Дрожь в основании ада - Дэвид Вебер

установленным Писанием минимальным стандартам для вторичного канала, не говоря уже о первичном канале, таком как Холи-Лэнгхорн или Гуарнак-Айс-Эш. Его самые большие шлюзы были едва восемьдесят футов в длину и двадцать футов в ширину, его максимальная глубина составляла всего восемь футов, а его буксирные пути были плохо проложены и слабо обслуживались, что совершенно не подходило для интенсивного и устойчивого движения, которое обычно осуществляли первичные каналы.

Это так похоже на деснаирцев, — с отвращением подумал он, — делать халтурную работу над чем-то, что могло бы принести такую огромную пользу их экономике. Осалк-Шеркал был вполне адекватен потребностям аграрных сюзеренов-крепостников Восточного Деснаира, и эти сюзерены не заботились об удовлетворении чьих-либо потребностей. Единственным реальным исключением из этого правила был герцог Шейрн. В дополнение к богатому рыболовству в водах к востоку от Шейрна, шлюзы на реках Варна и Шейрн обеспечивали единственное водное транспортное сообщение между Восточным и Западным Деснаиром. Эти шлюзы не могли сравняться с действительно интенсивным движением северного Хейвена, но они могли обрабатывать гораздо большие баржи, чем Осалк-Шеркал. Как следствие, шейрнцы были менее неуклюжими, чем деснаирцы в целом, что, несомненно, было причиной того, что герцог Шейрн в конечном итоге возглавил имперский деснаирский флот.

Однако несчастье Деснаира было удачей Чариса. Осалк-Шеркал был практически бесполезен, когда дело доходило до перемещения большого количества древесины, артиллерии, якорей, мачт и всего прочего оборудования, которое шло на строительство военных кораблей. (Мачты и рангоут были особенно проблематичны, учитывая их длину, но едва ли они были единственным узким местом.) Это, в свою очередь, разделило судостроительные мощности Деснаира между верфями бухты Эйкорн в Деснаир-Сити, верфями Мэликтин в бухте Харлесс и Итрия в заливе Джарас. (Почему изначально в Шейрнпорте не была построена военно-морская верфь, было интересным вопросом, ответ на который, несомненно, имел какое-то отношение к типично запутанной внутренней деснаирской политике, но Жэзтро не собирался жаловаться на это.) В немалой степени благодаря ИЧФ, эскадры, построенные на этих далеко расположенных верфях, так и не смогли объединиться в единую мощную силу, а последовательная ликвидация всех судостроительных мощностей в заливе Джарас привела к уничтожению всего к северу от Мэликтина и Гейры.

Однако ликвидация потрепанных остатков имперского деснаирского флота обещала стать несколько более сложной задачей. Взаимосвязанные водные пути бухты Гейра, бухты Харлесс, пролива Хатор и — благодаря каналу императрицы Элисандры, единственному реальному (хотя и короткому) каналу к востоку от Деснаирских гор — бухты Эйкорн представляли собой один огромный лабиринт, его фланги изобиловали потенциальными укрытиями для галеонов, галер… и каперов. (Залив Шейрн, расположенный на триста миль южнее и без такого множества островов и бухт, был отдельной проблемой, которую придется решать позже.) Двадцать с лишним миль канала императрицы Элисандры были слишком мелкими для океанских галеонов, но их было более чем достаточно для небольших каботажных судов и каперских шхун. И, просто чтобы сделать задачу Жэзтро более интересной, деснаирцы разбросали десятки небольших строительных верфей по всей территории, чтобы произвести еще больше каперов.

Конечно, они это сделали. Даже Церковь не могла по-настоящему заинтересовать деснаирских аристократов в строительстве флота, но каперы…! Ах, это совсем другое дело, не так ли? В конце концов, это способ для тех же самых аристократов зарабатывать деньги, не унижая себя, фактически укрепляя свою собственную страну и не пачкая руки чем-либо, пахнущим «торговлей».

Возможно, он был несправедлив к аристократии империи. Возможно… но чертовски маловероятно.

Однако в данный момент он и его эскадра собирались начать лишать этих дворян-каперов их активов. Это была давно назревшая задача, и тот факт, что он начал с Гейры, был просто глазурью на его личном торте. Император Марис II, прадед нынешнего императора, решил сделать город Гейра своей зимней столицей восемьдесят два года назад, когда женился на бабушке нынешнего герцога Харлесса. Жэзтро посетил Гейру и Деснаир зимой на службе у князя Нармана, и он должен был признать, что было много причин рекомендовать решение Мариса как с точки зрения архитектуры, так и климата. Многие из имперских советников были категорически против этого шага, в основном из-за огромного роста престижа и политической власти, которые он даровал Дому Гарнет. Деснаир-Сити по понятным причинам был настроен еще более яростно, но, по крайней мере, императорский двор находился в Гейре всего три месяца в году.

Марис IV, однако, вырос в Гейре, а не в Деснаир-Сити. Его мать, дочь предыдущего герцога Трейхэса, приходилась двоюродной сестрой сэру Алвину Гарнету и большую часть своего детства провела в Гейре. Мало того, она ненавидела Деснаир-Сити по целому ряду причин и привила те же чувства своему сыну. Император Марис весьма предпочитал свой родной город официальной столице и проводил в Деснаире не более двух или — самое большее, все время брыкаясь и крича — трех месяцев в году. Были и те, кто утверждал — очень тихо и конфиденциально, желая сохранить свои головы на местах, — что предпочтение Мариса Гейре напрямую способствовало катастрофе, постигшей армию Шайло, поскольку нынешний герцог Трейхэс, его дядя по материнской линии, был его первым советником, и они с Трейхэсом выбрали своего общего двоюродного брата сэра Алвина, недавно умершего герцога Харлесса, чтобы командовать вооруженными силами императора в Сиддармарке.

Этот шаг, к сожалению, плохо сработал для очень многих людей, не все из которых были деснаирцами. Теперь пришло время ясно выразить недовольство империи Чарис такими необдуманными решениями, и для передачи послания выбрали сэра Хейнза Жэзтро.

Очень надеюсь, что его величество находится в резиденции, чтобы получить его лично, — весело подумал он. — Почти уверен, что ему это не понравится. И сомневаюсь, что новый герцог будет счастливее с Чарисом, чем был старый, если уж на то пошло. Жаль, что так получилось.

Двойная труба показывала проблески движения вдоль городских стен и вдоль батарей, построенных для прикрытия набережной Гейры. Его корабли были все еще слишком далеко, чтобы он мог разглядеть какие-либо детали, даже через двойную трубу, но это было нормально. Его цели никуда не денутся.

Он повернул трубу прочь от города, быстро, но тщательно осмотрев остальную