Алхимик в Пустыне - Лана Туулли

Ладно. Пришлось отступить. Все-таки Ньюфун был уверен, что рано или поздно клятая магическая животина вытащит его из подземелий. И что же? Он оказался прав!

Свинка с разгону вырвалась на свежий воздух, в щель между камнями, за которой открывался бескрайний синий простор… в виде бездонной пропасти. Еще хорошо, что Ньюфун вовремя успел затормозить, а то бы рухнул в узкое ущелье, на дне которого виднелась едва различимая водная пыль. Копилке что — даже если она упадет вниз, всего лишь расплющится… А с настоящим гномом из клана Кордсдейл так поступать не рекомендуется.

Осталось вернуться и попытаться найти еще один выход.

Тому, кто меня найдет, Ньюфун — исключительно на всякий случай, — решил оставить завещание. Дескать, обратите внимание на свинку-копилку из темно-серого металла, которая будет привязана цепью к моему бездыханному телу. Она кусается, визжит и может наносить травмы — от легких до качественных, — если вы попытаетесь заглянуть к ней в нутро, не будучи ее законным владельцем. Законный владелец — сестрица Напа, при ней свинка станет послушной и покорной… Вот только где она, Напа? И где, раз уж зашла речь о прикладной географии, сам Ньюфун?

Немного подумав, Ньюфун стал сочинять краткую инструкцию по эксплуатации копилки-свинки. С пунктом "ежедневный уход и чистка" справился легко — купать в колесном дегте раз в десять лет, полировать мягкой ветошью, начищать копытца и клыки стандартной смесью для доспехов N15/6, а вот с пунктом «питание» вышла заминка.

Хмм, размышлял Ньюфун. То, что копилка любит употреблять внутрь разнообразные ценности, причем с большим процентным содержанием драгметаллов, гном прекрасно выучил. А вот…

А вот как объяснить, что уже несколько часов свинка бежит все медленнее и медленнее? Вообще-то, Ньюфун думал, что снижение темпа передвижения связано с тем, что девчонка Джоя куда-нибудь ускакала… А может, — вдруг дошло до гнома, — магическому артефакту просто нужна подзарядка?

И тогда, наконец, она вынесет его на поверхность!

Чем больше размышлял Ньюфун Кордсдейл, тем более привлекательной казалась ему эта идея. А что? Как-то надо выбираться из подземелья! Да, он гном… но он не гидра какая-нибудь, и не цинская трехголовая змея, чтоб провести вечность в темноте, на жестких камнях, голодным и без пива!

Отлично, идея есть, теперь как ее воплотить? И Ньюфун Кордсдейл занялся поиском сокровищ.

Увы, в том отдаленном районе Триверна, куда занесла его артефактная свинка-копилка, с сокровищами дело обстояло крайне плохо. Скормив имуществу своей сестрицы пряжки с сапог и последние пуговицы, которыми Ньюфун согласился рискнуть исключительно из тех соображений, что в темноте его все равно никто не видит, а выбраться наверх, к гномам, хочется, мастер обнаружил две истины. Одну — хорошую, а другую — не очень.

Первая истина, хорошая, заключалась в том, что Ньюфун прав относительно существования прямой зависимости между подкормкой в виде ценных вещиц и скоростью артефактной свиньи-копилки.

Вторая истина, прямо скажем, печальная, заключалась в том, что никаких ценностей у Ньюфуна не осталось, найти зарытый где-то поблизости клад не представляется возможным, а значит, скоро артефакт полностью остановится.

На этом путешествие Ньюфуна из клана Кордсдейл за Черно-Белым Котом и похищенной девчонкой закончится, и начнется длительное, тяжелое и окончательное путешествие к Центру Земли…

Через несколько часов

Как Ньюфун и думал, свинке-копилке старого Дюши Кордсдейла пришел конец.

Устав волочить за собой увесистое металлическое тельце, Ньюфун принялся готовиться к отбытию к Центру Земли.

Улегся посреди узкого каменного тоннеля. Положил на грудь записку "Тому, кто меня найдет", привычно намотал на кулак цепь, удерживающую копилку. Лег, закрыл глаза.

Почесал под шлемом.

Подождал.

Почесал бороду.

Подумал.

Еще подождал.

Увы, умирание оказалось куда более длительным процессом, чем рассчитывал хозяйственный и деловитый гном.

От нечего делать Ньюфун принялся размышлять, а сможет ли он выбраться на поверхность без помощи магического артефакта? А что? Почему бы и нет? Ведь всем известно, что гномы хорошо ориентируются под землей!

Потому, — ответила рассудочная часть спрятанного под шлемом гномьего мозга, — что гном хорошо ориентируется там, где хотя бы приблизительно знает, чего ожидать… Ну, могу я определить, где север, где юг, на сколько локтей вниз ниже уровня моря я забрался… — и Ньюфун рассеянно высек искру, резко проведя ногтем по ближайшему камню. Но как мне прикажете выбраться наверх, если приходится тащить на собственных плечах эту клятую магическую, переполненную собранными сокровищами скотину?

Если бы в этот миг на Ньюфуна вдруг свалился метеорит, и тогда бы искры, посыпавшиеся из глаз гнома, не были бы столь яркими. Конечно!!! Как он сразу не догадался!!! Ведь целая походная сокровищница, набитая несколькими фунтами золота, а возможно — целыми пригоршнями драгоценных камней! — всё это время таскалась рядом с ним!

Если она захочет меня укусить, — решительно думал Ньюфун, вытаскивая копилку в очередную пещерку, где призрачным голубовато-фиолетовым светом поблескивали пятна лишайника, — значит, будем считать, что не так уж эта клятая скотина оголодала. А если действительно скончалась от питательного истощения… — мастер придирчиво обнюхал копилку и принялся извлекать из кармана куртки складную отвертку, — значит, точно кусаться не будет.

Несколько насыщенных часов забывший о голоде и усталости Ньюфун доблестно сражался с хитрыми замками, охранявшими собранные Дюшей Кордсдейлом сокровища от постороннего любопытства. Не обошлось и без сломанных ногтей, царапин, обязательного гномьего "шпацех уэш! саг'лиэ бъяу!" — но все-таки, учитывая дни, проведенные в гордом одиночестве, возможные скандалы, которые закатит Напа, если не обнаружит своего любимого Котика, а так же естественную смекалку, которой Ньюфун был наделен в полной мере, у артефакта не было ни единого шанса на победу.

Очередной раз скрипнула потайная пружинка… и вдруг голова и шея свинки повернулись на шарнире, открывая блестящее, мерцающее в призрачном свете лишайника, драгоценное нутро. Чего здесь только не было! Золотые монеты нескольких стран, и новенькие, едва от чеканщика, и вполне заслуженные. Монеты серебряные — потемневшие от времени и сверкающие. Камни граненые, камни полированные — сапфиры, рубины, несколько крупных изумрудов, алмазы; роскошное колье из серебра с янтарными вставками, не менее чудесная жемчужная нить, пряжка для плаща из крупных гранатов, в окантовке из мелких алмазов…