Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

черная кольчуга с инкрустациями. Ехал он на подаренном ему императором вороном коне с белоснежными копытами. Ху-Янь Чжо искусно владел двумя восьмигранными металлическими плетками тонкой резной работы. Плетка, которую он держал в левой руке, весила двенадцать цзиней, а в правой – тринадцать цзиней. Поистине, он был похож на своего предка полководца Ху-Янь Цзаня.

Оба соперника долго кружились перед строем, подаваясь то влево, то вправо. Уже более тридцати раз схватывались они, но все еще нельзя было сказать, на чьей стороне будет перевес. Зная о том, что Пэн Цзи уже взят в плен, командир Хань Тао отъехал к задним рядам своих войск и повел их в бой.

Сун Цзян, опасаясь, как бы войска противника не прорвались, указал своей плеткой вперед, и десять главарей, каждый во главе своего отряда, ринулись навстречу врагу. А стоявшие позади них четыре отряда перестроились на две колонны и двинулись к противнику, стремясь зажать его в клещи. Но Ху-Янь Чжо понял этот маневр и немедленно оттянул свои войска. Обе стороны крепко держали свои позиции, оказывая друг другу упорное сопротивление.

Почему же ни одной из сторон не удавалось одержать победы? Да потому, что бойцы Ху-Янь Чжо шли сомкнутым строем. Кони у них были кругом покрыты щитами, и открытыми оставались только копыта. Бойцы были с ног до головы закованы в кольчуги, и открытыми оставались лишь глаза.

А в отрядах Сун Цзяна броня боевых коней состояла всего лишь из намордников с красными султанами, медных бубенцов и фазаньих перьев. Стрелы бойцов Сун Цзяня не причиняли никакого вреда противнику, так как тот был крепко защищен. Между тем три тысячи бойцов правительственных войск, вооруженные луками и стрелами, начали стрелять по удальцам, и бойцы Сун Цзяна не решались приближаться к ним. Тогда Сун Цзян поспешил дать команду бить в гонг и собирать отряды. А Ху-Янь Чжо отошел со своими отрядами на двадцать с лишним ли, где и разбил лагерь.

Собрав своих людей, Сун Цзян повел их к западу от горы, расположился там лагерем и скомандовал отдых солдатам и коням. Затем он приказал бойцам привести к нему Пэн Цзи. И когда его привели, Сун Цзян приказал охране отойти, сам развязал на нем веревки и, поддерживая, привел в свою палатку. Здесь они сели согласно обычаю: один занял место гостя, другой – хозяина. После этого Сун Цзян совершил перед гостем поклон, Пэн Цзи в свою очередь поспешил ответить на приветствие и сказал:

– Я – ваш пленник и мог бы ожидать смерти. Почему же вы, господии военачальник, принимаете меня с такими же почестями, словно я ваш гость?

– Мы поселились здесь, в Ляншаньбо, лишь потому, что нам некуда больше деваться. Ведь все мы бежали, спасаясь от наказания. Сейчас, когда император послал сюда свою армию выловить нас, мне надлежало бы подставить шею и дать связать себя. Но это значило бы, что я поплачусь своей жизнью. Вот почему я вынужден был пойти даже на преступление и вступить с вами в бой. Умоляю вас простить мне мое невольное преступление.

– Я давно уже слышал о вашей гуманности и справедливости, о безотказной помощи всем, кто нуждается или попал в беду, – отвечал на это Пэн Цзи, – но я даже думать не мог, что ваша справедливость простирается до таких пределов. И если вы считаете возможным сохранить мне мою ничтожную жизнь, то я почту своим долгом отдать ее, чтобы отплатить вам за ваше добро.

В тот же день Сун Цзян назначил людей, чтобы проводить Пэн Цзи «Глаз неба» в Ляншаньбо, где он должен был познакомиться с главарем стана Чао Гаем и остаться там. После этого Сун Цзян разда л награды командирам и бойцам и устроил военный совет.

А Ху-Янь Чжо тем временем отвел свои войска и, разбив лагерь, стал совещаться с Хань Тао о том, как одержать победу.

– Сегодня, когда эти молодцы увидели, что мы подвели свои войска и тесним их, – сказал Хань Тао, – они поспешно бросили все свои силы для того, чтобы отразить наше наступление. Завтра мы двинем вперед все наше войско и, несомненно, одержим победу.

– Я и сам думал поступить так, – отвечал Ху-Янь Чжо, – но решил предварительно договориться об этом с вами.

Он тотчас же отдал приказ трем тысячам всадников расположиться в одну линию, а каждое звено из тридцати бойцов соединить железной цепью. На большом расстоянии они должны были стрелять в противника из луков, при сближении— пускать в ход пики и прорываться прямо в расположение врага. Таким образом всех всадников следовало разбить на сто звеньев, а пять тысяч пеших оставить в тылу для поддержки конницы. В заключение Ху-Янь Чжо сказал Хань Тао:

– Завтра нам с вами не надо вызывать разбойников на бой. Мы будем находиться позади и наблюдать. А когда бой завяжется, разделимся и ринемся вперед.

Итак, они решили выступать завтра на рассвете.

На следующий день Сун Цзян снова разбил свои отряды на пять колонн и расставил их впереди. С отрядом в арьергарде находились десять главарей, а два отряда устроили по обеим сторонам дороги засаду.

Цинь Мин, который возглавил первый отряд, стал вызывать Ху-Янь Чжо на бой. В ответ на это из рядов противника донеслись крики, но никто не выехал вперед сразиться с ним.

Пять отрядов из бойцов Ляншаньбо выстроились фронтом в одну линию. В центре находился Цинь Мин со своим отрядом, слева от него – Линь Чун и Зеленая, справа – Хуа Юн и Сунь Ли. Позади всех стоял Сун Цзян с остальными десятью главарями. Отряды были расставлены в полном боевом порядке.

На стороне противника они увидели около тысячи пеших бойцов. Там били в барабаны, издавали воинственные кличи, но никто не выезжал, чтобы вступить в бой.

Тогда в душе у Сун Цзяна возникло подозрение, и он отдал секретный приказ о том, чтобы отряд, находившийся позади, отошел немного дальше. Затем он проехал в отряд Хуа Юна проверить, все ли там в порядке. Вдруг в стане врага раздались взрывы ракет, и он увидел, что отряд противника из тысячи человек расступился и из образовавшегося прохода ринулись вперед один за другим три конных отряда, соединенные друг с другом цепью. С флангов начали стрелять из луков, а ехавшие в центре держали в руках длинные пики.

Сун Цзян пришел в смятение и приказал своим отрядам также начать стрельбу из луков. Но разве могли они противостоять противнику? Каждое звено из тридцати всадников, связанных друг с