Не сдавайся - Кристен Эшли

Я была на втором плане.

Почему мне казалось, что это так чертовски здорово?

— Может, сегодня у вас будет вечер в мужской компании, а позже мы проведем время наедине? — предложила я.

— Меня устраивает, — сказал Итан своей миске.

Мерри подмигнул мне.

Ему тоже подходил такой вариант.

Он отвернулся и снова принялся за еду.

— Вы дежурите в эти выходные? — спросил Итан, не поднимая глаз.

— Нет, — ответил Мерри.

— Завтра вафельное утро? — спросил Итан.

Я затаила дыхание.

Взгляд Мерри скользнул ко мне.

Я кивнула один раз.

Его внимание вернулось к миске, а после он ответил:

— Да.

— Круто, — хмыкнул Итан.

Я смотрела и слушала, а в глазах возникло неприятное ощущение. Их щипало, но не потому, что они были сухими.

Мерри отошел от стойки.

— Доедай, приятель. Нам пора в путь, хорошо?

— Да, — ответил Итан, зачерпывая последний кусочек из своей миски.

Мерри направился в мою сторону. И я постаралась собраться.

Поскольку я стояла у раковины, но была занята тем, что пыталась прийти в себя, я не сдвинулась с места, даже когда он оказался в моем пространстве, приблизившись вплотную ко мне. И глядя на меня сверху вниз, он потянулся и поставил миску в раковину.

Я услышала, как загремела миска, когда его лицо приблизилось к моему.

— Мне понравилась мужская еда, кареглазка, — сказал он.

— Меня стошнит, если ты поцелуешь меня, поев это безобразие, — ответила я.

Он разразился хохотом, но, к счастью для меня, отступил назад, прежде чем сделать это.

Я наблюдала за ним, наслаждаясь каждой секундой.

Мерри ухмыльнулся, а после развернулся и направился через гостиную, бормоча:

— Тогда стоит почистить зубы.

— Я тоже это сделаю, — заявил Итан, спрыгивая со своего табурета.

Я моргнула, а затем уставилась на сына.

Он чистил зубы по собственному желанию… никогда. Мне приходилось заставлять его не только принять душ, но и чистить зубы.

Похоже, присутствие Мерри приносило не только оргазмы, тепло и уют. Но и множество других полезных вещей.

Через пятнадцать минут мои парни ушли, подарив мне два разных прощальных взмаха рукой. От моего мужчины мне еще достался поцелуй с привкусом зубной пасты.

Я повернулась к раковине и смыла оставшуюся мужскую еду.

* * *

Вечер пятницы

Я вошла в бар в свою смену и тут же поняла, что меня ждали.

Потому что на своем месте сидел Колт. Рядом с ним стоял Кэл. Возле него на табурет опустился Майк. Недалеко от Кэла и Колта околачивался Райкер.

Рядом с Майком, облокотившись на барную стойку, стоял Бенни Бьянки.

Бенни Бьянки был двоюродным братом Джо Каллахана.

Может, они и были кузенами, но общались очень близко, так что больше походили на братьев, а семейное сходство не заметить было невозможно.

Кэл обладал мужской красотой, но ее омрачали жестокость и душевная боль, которую он пережил, и шрамы на лице. Впрочем, и то, и другое делало его еще более сексуальным.

Бенни был просто по — мужски красив. Очень красив. И очень мужественен.

Как кинозвезда.

Но лучше, потому что он был настоящим.

А еще он был женат на моей подруге Фрэнки, которая какое-то время жила в Бурге, именно в тот период мы с ней подружились.

Она переехала обратно в Чикаго, чтобы быть с Бенни, который жил там и владел пиццерией.

Его пиццерия была настоящей бомбой. Я знала это, поскольку после переезда подруги несколько выходных мы с Итаном проводили в Чикаго, останавливаясь у них. Тогда мною и был обнаружен этот факт.

Бен работал в пиццерии; у Фрэнки же была милая работа, благодаря которой она зарабатывала чертову кучу денег.

А еще она занималась тем, что рожала детей для Бенни. За время их совместной жизни, которая была недолгой, у них уже появился один ребенок. И сейчас она была глубоко беременна.

Я знала об этом еще до того, как вошла в бар, потому что она позвонила мне полгода назад и сообщила новость. И прямо сейчас могла воочию в этом убедиться, поскольку она тоже была здесь, стояла в обнимку с Вай и Дасти. Все трое были с внешней стороны бара, а Феб и Ди — с внутренней.

Девчонки прикроют мою спину.

Но причина, по которой я знала, что мне достанется было то, что за все годы моей влюбленности в Мерри, единственный человек, высказавшийся на эту тему, был Бенни.

На самом деле, он сделал это в первую же ночь, когда мы с ним познакомились.

Он, Фрэнки и я пошли выпить. Появился Мерри, и Бенни все понял. Они отвезли меня домой, Бенни проводил меня до двери и все высказал.

Он был спокоен. И не вел себя как придурок, посоветовав смягчиться. Сказав, что если я это сделаю, то откроюсь настолько, что смогу впустить парня. Парня, которым и станет Мерри.

Я не последовала его совету.

В конце концов, мне и не нужно было. Мы с Мерри наконец-то сошлись, и, оглядываясь назад, я понимаю, что, хотя совет Бенни был дельным, и он дал мне его пару лет назад — годы, которые кто-то мог бы счесть потраченными впустую, — в глубине души я верила, что все должно было произойти именно так.

Мерри нужно было время, чтобы пройти свой путь так, как ему нужно.

Мне просто безумно повезло, что это привело его ко мне.

Но, входя в бар в этот вечер, я знала, что Бенни тоже в курсе, что я подцепила Мерри.

И у него был член, так что, без сомнения, он собирался устроить мне разнос.

— Не говори ни единого гребаного слова, — предупредила я, как только приблизилась к банде.

Его красивая белоснежная улыбка стала еще шире, когда рука поднялась к широкой груди.

— Я?

— Просто заткнись, — приказала я.

— Шер! — закричала Фрэнки, едва увидев меня.

Она соскочила с табурета и бросилась ко мне.

Я перестала смотреть на ее мужа и, улыбнувшись, двинулась к подруге.

Фрэнки была одной из тех стерв, которые обладают абсолютной властью — она могла выглядеть на все сто, демонстрируя оголенную кожу, и для нее чем сильней облегало платье и выше каблук, тем лучше.

Очевидно, она не изменилась и во время беременности. Отличная фигура, большой красивый живот, и все это в облегающем платье с длинными рукавами, юбкой на три дюйма выше колен и декольте. А на ногах — туфли на шестидюймовой платформе.

Она выглядела потрясающе.

Мы обнялись.

— Шер обнимается. Уже то, что она регулярно трахается, превращает ее в девушку, — заметил Колт.

Я отпустила Фрэнки и повернулась к