Кинжал убийцы - Джульет Маккенна

— Сделай для нее все что можешь, — хрипло прошептала Гуиналь, зажмуривая глаза. Темные круги под ними казались синяками. — И для Зара.

Темар попытался обернуть свою хрупкую защиту вокруг Аллин. Но его умений не хватило. Стихийный холод, скользкий и твердый как лед, немедленно спутал его заклинания, как только Д'Алсеннен попытался проникнуть сквозь него. Неподвижный холод лишенных света пещер, затерянных под землей, пронизал девушку до костей, опровергая коварное хвастовство эльетиммского Высшего Искусства, что ее поглотит неумолимый огонь. Темар старался оделить Аллин хоть какой-то своей силой, чтобы девушка не поддалась этому коварному призыву к ее стихийному родству: эльетиммы стремились освободить стихийный огонь, чтобы уничтожить мага изнутри. Как там Узара? Ум Д'Алсеннена онемел от холода, словно он нырнул в студеную воду. Но он снова попытался найти мага, держа его образ в своем мысленном взоре. Холод стал обжигающим, как ветер морозной зимы, и Темар отпрянул от него, но, прежде чем какие-то умения совершенно покинули его, парень успел понять, что холод, защищающий Аллин, оберегает и Узару.

— Эда верлас Мойн ар дрион эда. Верлас Ялда мал ар дрион эда. Даридж верлас ар дрион эда. — Гуиналь скандировала заклинание, которого Д'Алсеннен никогда прежде не слышал. Из закрытых глаз барышни лились слезы. — Острин ан абрач нур фел, — добавила она в страстной молитве.

Крики умирающих колдунов медленно затихали. Темар все еще чувствовал муки агонии через обломки своей необученной защиты. Стирая с лица холодные слезы, он посмотрел на берег. Люди начали приходить в себя, одни раньше, другие позднее.

Мьюрдарч был из первых. Верзила мчался вверх по склону к краю леса, где Дарни, покачиваясь, стоял над упавшей фигурой. Это могла быть только Ларисса. Поглощенный своей ненавистью, главарь пиратов не осознавал, что его преследует Хэлис. Наемники за ее спиной с отчаянной решимостью поднимали себя на ноги.

— Позаботься об Аллин.

Темару стоило нечеловеческих усилий отойти от девушки, но он погнал себя к канату, свисающему с борта корабля. Он радовался даже ожогу от веревки на своих ладонях, пульсирующей боли в раненой руке, любой боли, которая отвлекла бы его от дикого беспокойства за Аллин.

Д'Алсеннен побежал мимо шевелящихся и лежащих без сознания пиратов и наемников, эхо предсмертных мук колдунов становилось тише с каждым шагом. Жажда сполна расплатиться с Мьюрдарчем наполнила его новой энергией. Главарь пиратов теперь рубился с Дарни. Воин защищался, но куда делось его обычное мастерство? Каждое его движение было слишком замедленным, каждое парирование слабее, чем нужно для выживания. Темар едва не закричал, чтобы придать здоровяку отваги, но, видя, что Хэлис уже там, промолчал. Дарни упал, и Мьюрдарч торжествующе завопил, но наемница оборвала его ликование. Она напала на незащищенную спину мародера, ее меч в запекшейся крови ударил наискосок, обнажая кровоточащую плоть и белый блеск ребер.

Взревев как раненый бык, Мьюрдарч круто повернулся и набросился на Хэлис. Его огромный двуручный меч должен был разрубить ее пополам. Наемница обеими руками схватила свой палаш и встретила этот удар, намертво останавливая пиратский клинок. Она стояла, напрягая мускулы, затем ткнула в глаза Мьюрдарча рукоятью своего меча, выскальзывая из-под убийственной дуги его оружия, стоило лишь пирату отшатнуться. Главарь снова размахнулся, чтобы отрубить ей ноги, но Хэлис выставила низкий блок и сама сделала режущий выпад. Потом гибко ушла от опасности и плюнула в Мьюрдарча.

Темар хотел крикнуть, предупредить Хэлис, что он идет к ней, но побоялся ее отвлечь. Мьюрдарч поднял над головой свой могучий клинок, однако наемница не ждала, когда ее зарубят. Она метнулась вперед и ударила главаря мечом в подмышку. Запыхавшийся Д'Алсеннен издал одобрительный возглас, увидев свежую кровь, алевшую на солнце.

Хэлис проскочила за спину Мьюрдарча, и пират, прижав руку к боку, уничтожающим взглядом посмотрел на Темара. Он и одной рукой мог держать тот исполинский меч. Совершенно обезумевший, главарь ринулся к Д'Алсеннену. В тот же миг Хэлис ударила его в спину, острие ее палаша прошло насквозь и теперь торчало из живота. Мьюрдарч упал на колени, и Темар одним ударом снес с плеч его мощную голову. Теплая струя крови из обрубленной шеи окатила бок и бедро парня, но он едва почувствовал это в горячке ликования.

— Хорошая работа, мессир. — Хэлис выдернула свой клинок из трупа Мьюрдарча и салютовала Темару. Пот и грязь битвы не могли скрыть ее бледность. — Как я понимаю, эти колдуны пытались расколоть все наши черепа?

Д'Алсеннен скорчил гримасу.

— Решили поделиться своей смертельной агонией, когда оказались в огне.

— Это Аллин подожгла частокол? — спросила наемница.

У Темара сжалось горло от страдания.

— Не знаю. Я так не думаю. Она без сознания. — Д'Алсеннен шагнул по направлению к кораблям, но был остановлен чьим-то стоном.

— Проклятие, Дарни. — Хэлис упала на колени подле воина.

На его залитое кровью лицо было страшно смотреть. Щека срезана, челюсть разрублена, в ней белеют сломанные зубы. Второй удар Мьюрдарча пришелся ниже. Он оставил глубокую рану в плече здоровяка, разрезав мышцы и сухожилия. Кровь Дарни пропитала лежащую под ним фигуру.

— Помоги мне, — приказала наемница. — Это Ларисса.

Руки Д'Алсеннена дрожали, когда он срывал с себя куртку и рубаху, влажную от пота и грязную от крови — своей и чужой. Дарни положили на окровавленную траву, и он застонал, грудь его тяжело вздымалась. Морщась при виде его ужасных ран, Темар пытался остановить кровотечение.

— Он выживет?

— Возможно, ему было бы лучше не выжить. — Хэлис с мрачным лицом искала пульс Лариссы. — Эта уже приносит свои оправдания Сэдрину. Проклятие. Дарни мог разделаться с Мьюрдарчем. А вместо этого пытался защитить ее тело, глупец! — Но тон женщины был скорее печальный, чем сердитый.

Д'Алсеннен нахмурился.

— Я не вижу никаких ран.

Он почти ожидал увидеть магиню почерневшим, скрюченным трупом. Но вся кровь на Лариссе была кровью Дарни, пролитой за возлюбленную его хозяина.

Хэлис озадаченно покачала головой, осторожно ощупывая тело магини.

— Один Полдрион знает, что ее убило… а он не скажет.

Дарни снова застонал; закатывая глаза, он пытался сморгнуть кровь, ослепляющую его. Он с трудом поднял свою уцелевшую руку, чтобы указать на все еще пылающий круг, ставший погребальным костром эльетиммов.

Темар догадался, что хочет сказать воин.

— Ларисса подожгла частокол?