Охотники на героев - Никита Сахно

догадываешься, куда она ведет, но если захочешь взять, то в руках ничего не останется, – сказал Антар.

– Потому что по реке нужно плыть, а не хватать ее, глупый.

– И тебе охота пуститься в путь, рискуя нарваться на водоворот?

Сердце Виктории начало биться чуть быстрее. Значит, он уже задумался над совместным путешествием. Это уже победа.

– Нам. Нам охота, – вмешался Имва. – Наставник говорить: мы отвечать за тех, кого приручать.

Виктория перевела на него взгляд и улыбнулась.

– Я не оставить вас одних.

– Мы убили главнокомандующего королевскими войсками, – заговорил Антар. – Это измена. Королева достанет нас. Где угодно. Что бы мы ни делали, где бы ни прятались, Доротея натравит на нас каждого жителя королевства. Выжжет любой лес, утопит в крови каждую деревню, где мы остановимся. Я только и делаю, что всех подвожу. И сына подвел – она добралась до него. А вы двое сделали для меня куда больше, чем я заслуживаю. Не буду я брать вас с собой.

– Ты нас никуда и не берешь, потому что это мы берем тебя. Я королевская изобретательница, я всегда что-нибудь придумаю.

– И куда, по-твоему, идти самой приметной троице в обоих королевствах?

– Если ты так бдишь о безопасности, то почему пялишься в реку? Ты говорил, королева умеет заглядывать в отражения, – возразила Виктория, нужно было его расшевелить.

– Пришлось попросить старого знакомого об одолжении. Чтобы он снова отвлек ее.

– Кого?

– Меня иногда навещал старый знакомый. Он вроде тоже знает магические штучки.

Больше он ничего не сказал, хотя она не помнила, чтобы он с кем-то раньше общался. Антар снова сделался мрачной тучей и отвернулся.

«Ну вот зачем упираться как баран? Да, проблема с сыном серьезная, но разве не ясно, что мы как-нибудь выкрутимся? Вечно эта кислая физиономия».

– Ты же не думал, что Фило примет тебя так просто? После всех этих лет и всего, что он пережил. Просто понадобится время. Выход всегда есть.

Виктория слегка покраснела и попробовала наугад перебрать разные варианты. Выходило паршиво, расклад у них был совсем не приятный. Те идеи, что у нее возникали, были слишком паршивыми, она сама отметала их одну за другой. Но тут заговорил Имва:

– Мы ходить в лес. В мой лес.

– Ты же не хотел возвращаться.

– Не страшно. Зато там никто не искать. В лес никто не ходить, лес под охраной.

– Нас убьют еще на подходе к нему. Амеваны не принимают у себя людей, – пробурчал Антар.

– Я попрошу. Наставники мудры. Они столько всего знать. Наверняка сказать что-то про эта машина с мертвецами. И помочь твой сын. У старейшин амеванов очень много знаний. Они знать про магия все. Вы не понимать. Амеваны в опасности. Там болезнь и кто-то предатель – он отдавать камни-направители, Наты, отдавать любые, самые святые вещи. Лес нуждаться в помощь. И мы есть такая помощь. Втроем сильней, чем один.

Имва так частил, что Виктория с трудом разбирала слова.

– Имва, – Виктория хотела взять его за плечо, но тут он неожиданно отмахнулся и поднялся, размахивая хвостом.

– Они меня слушать. Мой народ. Я смочь. И вам помогать.

– Даже если они выслушают тебя, то до леса надо еще добраться. У нас уйдет не меньше месяца. За это время нас сотню раз убьют, – покачал головой Антар.

– Если найти, – усмехнулся в ответ Имва. – Я много думать. Корни судьбы ничто не делать напрасно. Раньше я всегда думать, что полукровка плохо. Что это проклятье. Но это возможность! Я просить мастера Хато. Он согласиться помочь на арене. Помочь и теперь.

– Гоблин? На кой ляд ему помогать?

– Он не любить королева, а вот деньги любить. И интересоваться мастерство Виктории. Дать деньги и ее совет – и он тайно провезти нас в лес.

Имва буквально сиял, хотя его синяки и не красили лицо. Он упер руки в боки, словно объяснял что-то неразумным детям.

– Ты такой молодец, – не сдержалась Виктория.

Имва почесал затылок и неловко улыбнулся. Лишь хвост заходил ходуном сильнее. Что ж, похоже, теперь у них есть настоящий план. Отлично! Виктория воспряла духом. Даже плечи расправились.

– А где денег возьмем?

В груди начал плясать священный огонь.

– Антар, ты когда-нибудь угомонишься? План отличный. О деньгах вообще не думай. Я предложу гоблинам пару штуковин, за которые они отвезут нас хоть к королеве под юбку. Ой, извини. Ну, ты понял. А там дальше, в лесу, мы придумаем, как помочь твоему сыну.

– Вы двое хуже пиявок. Почему вы до сих пор со мной?

– Мы друзья, – пожал Имва плечами.

– У убийц нет друзей.

– Считай, что тебе повезло, – сказала Виктория. – Ну, ты будешь тут и дальше сидеть, изображая страдальца, или начнешь шевелиться? Враги нас ждать не станут. Мы и так ушли не слишком далеко. Ты хочешь сдаться, принять факт, что королева забрала твоего сына и превратила незнамо во что, или ты хочешь все изменить? Ты хочешь вернуть Фило?

Она вопросительно глядела на него. Антар был своенравным и упрямым. Мог вбить в голову какую-то дурость – и попробуй переубедить. Он просто обязан был согласиться. Ему стоило понять одну простую вещь: они нужны ему, а он – им.

– Ладно, – наконец произнес он, и Виктория чуть не подпрыгнула от радости. – Только я вас предупредил. Надо бы и оружие по дороге раздобыть.

– Нет нужды. Имва взял твои топоры. Они в палатке.

Антар посмотрел на амевана и на секунду дрогнул, будто в нем что-то резко изменилось. Лицо разгладилось, перестало быть непроницаемой маской.

– Спасибо.

– Не стоит, – Виктория не знала, кто из них выглядел более растерянным и смущенным. Ох уж эти мужчины.

«Мои мужчины», – она была готова поспорить, что услышала внутри голос Вики, но на этот раз не стала обращать на него внимания. Она еще разберется со своими проблемами и все исправит.

– Что так смотришь? Думаешь, у нас ничего не выйдет?

– И когда ты стала такой занозой? – спросил Антар.

– Я всегда ей была. Мы не такие уж доходяги. Тебе стоит верить в нашу маленькую группу. Как ты сказал, мы одолели гвардейцев и королевского командующего. А до этого справились с городской бандой, выжили на арене и обвели вокруг пальца графа. Да, а еще мы лишили королеву нескольких ее героев. Ты избавил мир от самого Усина!

– Мы как охотники, только на герой, – сказал Имва.

Антар покачал головой и взглянул на него. Но это был не простой взгляд – не тяжелый, нравоучительный или укоряющий. Виктории показалось, что что-то на секунду сверкнуло в его