Гнев орды - Александр Андреевич Войкин

Сперва я должен выполнить обещание.

— Куда ты? — забеспокоилась Вирра, когда я с сожалением отпустил её.

— При нашей встрече я заключил с Жарденом договор о том, что помогу демонам исправить Нижний мир, чтобы им не пришлось вторгаться в наш. Теперь, когда принц мёртв, договор утратил силу, но я считаю себя обязанным завершить начатое. В конце концов, есть риск, что с разрушением Нижнего мира мы тоже можем пострадать. Я не хочу, чтобы кто-то ещё прошёл через то же, что выпало мне.

Вирра шагнула было вперёд, но заставила себя сдержаться, хоть я и заметил в её глазах слёзы. Мне и самому было неприятно так поступать, я ведь только что буквально воскрес перед своей семьёй, и опять вынужден уйти. Но мне хотелось сделать всё до того, как божественные силы иссякнут. В запасе ещё часов восемнадцать, это существенно, однако время как спичка — мимолетно. Нужно поспешить.

— Я вернусь, обещаю, — произнёс я и шагнул спиной в раскрывшийся позади портал.

Нижний мир значительно изменился за прошедшее время. Привычный по прошлому визиту серый цвет стал куда насыщеннее и темнее, поэтому сперва мне показалось, будто вокруг царит ночь. Пепел также потемнел, стал походить на какую-то сажу, и теперь усеивал всё вокруг. Этот мир явно был на грани разрушения.

Я стоял в маленьком дворике где-то позади дворца Жардена, и, судя по сенсорам, вокруг не было ни единой живой души. Я расширил область поиска до нескольких километров, но и тогда не обнаружил ничего, похожего на признаки жизни. Демоны покинули дворец и город подле него.

Тогда мне пришлось охватить разумом весь Нижний мир, и это оказалось куда сложнее, чем я представлял. Сотни и тысячи нитей разошлись от моего сознания вовне, опутав всё вокруг и посылая незримые сигналы. Обратно поступило ничтожно малое количество ответов. И тогда я всё осознал.

Большинство демонов переселились в Верхний мир. Здесь, внизу, остались лишь несколько тысяч особей, вероятно, самых убеждённых патриотов, не желающих покидать родной дом.

Но, если верить словам Лерида и Вирры, наверху поголовье демонов значительно проредили за минувшие двадцать лет. Получается, люди и орки почти истребили этих существ?

Проклятье на тебя, Ругххзан, своими действиями ты привёл к гибели тех, кому взялся помогать!

«Они сами виноваты в собственной слабости», — огрызнулся Павший, но слишком вяло, я всё же успел почувствовал в его словах сожаление.

— Если бы ты не был кровожадным безмозглым ублюдком, мы бы сообща смогли что-нибудь сделать. Объединить усилия и исправить здесь всё. А теперь слишком поздно.

Ругххзан раздражённо фыркнул, но я понимал, что Павшему действительно неприятно осознавать мою правоту. Впрочем, возможно, я слишком приукрасил действительность. Где-то на периферии сенсорики ещё теплилась жизнь, Нижний мир пытался бороться за существование. Потянувшись к этому очагу надежды, я переместился на другой конец измерения, к древнему лесу, раскинувшемуся на сотни миль. Передо мной высилось огромное дерево, чей ствол не смог бы охватить даже великан. Оно выглядело тёмным, почти чёрным, с редкими прожилками серебра. Необычная кора буквально излучала силу и мощь, настолько древние, что даже Ругххзан в сравнении с этим казался бы младенцем. Я сделал шаг, осторожно коснулся ладонью ствола дерева, настроился на одну волну с этим невероятным созданием. И едва не утонул в колоссальном потоке информации, обрушившемся на мою голову.

Словно бешеный шторм подхватил меня и потащил в глубины древности, перед глазами мелькали картины прошлого: изгнание демонов из Верхнего мира, пришествие Павших, их тесная связь с демонами и общее выживание во имя будущего всего народа. Картины сменялись одна другой, пока, наконец, я не увидел самого себя — стоявшего напротив, прижав ладонь к зеркальной поверхности. И, повинуясь чутью, я зачерпнул столько сил, сколько смог, а затем закрутил спиралью вокруг себя символы древнего алфавита. Нечто внутри меня — обрывки памяти Павшего, — пробудились в этот миг, предоставив нужные данные, и теперь я знал, что и как делать. Я сплетал и сплетал огромное заклинание, а оно цепью тянулось подле меня, постепенно охватывая весь древесный ствол неким подобием пояса. С каждым жестом, с каждым символом я терял прорву энергии, но её не становилось сильно меньше, наоборот — кто-то огромный и могучий словно бы делился со мной, подпитывая и приободряя. И я работал, не прерываясь ни на миг.

В конце концов, когда последний знак лёг в общую систему формаций, я шумно выдохнул и, секунду полюбовавшись проделанной работой, произнёс команду-ключ.

Яркая вспышка озарила всё вокруг, а взрыв, раздавшийся внутри дерева, отшвырнул меня далеко прочь, протащив по земле и с размаху ударив о крупный камень. Выпрямившись, я открыл глаза, наконец, позволив себе снова полагаться на привычные органы чувств — и увидел, как тёмное мёртвое небо рассеивается, превращаясь в ясное и безоблачное. Земля вокруг тоже менялась: исчезал слой пепла, сменяясь грунтом и растительностью, а общий фон погибели и безнадёжности в Нижнем мире уступал место спокойствию и плодородию.

— Получилось, — прошептал я, вдохнув полной грудью и рассмеявшись.

«И впрямь», — в голосе Ругххзана слышалось изумление. — «Никогда прежде такого не видел. Это ведь чудо, а чудеса могут делать только…»

— Только боги, — произнёс кто-то позади меня. Я резко развернулся и увидел высокого статного мужчину в белоснежном одеянии, похожем на то, что носят жрецы Новых богов. Однако общий фон, окружавший незнакомца, ясно давал понять, что он так же далёк от смертных, как улитка от носорога.

— Поговорим? — с мягкой улыбкой предложил мужчина. На миг в его глазах мелькнуло золотистое пламя, и я понял, что даже в нынешнем божественном состоянии не смогу победить, если нам придётся драться. Передо мной был истинный бог на пике формы.

Поэтому я лишь молча кивнул.

Шаг тридцать четвертый

На лице бога виделась искренняя доброжелательность, но я всё равно был настороже. Кто знает, какие у представителя местного пантеона намерения?

— Я тебе не враг, принц Кард, — спокойно произнёс бог. — Скорее, наоборот.

— Моё имя ты знаешь, но сам не