Жемчужный орден - Юрий Иванович

В бешенстве стиснув зубы, Кремон застонал и повернулся в сторону, ускользающих похитителей. Но не успел сделать и шагу: скальная поверхность под ним расступилась, и в следующее мгновение он с головой ушел в холодную воду. Тяжелое вооружение и кольчуга не дали возможности вынырнуть сразу. Пришлось воспользоваться левитацией. Но когда молодой колдун начал всплывать, ему неожиданно показалось, что вода стала вязкой. Потом и того хуже: всплытие совершенно прекратилось! Еще через минуту Невменяемый стал задыхаться без притока воздуха, а окружающая его субстанция напоминала уже не воду, а скорее упругий каучуковый раствор, хотя и матово-прозрачный. Прошло еще две минуты, и судорожно дергающийся в тисках застывшей воды человек сделал спазматический вдох, заранее прощаясь с жизнью.

Как ни странно, вдох получился. Воздух ворвался в легкие очень горячий, словно из жаркой пустыни, но тем не менее вполне пригодный для жизни. Гася панику и интенсивно восстанавливая дыхание, Кремон в последний раз попробовал пошевелиться и в тот же момент понял окончательно: он в ловушке. Потому что если бы хотели убить, сделали бы это уже давно. В свете собственного светляка он увидел над головой копошащиеся фигуры вьюдорашей. Воины присматривались к нему, угрожающе помахивали копьями и открыто злорадно посмеивались. Вокруг них топтались несколько десятков особей без какого-либо оружия. При этом все свободно ходили по поверхности застывшей «воды», готовя какие-то длинные полоски с зубьями.

Командовали ими два соплеменника в длинных и просторных балахонах, по всей видимости местные Эль-Митоланы. Они громко и отчетливо отдавали команды, которые доносились до пленника словно через толстый слой ваты:

– Десять – на внутренний разрез, двадцать – на наружный. Начинайте распил по обозначенным линиям. Пошевеливайтесь!

Затем стали понятны и все их действия. Стальные полоски оказались своеобразными пилами, которые легко и споро погрузились в субстанцию с намертво застывшим в ней Невменяемым. Въюдораши принялись выпиливать вокруг него глубокую траншею, оставляя человека неприкосновенным. Получался довольно громоздкий параллелепипед: ведь свой хост Кремон из рук так и не выпустил и теперь представлял собой статую с поднятым на уровень груди оружием.

Траншеи были выпилены лишь с двух сторон, затем пилы просто уложили на их дно и стали отделять прозрачное образование снизу. А сверху уже ввинтили несколько широкозахватных полуметровых шурупов, прикрепили тонкие, прочные канаты и натянули их для окончательного распила. И вот настал момент, когда параллелепипед качнулся в воздухе, освобожденный от окружающей субстанции. Потом его подняли вверх, установили на низкую тележку с десятком колес и общими усилиями всех рабочих покатили по каменному покрытию пещеры. Оглянуться назад не было никакой возможности, однако оставшиеся сзади кол-дуны-вьюдораши наверняка вновь готовили ловушку к работе.

Все это время Невменяемый лихорадочно соображал, как использовать свои магические силы. Уровень магической энергии в его теле был полным, плюс накопленные силы в двух жемчужинах! Однако воспользоваться висящим на груди орденом возможности не было. А значит, лучше не экспериментировать, скорее всего, в этой застывшей «воде» магия может причинить вред в первую очередь самому пленнику. Поэтому оставалось лишь наблюдать и ждать более удобного случая. Хоть руки прямо-таки чесались немедленно отомстить за гибель своих товарищей, зверски уничтоженных во время обвала.

Тем временем тележку доволокли до конца пещеры. Неожиданно огромная стена распахнулась, словно створки ворот, и за ними открылся большой и ровный тоннель. Он, конечно, не шел ни в какое сравнение с основным тоннелем и выглядел гораздо скромнее: всего три метра в высоту и четыре в ширину, но тоже был выложен дуросовыми плитами. Судя по всему, он выполнял чисто вспомогательную функцию, поскольку в нем не было никаких построек или праздно шатающихся вьюдорашей, которых можно было наблюдать чуть не на всем протяжении Утерянного Пути.

Полупрозрачная глыба с замершим в ней человеком некоторое время двигалась под уклон, так что усилия приходилось прилагать для удерживания, а не для толкания. Затем тоннель сделал несколько крутых витков по спирали вниз и неожиданно вывел на акваторию Утерянного Пути. А затем началась длинная и однообразная дорога: пленника повезли по направлению к центру Каррангарр.

Вернее, однообразной ее назвать было сложно – теперь у Кремона появилась возможность более внимательно и спокойно рассмотреть проплывающие мимо постройки, толпы вьюдорашей, собравшихся поглазеть на схваченного человека, да и вообще на уклад жизни простых обывателей подземного царства. Ведь когда колдун проносился здесь отделенным сознанием, ухватить многочисленные детали просто не было возможности.

Первое, что Невменяемый понял из доносящихся до него разговоров: совсем недавно по этой же дороге точно таким же образом провезли человеческую самку. Значит, наследная принцесса Спегото еще жива. Видимо, либо сам царь, либо правящая верхушка решили начать переговоры. Ведь фактически вьюдораши захватили две ключевые фигуры в отряде: командира и венценосную особу. Про герцога Каррангаррского они могли не знать, или его просто не удалось заманить в ловушку.

Мысль о том, что сейчас происходит с отрядом, очень беспокоила Кремона и не давала сосредоточиться. Наверняка друзья предпримут попытку прорваться по его следам, но если лаз был обрушен во всю его длину, то… Оставалось лишь «просматривать» территории царства отделенным сознанием. Как бы то ни было, но сил у оставшихся Эль-Митоланов на это должно хватить. В конце концов, они могут попробовать прорваться через один из охраняемых входов в озерные края. Но тут уже решать герцогу и асдижону – Кремон молил судьбу, чтобы те не успели забраться в гибельный лаз.

Поселки сменялись городками, потом другими поселками, но чаще всего тянулись совершенно голые и запущенные пространства огромного тоннеля. В каждом населенном пункте колдуны-вьюдораши требовали у правителей новых соплеменников, и те сменяли прежних толкавших и тянувших. Порой в лямки впрягались совершенно ослабевшие или старые особи, но суетящихся вокруг управляющих это интересовало мало. Да и предводители кортежа не переживали из-за замедленного продвижения, – похоже, что конкретных сроков им никто не ставил.

Подавляющее большинство вьюдорашей при виде человека выказывали не страх и ненависть, а вполне понятное удивление, любопытство, а то и симпатию. Порой на их мордочках читалось сочувствие, жалость, изредка испуг или сопереживание, и уже совсем редко злость или неприязнь. То есть простой народ не испытывал к чужакам явного неприятия. Оставалось только дождаться конечного участка пути и проследить за реакцией правящей структуры подземного царства.