Сборник "Один плюс один" - Дмитрий Громов

Дело страшное задумал –

Кожу снял с руки у друга,

Ободрал меча обломком

И кровоточащей кожей

Обтянул по рукояти,

Меч, сломавшийся в тумане,

Меч, звенящий от бессилья.

Приросла сырая кожа,

Улыбнулся Волк-Хозяин,

Мертвеца смежились веки.

Ай, иное –

прахом все земное!..

Как песок, засыплет время

Все, что было, все, что будет,

Кто-то эту песню сложит,

Кто-то эту песню вспомнит.

Где-то меж людьми гуляет

Синего меча обломок

С кожаною рукоятью.

Где-то прячется Зверь-Книга

В переплете из тумана.

Где-то есть такие ноги,

Что пройти туман сумеют,

Где-то есть такие руки,

Что поднять тот меч решатся,

Как поднял его когда-то

Тот, Кто с Молнией Танцует.

Ай, иное –

встань передо мною!..

ПОСЛЕ СКАЗКИ

Пережили все несчастья, разложили все на части, разобрали все по полкам – стали жить да поживать: на златом крыльце сидели, при венце и царском деле, ненароком проглядели, как закончились слова. Не уйти и не уехать – нас с пути сбивает эхо, голосит постыло в спину, хочет жаловать-любить… странной болью мы болеем: так Иванушка жалеет, расписавшись с Василисой, что Кащеем не убит. Три дороги под ногами, на пороге – белый камень, три судьбы пророчит камень: смерть, богатство и жену. Мы женаты, мы богаты, нагребли ума палаты – смерть придет, а мы из хаты: "Ишь, косая! ну и ну!…" Жили-были, все забыли, долюбили и остыли, в пятнах скатерть-самобранка, Сивка-Бурка ожирел… наливай-ка миску щей нам, и видали мы Кащеев! – только что-то заставляет просыпаться на заре. Копоть комом бьется в горле, конский топот, злое горе – не заесть тревоги щами, не залить души вином! И за круговою чашей с каждым днем трезвеем чаще: три дороги под ногами, за спиною – ни одной…

ИЗ МГЛЫ

…Откройте пещеры невнятным сезамом; о вы, лицемеры, взгляните в глаза нам! – взгляните, взгляните, в испуге моргните, во тьму протяните дрожащие нити! Мы знойным бураном к растерзанным ранам приникнем, как раньше к притонам и храмам, к шалеющим странам, забытым и странным, и к тупо идущим на бойню баранам! Откройте пещеры невнятным сезамом, откройте – коверкает души гроза нам…

ПАМЯТИ АНТАРЫ АБУ-ЛЬ-ФАВАРИСА

I. МОНОЛОГ ГОРДЕЦА

О, меня счастливей нету! Я, как звонкая монета,

Как небесная планета, вечной славе обречен!

По отцу я – лев пустыни, племенных шатров святыня,

А на кличку "Сын Рабыни" отвечать привык мечом!

Веселюсь в горниле боя, хохочу, не чуя боли –

Пока я в земной юдоли, нет покоя мне ни в чем…

II. ДИАЛОГ СИЛЬНЫХ

– Мой жребий высок, и ушла в песок

Кровь недругов Антары!

– Но жизнь – не кусок, подхваченный псом,

Не мяч для веселой игры…

– Прибежищу лжи бессмысленно жить,

Бессмыслено длить года!

– Но, мудрый, скажи: хоть мы – миражи,

Неужто уйдем без следа?!

– Пир сильного – бой! Рискуя собой,

Заслужим в веках хвалу!

– Но крови прибой утопит Любовь,

Наткнувшуюся на стрелу…

– К чему этот стон? Один или сто –

Позорно врагов считать!

– Но явь или сон, он определен

Твой жребий, за пядью пядь!

– О, полно мечтать о том, чтобы спать! –

Придется когда-то встать…

ПАН

Кому поет твоя свирель

В промозглом ноябре?

Вослед свободе и игре –

Мечты о конуре.

И ты согласен умереть,

Но перестать стареть.

Примерзли губы к тростнику –

Звучанье? Пытка?!

И эхо шепчет старику:

"Отбрось копыта…"

Пан?

Пропал?!

Ночь слепа.

Изо рта –

Сизый пар.

Ветер волосы трепал,

Успокаивал…

Пусты осенние леса,

Бесплодны небеса,

Ты не собака, ты не псарь,

Ты – битая лиса.

Метелка дикого овса

В курчавых волосах.

Ледком подернулась тоска –

вода в колодце.

Набухла жилка у виска,

коснись – прольется.

Пан?

Пропал?!

Ночь слепа.

Изо рта –

Сизый пар.

Ветер волосы трепал,

Успокаивал…

Кому нужна твоя свирель,

Когда умолк апрель,

Когда последний лист сгорел

На гибельном костре?!

И ты согласен умереть,-

Но только бы скорей…

Идет нелепая зима

В хрустальном платье.

У божества – своя тюрьма,

Свое проклятье.

Пан?

Пропал?!

Ночь слепа.

Изо рта –

Сизый пар.

Ветер волосы трепал,

Успокаивал…

ДИАНА

Диана, Артемида, страсть охоты,

Копье в листве, разящая стрела, –

Зачем меня ты, дева, обрела

В поклонниках? Любовные заботы

Богине хладной не дано постичь.

Ты – меч.

Ты – бич.

Ты – ночь.

Я – плач.

Я – дичь.

СОЛЬ НА РАНЫ

Внемли тоске в ночной тиши

Пустого сада.

Она – отрада для души,

Она – награда

За все смешные мятежи,

За все святыни,

За горечь лжи, за миражи

В твоей пустыне

За ужас помыслов благих –

Щебенки Ада;

За трепет пальцев дорогих,

За боль распада,

За плач вблизи и бой вдали,

За соль на раны…

И слово странное "внемли"

Не будет странным.

* * *

И жизнь не прошла, и сирень не опала,

И воздух весною пьянит, как всегда,

И в вечере плещется млечность опала,

Но где-то – беда.

Огнем на плясунье сверкают мониста,

Шалеет рука на гитарных ладах,

Дороге вовек не бывать каменистой,

Но где-то – беда.

Как прежде, наотмашь, как раньше, азартно,

Продам, и куплю, и по-новой продам!

Мерцает слюда на изломе базальта,

Но где-то – беда.

Еще не остыло, не вымерзло счастье,