Суданские хроники - Автор Неизвестен

войском своего сына, и они отправились против марокканцев. А в день встречи двух воинств по воле Аллаха умерли три человека — Мулай Мухаммед, Мулай Абд ал-Малик и сын государя христиан — не участвуя лично в битве и в военных действиях[639]. И было это из числа удивительных совпадений — это воля /208/ Великого, Всеведущего. Оба войска продолжали сражаться, но никто в обоих воинствах не ведал о кончине государя Мулай Абдаллаха, ибо каид Мухаммед-Таба скрыл это и не сообщил о нем никому. Он приходил повторно к шатру, в котором находился султан, обращался к нему, восхвалял ему, кого желал, из его воинов, а затем возвращался к ним, говоря людям: "Государь приветствует [вас], он видит вас и то, что вы делаете, и благодарит вас!" И обращался он к воинам [таким образом], пока не обратили они в бегство войско христиан и те не показали спину.

Когда кончина государя обнаружилась, Мулай Ахмед аз-Захаби убежал и спрятался из страха, как бы его не убили. Турки подумали посадить на царство Мулай Исмаила, сына Мулай Абд ал-Малика, но жители Марракеша не согласились на это; они привели Мулай Ахмеда оттуда, где он был в тот момент, Поставили его к власти, и Мулай Ахмед стал тогда повелителем. Затем он распорядился перебить каидов своего старшего брата из-за ненависти, какую он и раньше к ним питал за их поступки. Среди них были каид ад-Дагали, каид Ридван, каид Джафар, и каид Али ал-Джунавни — [все], за исключением каида Джудара и каида Мухаммеда-Таба. Однако он все же продержал Джудара в своей тюрьме двенадцать лет — в тюрьме, находившейся в садах; и Джудар в ней имел все виды добра и благ. Потом он его освободил и отправил в Судан пашою.

Мулай Ахмед[640] пробыл повелителем двадцать семь с половиной лет. Он проявил в управлении чудеса и диковины проницательности, знания обо всех вещах и высокие помыслы. Его удачливость в делах мира сего и успех, приходивший к нему ночью и днем, [были таковы, что] говорят, будто он никогда не думал о чем-нибудь без того, чтобы оно к нему пришло — он получал, что желал, нет — даже сверх того, на что рассчитывал. Затем он скончался в начале тысяча двенадцатого года [11.VI.1603—30.V.1604]. И наступило потрясение династии, и тянется упадок ее до сего времени..

ГЛАВА 29

/209/ Вернемся же к завершению речи о деле Мулай Зидана вместе с ас-Саури. Сам ас-Саури вовсе никогда не входил в город; напротив, он в дни своей победы оставался за его пределами, пока не выступил против него сейид Йахья ас-Суси. Ас-Саури встретил его за стеной города в начале рамадана в году двадцать втором после тысячи [15.X— 1.XI.1613], но ас-Суси победил его [и] убил. А жители Марракеша отрубили его голову, и дети [их] играли ею.

Сейид Йахья послал к государю Мулай Зидану, дабы приехал тот в свою страиу и принял верховную власть. Тот же отправил Йахье [ответ]: он-де пойдет в свой город, когда Йахья раньше уйдет в свою область, какую он пожелает. Он не доверял Йахье и боялся с его стороны предательства. Когда же тот действительно ушел назад, Мулай Зидан возвратился на царство. Он оставался у власти, пока не скончался в году тридцать седьмом после тысячи [12.IX.1627— 31.VIII.1628], пробыв обладателем верховной власти двадцать два года.

Потом воцарился его сын Абу Марван Мулай Абд ал-Малик[641]. Он был кровожаден и расточителен и занимался мерзкими деяниями, так что делался обременителен для людей, и его убила его же родня. Он скончался в середине года тридцать девятого после тысячи [21.VIII.1629—10.VIII.1630], пробыв государем два года и восемь месяцев. Затем на престол вступил его брат Абдаллах Мулай ал-Валид[642]. В управлении своем он себя вел так же, как и брат его, и людям он так же надоел. Шерифа Лалла-Сафийя, его тетка по отцу, сговорилась с дворцовыми слугами-невольниками относительно убиения Мулай ал-Валида. В него выстрелили из мушкета, и он умер в середине года тысяча сорок пятого [17.VI.1635—5.VI.1636], а пробыл у власти пять лет. Тетка же посадила на престол его брата, младшего годами, — выдающегося, счастливого, /210/ благословенного Мулай Мухаммеда аш-Шейха, сына Мулай Задана[643]. Он стал повелителем верующих и халифом мусульман, отличался прекрасным образом жизни и блестящим поведением, был любим недостаточными и бедняками, почитал ученых и праведников. Сегодня его нахождению у власти [уже] девятнадцать лет, да удлинит Аллах его жизнь и да увековечит [свою] поддержку ему, его могущество и его очевидную проблему. Ибо Он обладает для того мощью и может удовлетворить просьбы, [обращенные к Нему].

ГЛАВА 30

Рассказ о кончинах и событиях в связи с некоторыми из воинов, факихов, лучших людей, братьев и близких [автора] от прихода паши Джудара до тысяча двадцать первого года [4.III.1612—20.II.1613] и сообщение о некоторых событиях в это время в [хронологическом] порядке.

Среди них — смерть тьяга-фармы Али-Дьявенда и бенга-фармы Усмана-Дарфоно, фанданке Бубу-Марьяма и других в сражении между пашой Джударом и аскией Исхаком на поле боя, и было это во вторник семнадцатого джумада-л-ула девятьсот девяносто девятого года [13.III.1591].

А в четверг двадцать первого зу-л-хиджжа священного, завершившего помянутый год [10.X.1591], скончался томбукту-мундио Йахья Улд Бурдам. Его убили пулей воины каида ал-Мустафы ат-Турки под стеной касбы. В понедельник же двадцать пятого этого месяца [14.X.1591] скончался фари-мундио Йенба Улд Сай-Вулли также на поле боя между пашой Махмудом ибн Зергуном и аскией Исхаком.

В году, завершившем тысячу, в месяце джумада-л-ула [14.II—14.III.1592], а Аллах лучше знает, скончались аския Исхак и его спутники /211/ в Немтаноко, а аския Мухаммед-Гао и его товарищи умерли в Гао, и между кончиною их обоих [прошло] сорок дней. В этом же году скончался хатиб Махмуд Драме в Гао, да помилует его Аллах Всевышний. А в четверг девятого мухаррама священного, открывавшего год первый после тысячи, скончались мучениками два шерифа — Баба аш-Шериф и Омар аш-Шериф, внуки по матери шерифа Ахмеда ас-Сакли. Их обоих убил паша Махмуд ибн Зергун на рынке Томбукту, и были погребены они оба в одной могиле на кладбище (большой соборной мечети [8.X—6.XI.1592].

В ночь на понедельник, первую ночь мухаррама священного, открывшего год второй после тысячи [27.IX.1593], около рассвета скончался в Аркийе ученейший факих кадий Махмуд Кати ибн ал-Хаджж ал-Мутаважкил-ала-ллах[644]. Его перенесли в Томбукту, прочли над ним молитву после второй вечерней