В тени Рюджина - Халег Чудинов

щебня обгорелый клочок бумаги. Из нее делали свои гранаты бойцы Рококу. По иронии судьбы заказывали эту бумагу наверняка в Стране Дождя — только там ее умеют делать настолько влагостойкой и прочной.

От этого обрывка пахло гарью, воском и прогорклым маслом, но еще примешивались и иные запахи: йод, сульфид калия, сернистый газ, немного аммиака и следы какой-то еще органики. На самом деле, если не концентрироваться на отдельных нотках, то запах чем-то напоминает остатки сгоревшего дымного пороха зачем-то смешанного с йодом. Что-то новенькое. Взрывчатые составы в этом мире известны, шиноби их широко применяют, и порох в том числе, но обычно как добавку к дымовым бомбам. И йодом там даже не пахнет. Может, в местных условиях он как-то повышает эксплуатационные качества взрывчатки?

Я одно время рассматривал варианты использования в боевых действиях нитроглицерина и иных взрывчатых веществ в разных их вариациях, однако пришел к выводу, что в текущих реалиях массовое использование химической взрывчатки смысла большого не имеет. По большей части с переменным успехом и гораздо меньшими затратами ее могут заменить модифицированные взрывные печати. В будущем, с развитием науки и технологий, возможно, получится как-то вписать взрывчатые вещества и в этот мир, но только когда разовьются химическая и сталелитейная промышленности, например.

Потенциал-то, в принципе, есть. Даже сейчас Рококу со своими пищалями могло какое-то время сдерживать Амегакуре. Массовое огнестрельное оружие за счет доступности и отсутствия необходимости несколько лет обучаться его использовать может существенно повлиять на характер боевых действий. Шиноби, естественно, никуда не денутся, но их арсенал расширится. Однако это дело далекого будущего. Мелкосерийные фитильные мушкеты в местных реалиях будут эффектными, но бесполезными пугачами. А чтобы поставить на конвейер выпуск автоматического оружия, нужно для начала наладить химическую промышленность, металлургию, начать выпуск унитарного патрона с инициирующим и бризантным зарядами…

Нет, слишком дорого. На одну условную винтовку или гранату с сомнительной эффективностью ляжет столько накладных расходов, что даже богатств Рюджина не хватит на выпуск большой серии. Это ж надо построить добывающие предприятия, заводы, электростанции, водородные фермы под них, а потом кучу рабочих на все это где-то обучить и нанять, а потом еще одну кучу рабочих найти, которая будет первую кормить и обслуживать. Проще и эффективнее развивать то, что есть уже сейчас в наличии. Сейчас у меня иные приоритеты, которые и так требуют серьезных капиталовложений.

— И как этим вообще пользоваться? — поинтересовалась Акицу, вертя в руках разорванный в клочья кусок стебля бамбука.

Судя по слабому запаху взрывной смеси и нагару, это когда-то было пищалью или, точнее, огненным копьем. По длине ствол был метра полтора, а размочаленный конец, наверно, был еще в полметра длиной. Штука взрывоопасная, поэтому такая длинная рукоять нужна для безопасности самого стрелка. Как ей пользовались, я могу представить только в общих чертах. Но, раз запах йода еще чувствуется, значит, пользовались им не так давно — иначе он уже испарился бы.

— Идем дальше, там и узнаем, — таков был мой ответ Акицу.

Идти оставалось недолго. Амегакуре уже были у стен Рококу, и видно их стало кецурьюганом через десять минут после небольшой остановки. Моему взору открылось типичное какурезато. Находится в труднодоступном месте, расположено на выровненной с помощью ниндзюцу площадке, окружено укреплениями. Чем-то Коноху напоминает, только меньше в разы и, как принято в религиозной Стране Камня, перед главными воротами стоят в ряд тории. Точнее, они там были, сейчас из трех только одни еще на месте, от остальных только покосившиеся столбы остались.

Амегакуре как раз предпринимало попытку штурма. Всего около сотни шиноби идут плотным клином. Похоже, сильных среди них было немного: масштабных техник маловато, пользуются групповыми ниндзюцу. Стены из воды и призванные ворота для защиты от обстрела, ниндзюцу Дотона используются для разминирования. Еще сотня ниндзя чуть позади, в резерве на случай контратаки.

Особых изысков штурм какурезато не требовал, их укрепления традиционно сильно уступают таковым у самураев. Стены — это больше для упрощения контрольно-пропускного режима. Защита скрытой деревни, когда она перестает быть, собственно, скрытой, состоит в целом перечне специальных мероприятий, имеющих целью в принципе предотвратить саму возможность штурма. Если до него дело дошло, значит, война уже практически проиграна. Можно еще, конечно, подергаться, но стены большой роли в этом не сыграют. Тут нужно оружие последнего шанса и возмездия в одном флаконе. Что-то вроде биджу.

У Рококу, естественно, ничего подобного не было, а их аобико помогал слабо.

Стены и пространство перед ними заволокло сизо-фиолетовым дымом, при приближении стали слышны отголоски взрывов и выстрелов, только толку от этого было немного. Эффект неожиданности прошел, и в Амегакуре разработали тактику противодействия новому оружию. Хотя фиолетовый дым выглядел красиво. Как горит и испаряется йод вообще приятно смотреть, если находиться на расстоянии.

Могу предположить, что в Рококу в своей взрывчатке использовали нитрид трииода. Вещество это взрывается при малейшем прикосновении, но здесь как-то научились это использовать. И зачем-то взрывчатую смесь напитывали водой, при этом она почему-то не теряла своих свойств, а даже становилась лучше. Это мне не понятно.

— Господин, — обратился ко мне Канрю, додзюцу которого тоже позволяло осматривать развернувшееся сражение, — тот шиноби в ставке. Не участвует в штурме.

Тот шиноби — это Яхико. По наводке Чиноике я его тоже нашел.

— Хоть и чунин, но молодой. Без большой нужды ему лучше на такие битвы смотреть со стороны, — прокомментировал я, осматривая окружение Яхико.

Конан тоже здесь была. Ханзо не видно, но он тоже может быть здесь. А вот присутствует ли Нагато? Если сам Саламандра здесь, то наверняка и этот Узумаки тоже при нем. Если нет, то не факт. Хотя судить наверняка рано.

— Вы ищите кого-то конкретного? — заметил Канрю.

— Да. Парень лет пятнадцати, — медленно ответил я, запрыгнув на верхушку качнувшейся под моими ногами сосны и всматриваясь в расположившуюся в ущелье скрытую деревню и ее окрестности. — Красные волосы, имеет… необычное додзюцу. Его глаза должны быть наполнены чакрой, как у Юко Учиха и даже сильнее.

— Красные волосы? — навострил уши Котоширо.

— Его мать могла быть Узумаки, — ответил я на невысказанный вопрос. — Звали ее Фусо. В родовых книгах не упоминается, но она, скорее всего, Узумаки.

Сказал я это и тут же задумался, а не сморозил ли сейчас