Жемчужный орден - Юрий Иванович

Первым делом она подошла к мини-озеру в центре:

– Хм! Посмотри, как хорошо здесь все отражается!

Кремон непроизвольно откликнулся на приглашение и уставился на обворожительную и манящую женскую фигурку. Тогда принцесса игриво обежала вокруг лужицы, словно согреваясь, при этом одной рукой придерживая свою подрагивающую от бега грудь, которую считала самым действенным оружием в соблазнении любого мужчины.

Но молодой колдун опять скривился и отвернулся.

Тогда в ход пошли другие хитрости:

– Я пить хочу! Может, прямо отсюда напиться… вроде вода прозрачная и чистая.

– Не смей! – Невменяемый вскочил на ноги, а потом решительно схватил свою «сокамерницу» за плечи и поволок к дверям. – Там кто только не ходил грязными ногами! Давай лучше стучать будем! Ведь не собираются они нас целую неделю морить голодом и жаждой…

В тот же момент сверху послышался голос Одноухого:

– Конечно, не собираемся! Наоборот, для поддержания необходимого жизненного тонуса будем кормить вас самыми отборными и питательными продуктами.

В верхней трети сферы виднелось большое открытое окно, откуда по пояс высовывалась фигура жреца. Чуть сбоку от него еще два вьюдораша поспешно опускали огромную корзину с едой, фруктами и кожаными флягами с жидкостью. Лишь только корзина коснулась пола, крючок провис вниз, освободил захват и отошел в сторону. Веревку тут же вытянули наверх, – видимо, пленникам запрещалось иметь такие предметы.

– Этого вам вполне хватит до следующего раза, который будет через девять с половиной часов. Выживете – получите еще еды. Не понимаю, как тебе удалось спастись… Но вряд ли даже такие уникальные запасы магии, как у тебя, человеческий самец, в следующий раз помогут тебе уйти от набирающего силы зверя.

– Так он еще и усиливаться будет? – не выдержал Невменяемый.

– А как же! Кроме того, в каждую последующую мутацию он будет становиться в два раза больше.

Жрец хохотнул, и окно вновь стало почти не отличимым от окружающей поверхности.

Молодой колдун понурил голову и так бы и остался стоять каменным изваянием, если бы не принцесса.

– Ого! – воскликнула она, подбегая к корзине. – Да ты полюбуйся на это изобилие! И плоды какие диковинные! – Поднатужившись, она водрузила их дневную пайку на кровать. – А что в этих симпатичных фляжках? Надеюсь, нас не хотят отравить? Ну-ка попробуй первым.

Пришлось Невменяемому пройти к кровати и поочередно попробовать содержимое каждой фляги. К их обоюдному удивлению, в трех емкостях оказался чудесный гремвин с непередаваемым запахом и ароматом. Несколько больших глотков этого напитка позволили Кремону наконец расслабиться и услышать просительные вопли собственного желудка, переходящие в откровенные требования: «Есть! Много и немедленно!» Да и понятно, время давно обеденное, а молодой здоровый организм еще не завтракал.

Как тут можно было сдержаться? Молодой колдун набросился на еду, словно не ел несколько дней. Элиза старалась не мешать ему своим вниманием, уселась к нему боком на другой стороне кровати и только временя от времени просила подать что-нибудь из корзины. Однако при этом их руки каждый раз соприкасались, и мужской взгляд уже без содрогания скользил по обнаженному женскому телу. К тому же Элиза часто прикладывалась к емкости с гремвином, но делала всего лишь маленький глоточек, тогда как проголодавшийся и страшно уставший колдун хотел снять полученный стресс быстро и любым способом.

Через полчаса две фляги с алкоголем опустели, и на пленников стала накатывать сонливость. Последним волевым усилием Невменяемый попытался поделиться с наследницей престола собственной одеждой, но она твердо отказалась, ссылаясь на то, что в храме совершенно тепло, а одежда настоящему воину больше пригодится, чем ей.

Молодой колдун глубокомысленно покивал, пялясь на прекрасное обнаженное тело, но сон его все-таки сморил. Настроив внутренний будильник на пробуждение через семь часов, Кремон завалился на спину и тут же уснул, успев почувствовать, как упругое женское тело ловко пристроилось к нему сбоку, мягкие волосы защекотали подбородок, а шею обвила женская рука. Затем наступил крепкий сон без всяких сновидений.

Выспаться удалось просто отлично. Еще не открывая глаз, Невменяемый ощутил в себе целый океан физических сил. А вот магических…

Видимо, на его лице отразилось жуткое разочарование, потому что тут же послышался встревоженный голос Элизы:

– Что случилось?

– Ничего нового, – грустно отозвался колдун и открыл глаза. И сразу же закрыл снова: прямо над его лицом соблазнительно красовалась упругая женская грудь. В нос ударил запах женского тела, и рот Кремона наполнился слюной от вполне понятного вожделения. Так и захотелось схватить крупный сосок губами и втянуть в себя это средоточие женского естества.

Чтобы не совершить этого, Кремон применил запрещенный прием: вызвал в памяти образ бросающегося на него чудовища. Возбуждение моментально спало, и он смог совершенно спокойно открыть глаза и продолжить свой рассказ о том, что его так расстроило:

– Ничего нового! В том смысле что мои магические силы и не думают возвращаться. Так что давай обдумаем наши предстоящие действия. Какие будут предложения?

Принцесса присела рядом, а потом прилегла на его руку. При этом ее умопомрачительная грудь опять оказалась у молодого колдуна перед глазами.

– Предложения? Ладно, давай думать… Может, ты нырнешь в лужу?

– В погоне за мной зверь пересекает ее не замечая.

– Тогда отгородись от меня кроватью.

– Уже пробовал сдвинуть, не получается, ножки намертво закреплены в камне, словно вплавлены. К тому же своим таранным ударом животное запросто собьет меня с ног. А как подумаю, что оно еще и больше станет…

Элиза тяжело вздохнула и подвинулась чуть выше:

– Что ж, тогда придется тебе меня насиловать.

При этом ее сосок упрямо коснулся губ молодого колдуна – и тому уже не помогали никакие образы. Он только и смог выдавить:

– Только не сейчас! Подождем, пока ты потеряешь сознание!

Роковая женщина, вскружившая голову не одной сотне мужчин, тут же отстранилась и грустно рассмеялась:

– Не переживай! Все-таки это наша судьба. Не получилось так, значит, получится по-другому. И мы совершенно бессильны что-либо изменить.

Она чуть сдвинулась вниз и прижалась к его щеке губами:

– Пусть будет что будет, – затем прикрыла глаза, но тут же испуганно открыла вновь: – Ты только не прозевай, когда я потеряю сознание!

– Не прозеваю, жить-то хочется. Нам надо обязательно протянуть эти дни. Время идет, вдруг к нам и успеют на помощь…