, — сказала Беатрис, поворачиваюсь к Андрею и Юрскому. — Надо отнести её в постель, сейчас ей нужен отдых, и физический, и моральный.

— Да, Николай, а вы пока, — предложил Андрей, — помогли бы, что ли, Храмову, а то он, после того, как на него чуть ли не все направили и магические стрелы и обычные предметы, которые ему чудесным образом спасли жизнь, выглядит не очень…