Темная сила Вселенной - Джулия Чернеда

Джейсон обуздывал свою силу, готовясь к тому, что ждало его впереди. Раэль вела их. Она улавливала след силы своей сестры в м'хире и направляла 'Викса и Терка грациозными движениями изящной белой руки.

— Здесь! — воскликнула она и указала вперед.

Рассел Терк крякнул, замедляя их бешеное движение, потом щелкнул кнопкой и выпустил стайку портативных фонариков, которые тут же взмыли в разные стороны и своими широкими белыми лучами прорезали ночную тьму. Вода. Вода. Потом показались очертания берега, широкая черная полоса выгоревшего тростника, обломки — Морган услышал, как 'Викс забормотал что-то в переговорник, — затем появилась опушка крошечного леса, рощицы чахлых карликовых деревьев, поваленных в разные стороны, как будто какой-то великан расшвырял их, не дав укорениться.

— Будем садиться у места крушения, — начал Терк, замедлив ход аэрокара еще больше, и начал заходить на посадку.

Джейсон не слушал. Все его чувства твердили ему, что Сийра там, внизу, — и времени у них не осталось. Его ладонь легла на задвижку дверцы аварийного выхода. Одним рывком он распахнул ее.

И бросился во тьму.

ГЛАВА 54

Громкий всплеск выдернул меня из забытья. Я с трудом разлепила один глаз, увидела свет и поздравила себя с тем, что дотянула-таки до зари. Всплеск отозвался эхом, даже несколькими отголосками. Вспугнутые орт-грибки сползли с моих ног; пока они были там, я не чувствовала неудобства, но теперь кожа принялась зудеть, как будто охваченная огнем.

Что это было? Я боролась с подступающим головокружением, совершенно уверенная, что не хочу умереть в зубах у кого-нибудь огромного и склизкого. Если бы я желала себе такого конца и у меня еще были силы, то можно было бы просто толкнуться и очутиться в м'хире.

— Сийра!

Так-то лучше, подумала я, расслабилась и позволила темноте снова наползти на меня. Угаснуть, слыша во сне голос Джейсона? Мое сознание оказалось милосерднее ко мне, чем я могла представить.

— Сийра? Ответь мне!

Я улыбнулась, все глубже и глубже погружаясь в небытие. Какой правдоподобный сон!

«Сийра, подожди меня! Я здесь!»

Его мысленный крик ворвался в мои мысли и вытащил с края той бездонной пропасти, как выплеснутая на голову пригоршня холодной воды будит спящего.

Это, сказала я своему подсознанию, уже слишком. Как можно спокойно умереть, когда… Когда кто-то обдает тебя водой с ног до головы? Когда настойчивые руки поднимают тебя? Я открыла оба глаза. Свет был слишком слепящим, чтобы вписываться в мои представления о загробной жизни, а лицо моего возлюбленного, склонившееся надо мной, — слишком осунувшимся, чумазым и перепутанным, чтобы быть каким-либо иным, кроме реального.

— Через несколько минут здесь будут все остальные с медицинским оборудованием, — говорил Морган, и слова срывались с его губ быстро-быстро, как будто он нуждался в ободрении еще больше моего. «Наверное, — подумалось мне, — я пугающе похожа на мертвеца — и притом недавно похороненного».

— Прости ме…

Голос, как я обнаружила, тоже отказался мне служить.

Мой дорогой человек толком и не слушал. Он принялся сгибать и разгибать мои затекшие руки и ноги, и мне пришлось пережить несколько весьма неприятных минут. Я слышала, как он выругался вполголоса, когда распахнул покрытый засохшей кровью и грязью халат, — уверена, он готовился к худшему и теперь убедился в своих подозрениях.

С каждой секундой желания жить у меня прибавлялось, а уверенность в том, что я выживу, наоборот, убывала. Я кое-как пошевелила пальцами правой руки. Морган, увидев это, мгновенно накрыл их своими. Тепла его руки, даже влажной, оказалось больше, чем я смогла вынести.

«Джейсон», — позвала я его через это прикосновение, снова отдавая ему все, чем я была, все, что я чувствовала.

И он вернул мне все сполна — только тысячекратно приумноженным. Любящая и любимая, я уплывала во тьму, — понимая, что происходит, я пыталась оттолкнуть его. В это путешествие последовать за мной он не мог.

«Нет!» — этот мысленный вскрик исходил, казалось, из самого его сердца.

Сила, неукротимая, необузданная, вломилась в мое сознание, как будто я была утопающей, а Морган пытался вдохнуть в мои легкие свою собственную жизнь. Я уцепилась за нее, переживая немыслимое: мое тело впитывало энергию и начинало бороться, пыталось вернуться назад.

Вместе с ней вернулась и жадная волна тьмы; я была беспомощна против Силы-Выбора, хлынувшей сквозь нашу связь и обрушившейся на открытый разум Джейсона. Нас обоих швырнуло в м'хир…

Я была центром вселенной, сиянием, вокруг которого вращалось все остальное. Я буду сражаться насмерть, но не пущу к себе другого. Это мои владения.

Сила-Выбора, смертоносный дар м'хира, рвалась наружу. Здесь не было того, кто только что пытался спасти меня, — было одно лишь Испытание.

Однако нанесенный удар встретил тот, у кого хватало воли и силы отразить его.

Поединок длился бесконечно и вместе с тем завершился в единый миг. Я трепетала от желания, наконец-то ощущая целостность своего существа… Слишком поздно. Я погибала, умирала. Сила истекала из меня бесчисленными потоками, высасываемая бесчисленными ртами.

Я была пуста — оболочка, в которой не осталось ничего живого. Вдруг — проблеск. Я потянулась, почувствовала, как течет ко мне сила, как она наполняет меня, — с ощущением мучительного счастья.

Еще один. Я снова потянулась. И снова. Казалось, мне никогда не будет достаточно, но они вспыхивали и вспыхивали.

Вдалеке, если в этом измерении было это самое «далеко», потоки моей силы начали сливаться, искать себе новую цель. Один за другим, потом целыми мириадами, паразиты начали терять интерес ко мне и исчезать. Последний из них, самый огромный, со ртом, который, казалось, мог вместить в себя всю тьму м'хира, проплыл мимо, оставив после себя ощущение обреченности.

М'хир внезапно опустел, остались лишь коридоры силы, пересекающие его черные вихри и недра — воцарился покой, какой только мог существовать в этом измерении. И ярче всего сияли узы силы, только что выкованные между нами, куда более реальные для меня, чем все остальные коридоры, вместе взятые.

Я стала цельной. И даже больше. Внутри у меня бурлило горячечное, неистовое возбуждение свершившегося чуда, но я уже знала, чего достигли мы с Морганом.

Вопреки всем моим страхам, на краю гибели — мы соединились.

Я толкнулась…

И открыла глаза на материальном, вонючем Рете-VII и встретилась с изумленными глазами своего возлюбленного, всей душой чувствуя связавшую нас в том измерении тонкую и прочную нить — как должно было быть и как будет до конца наших дней.