Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

13 мая прибыли 850 человек. Всего – 26 700 человек, из них 10 000 раненых. Судьба ещё 38 000 человек была неизвестна. Они либо утонули, были убиты или пропали без вести.

После окончательного подсчета количество убитых и пропавших без вести в Крыму в период с 8 по 13 мая составило всего 57 500 человек (31 700 немцев и 25 800 румын). С начала боёв 5 мая на материк было доставлено 37 500 человек (из них 32 000 немцев и 5500 румын). За три последние ночи эвакуации с 9 на 10, с 10 на 11, с 11 на 12 мая были доставлены из Херсонеса в Констанцу 25 697 солдат и 6011 раненых. Кроме этого, были эвакуированы ещё 8100 человек, которые погибли при переходе морем.

Всего с начала эвакуации 12 апреля из 230 тыс. человек 17-й армии на материк немецким и румынским флотом было вывезено 130 тыс. человек, за то же время самолётами люфтваффе было вывезено ещё 21 457 солдат. Из указанного командующим 17-й армией числа 57 500 убитых и пропавших без вести судьба не менее чем 20 тыс. человек осталась невыясненной.

Я привёл немецкие данные. По данным же «Сообщения Советского Информбюро об итогах Крымской наступательной операции Красной армии» от 12 мая 1944 г.: «В ходе боёв по разгрому севастопольского плацдарма противника и очищению мыса Херсонес нашими войсками за период с 7 по 12 мая уничтожено: танков и самоходных орудий – 49, самолётов – 87, орудий разных – 308, миномётов – 331, пулемётов – 620, автомашин – 564, складов разных – 24.

Противник потерял только убитыми более 20 000 солдат и офицеров.

Захвачено нашими войсками: танков и самоходных орудий – 48, самолётов – 49, орудий разных – 1228, миномётов – 721 пулемётов – 4859, винтовок и автоматов – 46 041, автомашин – 4173, лошадей – 710, складов разных – 123, паровозов – 25, эшелонов с военной техникой – 14 и отдельно вагонов с разным военным имуществом – 540.

Взято в плен 24 361 солдат и офицер, в том числе командир 5-го армейского корпуса генерал-лейтенант Бемэ, командир 111-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Грюнер и несколько полковников.

Всего за период Крымской кампании с 8 апреля по 12 мая нашими войсками… взято в плен 61 587 солдат и офицеров…

Нашей авиацией и кораблями Черноморского флота с 8 апреля по 12 мая потоплено с войсками и военными грузами противника: транспортов – 69, больших десантных барж – 56, сторожевых кораблей – 2, канонерских лодок – 2, тральщиков – 3, сторожевых катеров – 27 и других судов – 32. Всего потоплено за это время 191 судно разного тоннажа»[284].

По германским же данным, были потеряны плавбаза «Румыния»; малые охотники за подводными лодками № 2313, 2314, 104; большая десантная баржа № 132; плавбатареи № 3106, 3111, 10, 01, 20, а также торговые суда.

В 2 ч. 30 мин. 12 мая последний крупный конвой покинул акваторию Херсонеса. Пароход «Тисса» на пути в Констанцу получил повреждения от попадания бомбы и его взял на буксир тральщик R-196. Пароход «Дуростор» затонул в 16 часов после попаданий бомб и торпеды подводной лодки А-5. UJ-310, поврежденный артиллерийским огнём, затонул. Находившиеся на месте 10 больших десантных барж оставались у пристаней и после 2 ч. 30 мин. до полной загрузки. Они продолжали находиться в распоряжении морского коменданта. Им была дана команда взять на борт как можно больше человек (до 700 вместо 250 по инструкции, а некоторые даже до 1100 человек) и идти на запад.

По «послеперестроечному» изданию «Гриф секретности снят», в Крымской наступательной операции с 8 апреля по 12 мая 1944 г. участвовало 30 стрелковых дивизий, один танковый корпус, три танковые и две стрелковые бригады, и два укрепрайона, общей численностью 462 400 человек (данные на начало операции). В ходе операции безвозвратные потери составили 17 754 человека, а санитарные – 67 065 человек.

Как видим, наши и германские данные существенно разнятся. Тут следует заметить, что если в отношении вражеских кораблей и плавсредств наши адмиралы врали безбожно, то с потерями сухопутных войск явно проводились «хитрые манипуляции». Видимо, потери убитыми намного превышают 17 тысяч человек, особенно если к ним прибавить потери штрафников, полков НКВД, партизан, летчиков и т. д.

Глава 17. Восстановление Севастополя в 1944–1954 гг.

В начале июля 1942 г. все севастопольские органы власти прекратили свою работу. В 1943 г. в городе Краснодаре были воссозданы органы власти и управления Севастополя.

9 мая 1944 г. Севастополь был освобождён от оккупантов, хотя отдельные бои ещё продолжались на Херсонесском полуострове до 12 мая. Вместе с войсками Красной армии в освобождённый город вошла оперативная группа инженерного отдела Черноморского флота во главе с инженер-подполковником И.А. Лебедем.

Города фактически не существовало. На его месте освободители увидели обожжённые каркасы и развалины жилых домов, школ, больниц, музеев, учреждений. Везде сплошные завалы, воронки от бомб, снарядов, обуглившиеся деревья. «…Осталось нынче от него скалы, море да солнце. Да бессмертная слава, которая возродит эти груды камней», – писал тогда известный советский писатель Леонид Соболев, вошедший с войсками в Севастополь.

Было разрушено 94 % жилой площади, уничтожены все промышленные предприятия, водопровод, канализация, электростанция.

В городе из 110 тысяч жителей осталось лишь 10 тысяч.

Степень разрушения города не позволяла определить даже направление улиц. Всё лежало в развалинах.

Уже на следующий день в освобождённый Севастополь начали возвращаться жители города. 10 мая 1944 г., когда ещё продолжались бои в районе мыса Херсонес, а город горел, вместе с войсками прибыли оперативная группа Крымского обкома партии, Черноморского флота, партийные и советские руководители города – П.И. Лесик, В.П. Ефремов, А.А. Сарина, Е.П. Гырдымова и другие.

Они ознакомились с положением дел, решали самые неотложные и острые проблемы: убрать трупы, разместить раненых, разбирать завалы, накормить и напоить прибывающих в город, в котором было уничтожено всё.

И гражданские, и военные в первую очередь начали расчищать дорогу в Севастополь от разбитой военной техники и завалов, по которой уже 12 мая 1944 г. прибыл на автомашинах из Туапсе личный состав строительства № 1.

Многие улицы нельзя было определить – была потеряна их градостроительная сетка. На центральном городском кольце восстановлению подлежали всего два здания – главного почтамта и комендатуры. По проспекту Нахимова остался только полуразрушенный фасад дома № 11, в котором ныне размещаются музыкальная школа и Художественный музей. На месте проезжей части нынешних проспекта Нахимова и улицы Большой Морской среди заросшего бурьяном пространства пролегла «тропинка». А по сторонам стояли развалины. Кое-где вился дымок из торчащих в руинах дымовых труб. И было до жути тихо среди белого дня…

В развалинах