Стажировка богини. Дилогия (СИ) - Милисса Романец

называть, прихорашивается, подчёркивая свою женственность, и всячески старается обратить на себя внимание мужчин. Дико раздражает своими попытками соблазнить каждого встречного-поперечного. Один её манящий запах чего стоит!

Совсем туго становится, когда Ежан предлагает вместе тренироваться в сотворённых мирах других богов. Друг договаривается о проходе с наставниками и старшими богами, и они втроём ходят по мирам. За это время они становятся хорошей командой, но Сяои продолжает трепать Ваньлуну нервы. И не выгнать наглую девицу! Ту отчего-то сильно ценит Ежан. Она это доверие оправдывает, но…

Особенно тяжело Ваньлуну приходится в примитивных мирах, где смертные носят минимум одежды. Почти голая богиня — зрелище, которое даже Ежана не оставляет равнодушным, что уж говорить о так и не познавшем женщину Ваньлуне. Его воздержание становится постоянным поводом для шуточек Сяои. Но хуже шуточек то, что она восприняла его отказ от её тела как вызов и всячески испытывает на прочность выдержку Ваньлуна. И тут даже просьбы и нравоучения Ежана не помогают. Вредная богиня просто домогается Ваньлуна в отсутствие Ежана. Бесстыдница раздевается при нём, не стесняясь. А его угрозы высмеивает, обзывая «евнухом».

Каких сил стоит Ваньлуну не сорваться, одним Небесам ведомо!

Но горше всего знать, что сама Сяои не практикует воздержание. Подобное поведение вызывает в нём агрессию и болью отдаётся в сердце. Ваньлун мечтает оказаться как можно дальше от этой богини, но судьба распорядилась иначе.

— Знаешь, если бы я была вольна над своим сердцем, то выбрала бы тебя, — напившись, после того как Ежан только увлёкся наставницей Жу, признаётся Сяои. — Ты ужасно скучный, но, по крайней мере, надёжный. Да и не такой уж скучный, когда дымишься от желания… Затащила бы тебя в свою постель, но с друзьями так не поступают.

— Так это дружба у тебя такая извращённая? — поражается странной логике Ваньлун.

— Пф! От нетрахающегося извращенца слышу! — обижается на него Сяои и не разговаривает до их следующего похода в новый мир, который оказался сотворён наставницей Жу.

Ваньлуна мало интересуют любовные похождения Ежана. Хотя ученицу А в качестве грелки для постели он не одобряет. Больно сильна и опасна в гневе эта богиня.

— Она может яйца тебе оторвать, если что-то пойдёт не по ней, — честно предупреждает он друга, когда узнаёт о его новом любовном интересе.

— Это точно. Зато сколько страсти! Знаешь, длительное воздержание, оказывается, классная штука. Она буквально набросилась на меня, срывая одежду. Боги очень чувствительны ко лжи… Я просто сражён такой честностью в постели!..

— Ты же знаешь, я не люблю такие подробности, — морщится Ваньлун.

— Вот-вот. Пожалей ушки нашей невинной фиалки, — зло вставляет Сяои, которая не любит период бурной влюблённости Ежана в новый объект страсти.

Ничто не предвещает того, что новая затея Ежана приведёт их в западню тёмного бога. Если бы у них с самого начала было больше информации…

Единственное, чему не перестаёт удивляться Ваньлун, — это тому, что ученица А не переходит на сторону противника и не пробует сама убить их всех. Впрочем, она верна Небесам и ради них готова спустить Ежану с рук попытку убийства. За свою долгую жизнь Ваньлун впервые сталкивается с подобной глупостью. С другой стороны, её с лихвой компенсирует злопамятность тёмного бога.

Их шанс на выживание как раз заключается в мягкотелости ученицы А, её нелогичном стремлении спасти тех, кто злоумышлял против неё. Проблема лишь в том, что та оказалась не способна не то что на убийство, а даже на один удар кинжалом. Какая-то совершенно неправильная и бесполезная богиня.

* * *

Рассуждения стажёра В здорово разозлили Альфэй. Ещё какая-то древняя недорептилия будет её судить! Она воспитывалась в нормальном обществе, где люди друг на друга с ножами не бросаются. Для выяснения межличностных отношений есть более законные и цивилизованные методы. Например, диалог. В совсем запущенных случаях можно воспользоваться помощью посредника: психолога или адвоката.

Оказывается, некоторые умудряются жить тысячи лет и оставаться при этом доисторическими ящерами.

Ради шантажа стажёру В ничего не стоило перерезать ей глотку. И он ещё этим гордится, считая себя настоящим воином. Альфэй решила, что жалеть этого недодракона точно не будет. Кому он вообще такой нужен?

Дорогие читатели, поддержите историю по мере сил и желания! Если книга понравилась, кнопочка «нравится» должна гореть красным цветом. Буду рада любому, даже очень скромному вниманию)))

Часть 4

Глава 5. Равнодушная богиня

Картинка происходящего в иллюзии вернулась резко. Ежан вылетел из каморки, в которой заперся с очередной медсестрой, и на ходу заправил футболку в брюки. Возвышенное выражение его лица подсказало Альфэй, что тот каким-то образом сам пришёл в себя.

«Он вырвался из иллюзии?» — взволнованно спросила она у Сибилла.

«Эта иллюзия рассчитана не на него. А он всё же довольно сильный бог», — ответ ощущался чуть недовольным.

— Сяои, зайди ко мне немедленно! — продиктовал сообщение на браслет Ежан.

Сяои пришла почти сразу, как он вернулся в свой кабинет.

— Я думала, что ты занят и тебе не до меня, — ехидно подначила Сяои.

— Прости, — подойдя к ней, Ежан влил прикосновением к вискам свою энергию.

Сяои тонко вскрикнула и стала заваливаться, Ежан подхватил её и уложил на кушетку, которая стояла в стороне от рабочего стола. Он присел рядом на корточки и взял безвольную руку Сяои, отслеживая пульс.

«Он сам пришёл в себя?» — спросила об очевидном Альфэй, у неё в голове не укладывалось то, что она видит.

«Конечно. Рано или поздно все, кроме того, на кого рассчитана иллюзия, приходят в себя», — подтвердил догадку Сибилл.

Альфэй с трудом осознала, что ей и не нужно было каждый раз будить пленников Сибилла. А она-то возомнила себя «спасительницей». Они и без неё могли позаботиться о себе в этой иллюзии. Она только раздражала и злила угодивших в ловушку богов, потому что ей не нужно было, как им, бороться за свою жизнь. А её трепыхания и колебания в их глазах, наверное, выглядели как лицемерие.

На самом деле Альфэй хотела остаться «хорошей» в глазах соучеников и, самое главное, в собственных глазах. Конечно, она им не желала зла, но и взять на себя ответственность за то, что происходит, и выбрать чью-то сторону не могла. Вот только отсутствие выбора — тоже выбор. Она пустила всё на самотёк, а в этом случае исход был предопределён заранее.

Ежан и остальные это видели. Где-то глубоко внутри Альфэй тоже это понимала, но была не в состоянии признать. На примере стажёра В очень просто пришло