Темное наследие I. Там, на неведомых дорожках… - Евгений Панкратов

мне в затылок словно холодок просочился и юркой стремительной змейкой рассосался в голове, а система радостно объявила:

[Поздравляем!]

[Вы получили новый перк: знание пекельного наречия!]

— Вау… А если бы он мне какое-нибудь вредное заклинание так же в голову подселил? — опешил я.

[Данная ситуация возможна…]

[Рекомендуется немедленно обзавестись средствами индивидуальной защиты от волшебства!]

— Эй, образина, — не дал мне нормально пообщаться с системой вторженец, — теперь понимаешь меня?

— Блин горелый… понимаю, — поморщился я. — Слушай, чувак, ты кто, глюк какой-то? Мне ведь, по идее, не может присниться то, чего я наяву не видел, неужели я тебя в каком-то низкопробном аниме встречал?

— Ты думаешь это сон?! — заржал краснолицый. — Все оказалось еще забавнее, чем казалось…

— Да сон, сон, — успокоил его я. — Слушай, а как ты так сделал, что я тебя понимать стал?

— В моей власти наделять пониманием языков, — снисходительно усмехнулся языкастый.

— А не жалко? Вот просто так взял и за просто так наделил? Языку же учиться надо, годами и все такое…

— О-о-о… ты еще более жалок, чем выглядишь на первый взгляд, — заключил демон. — Что вообще, по-твоему, тут происходит?

— Чой-то это жалок-то? — улыбнулся я и с намеком сообщил: — Одного волчару уже завалил, второй на очереди…

— Так это было твое испытание, ха, — он опять заржал, не пойми почему, а потом посмотрел на потолок и произнес:

— Я хочу выбрать испытание!

— Что выбираете: тело, разум, дух? — ответило ему эхо его же голосом.

— Разум!

— Её не видать

И в руки не взять,

Царит надо всем,

Не пахнет ничем.

Встает во весь рост

На небе меж звёзд.

Всё начинает —

И всё кончает…

— Пф… Тьма! — выплюнул демон.

— Испытание пройдено…

— А так можно было? — погрустнел я. — Кто ты вообще такой? Кто тебя звал? Это же закрытая вечеринка…

— В этот раз — никто не вызывал, — усмехнулся красный. — А вечеринка твоя не такая уж и закрытая. Да, эта область была запечатана, но теперь открыта, заходи кто хочешь, бери что хочешь. Кстати, кто хозяин этой локи? ПРАВДУ!

Последнее слово он сказал как-то по-особенному, и я с ужасом понял, что начал говорить, даже не осознавая этого:

— Русал… — черт! Я с трудом захлопнул рот, но походу, главное уже сболтнул.

— Русалки?! О! Вон оно что, — догадливо догадался пришелец. — У вас там любовь, романтик, конфетно-букетный период. Ну что ж, после того как прикончу тебя я, так и быть, навещу твоих русалок, должны же они познать настоящего мужика, перед смертью. Сурицу заберу, моя она теперь, и локу за собой оставлю, медвежий угол, конечно, но не пропадать же добру…

— Да я, да я, — передразнил я его противным голосом, — говно без ложки ел! А кто видел?..

Я активировал сканер, все инвертировалось на миг, демон высветился красным туманным пятном. Противник среагировал — в его руке блеснуло фиолетовым и вытек-вытянулся красивый обоюдоострый клинок, с узорами и письменами на клинке и каменьями на эфесе.

— Может договоримся? — предложил я. Демон он там или черт, но страха как такового не было. Это же не наяву, это сон. Да и лихость, состояние «храброй» стадии алкогольного опьянения, которое всегда присутствовало во сне, никуда не пропало. К тому же, полагаю, дракон-то был помощнее какого-то демона, выше котируется. — Если ты сейчас возьмешь и бросишься на свой клинок, то я, так и быть, даже тибэгать тебя не стану…

— Щенок! — презрительно процедил ухмыляющийся демон, — ты даже не представляешь на кого рот раззявил… УМРИ!

Браслеты заледенели, тело скрутила судорога, но только на миг, потом я изо всех сил возжелал не умирать! Внутри живота загорелась тусклая драконья искорка и судорога спала, а я устремился в атаку.

Мастером копейного боя я не был, я вообще не был мастером никакого боя, но с рогатиной я не расставался почти два месяца, чуть ли не спал с ней, везде носил, всяко разно привык, и теперь прекрасно осознавал ее сильные и слабые стороны. Вернее — только сильные стороны, слабых как-то пока не находил.

Это колющее оружие, основное ее применение — тычок, укол двуручным хватом. Хват мог быть нижним, когда острие смотрело в область головы человека, и верхним, когда острие было направлено к ногам. Из верхнего хвата удобно было проводить длинные размашистые уколы в голову и шею, а для защиты использовать отбивание и увод оружия противника в сторону на средней дистанции. Из нижнего хвата — уколы в ноги и живот, плюс парирование ударов древком, которое оказывалось на уровне моих глаз и имело короткий рычаг, то есть в ближней зоне. Плюс к этому можно было использовать скользящий хват, чтобы увеличить зону поражения почти на всю длину древка, и удары на манер молота, за счет приличного веса рожна.

Хотя слабость рогатины тоже очевидна — это ближняя и сверхближняя дистанция. Хотя если грамотно ухватиться, то тыльную часть древка можно использовать как шест или дубину для средней дистанции. Но в целом надо просто использовать отскоки, чтоб выдерживать разрыв с противником, держать его на выгодной для меня дистанции.

Честно говоря, я даже не представлял, что он может сделать мне своим лонгсвордом. Он явно был опытным фехтовальщиком, принимал какие-то стойки, пытался отбивать и отводить рожон красивыми кистевыми движениями, но изначально он провалился в оборону. Чтоб сдержать мой натиск ему приходилось отскакивать, еще больше увеличивая расстояние между нами. Все его попытки сблизиться я также сводил на нет отскоками, но в отличии от маневров противника в эти моменты он по-прежнему находился в зоне поражения моего оружия.

Это не могло не дать результат — вскоре с его предплечья и груди потекла черная густая кровь.

— Ах, вот как мы умеем? — с поддельной обидой попенял противник.

Его меч полыхнул фиолетовым светом с ажурными узорами внутри, изменился, вытянулся, стал двуручником, и по длине рабочего сегмента теперь не уступал моей рогатине. После крестовины на его клинке имелся дополнительный прямой участок, схватившись за который второй рукой можно было использовать двуручник на манер копья, в том числе и для нанесения колющих ударов.

Теперь достать его я мог лишь ударами из скользящего хвата, но силы в них было мало, и демон легко отводил такие выпады в сторону. При этом к тактике длинных выпадов с резкими подскоками он использовал и размашистые удары, держа двуручник почти за самый кончик рукояти, вплотную у яблока. Такие удары я кайтил, поскольку отвести из возможности не было, а если принять на древко, то оно могло не и выдержать.

Несколько минут