День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Отлично! Райцентр большой?

— Большой! Город почти что, народу много, тысяч одиннадцать там живет, станция есть железнодорожная, больница, много чего есть!

— Отлично, — повторила Жанна. — Народу много — это хорошо, найти тебя трудно будет, если сама не подставишься. Поступим так — ты пойдешь туда, будешь держаться вдоль дороги, но на шоссе не выходи, а если услышишь машину, прячься в кустах! Тебя не должны заметить! Надеюсь, там кто-нибудь тебя хотя бы пустит к себе пожить немного!

— А ты? Как же ты?

— А я пойду напрямик! Я заблудиться не боюсь, а одна буду идти быстрее, так что придем одновременно на место! Не бойся, я тебя отыщу, — усмехнулась Биноева. — Мне без тебя теперь тоже никак, я здесь чужая, для твоих я враг.

— Ты же меня спасла! Ты не враг!

— Вот и будешь об этом рассказывать! Ну, все, ступай! Нельзя терять время!

Ольга заколебалась, боясь снова остаться одна. Лес ее не страшил, девушка привыкла к этим местам, иного пугавшим своей дикостью. А вот встреча с кем-нибудь, с кем угодно, не сулила сейчас ничего хорошего. Но хмурая чеченка просто толкнула Кузнецову, прогоняя прочь, и та, развернувшись, двинулась к зарослям кустарника, с обеих сторон сжимавшим узкий извилистый проселок.

Дождавшись, когда спасенная ею русская скроется из виду, растворяясь в густом подлеске, Жанна Биноева вернулась к «Хаммеру», выгрузив из него все снаряжение. Чеченка торопилась, понимая, что погоня все ближе, но не хотела в самый ответственный момент остаться без чего-либо нужного.

Сперва Жанна проверила оружие, оставшись довольной своим арсеналом. Кроме верной СВД, надежной и смертоносной в умелых руках, у Биноевой остался АК-74, взятый с тела убитого Доку Исмаилова. Правда, боеприпасов было ничтожно мало, только то, что уместилось в разгрузочном жилете «Кикимора». Всего четыре магазина к «драгуновке», то есть только сорок патронов, да два полных рожка для «калашникова» — больше Жанна тогда брать не стала, хотя сейчас несколько лишних магазинов для автомата лишними уже не казались, но сожалеть об упущенном шансе было глупо.

Еще у Биноевой был пистолет. Запасное оружие для боя накоротке имел каждый снайпер. Многие предпочитали компактные пистолеты-пулеметы, русские «Кедры», израильские «Узи» или еще что-то такое, дававшее высокую плотность огня, но девушка предпочла девятимиллиметровый «Стечкин». Были еще гранаты, две легких РГД-5, тоже способных доставить любому противнику немало неприятностей. И все же этого было слишком мало, учитывая, что могло ждать чеченку впереди.

— Так, а это у нас что? — Жанна Биноева обратилась к самой себе, увидев какой-то мешок на заднем сидении отъездившего свое внедорожника. Чеченка заглянула внутрь, удивленно выдохнув: — Ого!

Все, чем располагала девушка, все это смертоносное железо, показалось детским хлопушками по сравнению с тем, что Жанна обнаружила, открыв забытую кем-то в «Хаммере» брезентовую сумку. Шансы не просто на спасение — на победу разом подскочили, так что за спиной словно крылья выросли.

— Чудесно! — Биноева улыбнулась от радости, поняв, что далеко не беззащитна, пусть и осталась одна против нескольких десятков бывших братьев, мгновенно превратившихся в кровных врагов.

Больше оставаться на месте было нельзя. Жанна не сомневалась, что верные «нукеры» Исмаилова-старшего уже идут по следу, а не заметить скатившийся на обочину «Хаммер» было невозможно. Пора было уходить, но прежде, чем раствориться в хмуром лесу, Биноева задержалась на минуту, оставив преследователям неприятный сюрприз. Несмотря ни на что, она не была готова убивать своих сейчас, и, возможно, маленький «подарок» заставит их развернуться, а она, Жанна Биноева, избежит греха.

Вскинув на плечо винтовку СВД, поправив висевший на боку АК-74, чеченка двинулась в сторону темной стены осеннего леса. Левое плечо оттягивала тяжелая сумка, грудь чуть сдавливал разгрузочный жилет, а по бедру шлепала кобура с тяжелым АПС калибра девять миллиметров. Но вся эта тяжесть не была обузой, напротив, каждый лишний килограмм прибавлял шансы на благополучный исход. В тот миг, когда девушка достигла недальней опушки чащи, за спиной послышался рев моторов. Погоня приближалась.

Умар Гасанов сразу увидел съехавший в придорожную канаву «Хаммер» несмотря на камуфляжную окраску внедорожника. В том, что именно этот «Хаммер» и приказала найти амир, Гасанов не усомнился ни на миг. Огромная машина стояла с распахнутыми дверцами и вокруг не было заметно присутствия живых людей.

— Стоп! — приказал Умар водителю. — Все на выход!

Два «Хаммера» затормозили, и из джипов посыпались вооруженные до зубов боевики. Гасанов, первым покинув машину, бросился к оставленному внедорожнику, не забывая смотреть по сторонам и не снимая рук с автомата. Он сразу заметил пробоины в борту, там, где находился топливный бак, и все понял.

— Всем внимание, — приказал Гасанов. — Смотреть по сторонам в оба глаза!

Десяток боевиков рассыпался вокруг «Хаммера», ощетинившись во все стороны стволами автоматов и пулеметов. Чеченцы старались заметить любое движение. Совсем рядом темнел лес, в котором их вполне могла ждать засада. Возможно, предательница уже поймала кого-то из боевиков в перекрестье прицела, и при мысли об этом каждый чувствовал страх, становясь все более напряженным.

— Эй, русский, найди след!

Гасанов окликнул выбравшегося из «ХАммера» последним мужика, обычного крестьянина, в меру пьяного, в меру небритого, и этим, как и одеждой, камуфлированным бушлатом и такими же штанами, хоть немного походившего на боевиков. Но в остальном сходство заканчивалось. Русский, прихваченный с собой из села, испуганно озирался вокруг, опасаясь не снайпера, возможно, притаившегося в чаще, а тех, кто был рядом. Он нервно тискал поводок, на котором держал здоровенную лохматую лайку, уже рывшую носом землю, впитывая новые запахи.

— Держи! — Умар бросил русскому, который был похож сейчас не на охотника, а на затравленного облавой зверя, вещмешок: — Это ее рюкзак! Ну, давай, спускай свою псину!

— Полкан, след, — скомандовал мужик, сунув тощий «сидор» под нос своей собаке. — След, полкан!

Пес, понюхав предложенный предмет, заметался вдоль обочины, затем встал и громко затявкал, пытаясь сорваться с поводка. Его хозяин робко улыбнулся:

— Нашел!

— Нашел! — эхом крикнул один из боевиков, отошедший в сторону. — Сюда, ко мне!

Чеченец стоял над опрокинутой на бок канистрой, явно не пустой — на просвет было видно, как что-то плещется внутри. Увидев, что на него обратили внимание, он поднял канистру, развернувшись к Гасанову. И именно тот первым увидел на земле, на том месте, где канистра только что стояла, округлый предмет, которого там не должно было быть.