Илония - Яна Ильинская

Они не успели договорить, как послышался топот копыт и, выскочивший откуда-то всадник заметил их и крикнул своим товарищам:

– Сюда!

Через мгновенье около них было еще двое всадников. Но Корн в это время уже схватил за поводья первую лошадь, а молодой парень свалил всадника на землю, просто стянув его за ногу. Тут же на него налегла Койнаш, ловко заломив ему руку, и держала так, пока ее товарищи расправлялись с остальными.

Стенли, Иллар и Тарлин выхватили свои мечи и бросились на двоих всадников. Иллару с Тарлином удалось напугать лошадь и она, встав на дыбы, сбросила своего наездника, а на земле его встретил меч Иллара. Стенли повезло не так. Его противник решил лучше бежать за подмогой, поэтому всеми силами старался удержаться на лошади, поднимая ее на дыбы и норовя подставить паренька под копыта. Ему это почти удалось, когда подоспел Корн и оттолкнул Стенли в сторону, сам получив удар копытом по руке. Но перед их противником внезапно появилось свободное место, и он рванулся прочь.

– Держи его, - прохрипел Корн, сжимая руку.

Но Стенли не надо было ничего говорить, он машинально схватился за стремя несущейся мимо лошади и неимоверным броском бросил себя на ее круп. После этого он повалил противника на землю, и они покатились по земле.

– Лошадь, - крикнул Корн Тарлину, а сам бросился помогать Стенли.

Тарлин вскочил на одну из лошадей, которых привел парень и бросился за умчавшимся конем.

Иллар продолжал биться со стражником, но вскоре ему на помощь пришел парень, к тому времени уже связав и заткнув рот первому стражнику. Недолго думая, он огрел мужчину по голове, и тот медленно осел на землю.

– Никогда не думал, - задумчиво проговорил Иллар, глядя на неподвижное тело, - что моему по настоящему первому противнику дадут по голове, не дав мне закончить бой.

Корн рассмеялся, подошел к нему и обнял его здоровой рукой.

– Это жизнь, малыш, а она не такая красивая, как кажется.

Закончив со стражниками, связав их и уложив к кустам, они выяснили у них, что отряд, который они встретили ночью, насчитывает пятнадцать человек и у них приказ: задерживать всех детей от десяти до семнадцати лет, одних или с родителями, нищих, или богатых. Всех, про кого человек десять свидетелей не подтвердят, что они те, кем и назвались. Отряд разделился на тройки и прочесывает окрестные деревни и поселения. Что случилось после их побега в столице, они не знают. Они выехали из столицы, когда разгневанный король еще только въезжал в нее. Именно он сказал им, кого искать и обещал немыслимую награду за поимку хотя бы одного из четверых.

Тарлин привел убежавшую лошадь, и теперь у них было даже на одну лошадь больше. Они сели на них и, ринулись к границе. Разрозненные маленькие отряды были уже не так страшны, как целый отряд и они не стали сильно скрываться. Но и выезжать на дорогу тоже не рискнули.

Иллар, собрав все свое мужество и волю, старался не отставать, и все же рядом ненароком оказывался то Корн, который похлопывал его коня по загривку, успокаивая того от взбрыкивания от неумелых действий его наездника, то Стенли, делавшего то же самое, но незаметно, чтобы брат не обиделся.

Как и ожидалось, их заметили, но слишком поздно и далеко. До границы уже было рукой подать, и они принялись подгонять коней в последнем рывке. Но преследователи не желали отпускать их и граница, как оказалось, их не останавливала. Они уже мчались по Вароссе, когда к преследователям присоединился еще один отряд, и Корн уже подыскивал удобное место для отпора, если придется драться, когда внезапно на пути преследователей выросло два здоровых наемника, которые кинулись на торогских стражников, крича во все горло, и к ужасу тех, на этот клич тут же отозвалось еще несколько голосов. Силы были явно неравные и преследователи отступили.

А к беглецам приближалась всадница. Легко соскочив с коня, она кинулась к Корну. Тот соскочил со своей лошади и прижал ее к себе. Стенли с Тарлином также слетели с лошадей и кинулись к ней.

Иллар хмуро отвернулся от них и начал смотреть, как торогские стражники нехотя отходили к границе.

– Иллар, - раздался рядом голос Корна.

Они все вчетвером стояли уже около него и немолодая, но удивительно красивая женщина с волнением смотрела на него. Иллар неловко пошевельнулся в седле, не зная, как слезть, не упав, ибо ноги у него все затекли. Но Корн обхватил его за пояс и, морщась от боли в руке, осторожно помог спуститься.

– Это твоя бабушка, малыш, - сказал он.

– Ваше величество, - сделал попытку поклониться Иллар, но тут же оказался в объятиях Алаины.

Она ничего не говорила, только по-детски шмыгнула носом. Но именно от этого звука Иллар внезапно разрыдался. Не только вся усталость и напряженность дороги сказалась в этом плаче. Объятия, ласка женщины, хотя и не матери, всколыхнули в Илларе потребность в материнской любви, которой его лишили и старательно выбивали всякие нежные чувства в течение семи лет.

Тарлин смущенно увел Стенли подальше, Корн же только похлопывал внука по плечу, стараясь приободрить его.

Но довольно быстро Иллар пришел в себя и отстранился от Алаины. Она не стала удерживать его, и только вопросительно взглянула полными слез глазами на мужа, но тут же они сделались круглыми от удивления, когда она услышала вопрос, который задал Иллар Корну:

– Я могу вернуться в Стокс в любой момент, как вы и обещали, милорд?

Корн предостерегающе сжал руку жены и, повернув Иллара к себе, твердо сказал ему:

– Я дал тебе слово, малыш, и у тебя пока не было повода усомниться в моем слове.

Потом обратился к Алаине:

– Я расскажу тебе все позже. У нас договор с Илларом, что никто не должен о нем знать, даже отец с матерью, - при этих словах Алаина и Иллар одновременно вздрогнули, но промолчали. - Пойдем, нам надо придумать, как его представить нашим людям. И расскажи, как ты оказалась именно в этом месте в это время.

– Ну, - растерянно ответила Алаина, все еще под впечатлением странного поведения мужа и внука, - то, что вы выйдите в этом месте, мы уже давно вычислили. А вот время, - она улыбнулась, - мы наблюдали за их постоялым двором. Как только там появился грозный отряд, мы устроили тут наблюдательный пункт. Именно тут вы и вышли бы, если бежали бы этой дорогой.

И тут же, практически без паузы, добавила.

– Он будет сыном Койнаш, которая помогла вам бежать из Торогии, и теперь боится расправы над собой и своим сыном. Пойдет?

– Да, - согласился Корн, - для наших людей здесь пойдет. Потом он будет родственником Варгона.

Алаина промолчала, только горестно вздохнув.