Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

напарник закончит свое дело, потянулся за пистолетом. Сильверов извернулся и пнул того ногой, выбивая оружие. Парень нагнулся, шаря рукой по полу, на какое-то время, перестав следить за дорогой. Этих секунд Диме хватило, чтобы освободиться от шнурка на шее и, дотянувшись до руля, резко, до упора вывернуть его влево.

Водитель вскинулся, стал выправлять положение, но автомобиль уже несло. Они вылетели с трассы и на полном ходу врезались в столб. Водителя со всего маха приложило о приборную панель, и он отключился.

Дима откинулся на спинку сиденья. Длинный осколок торчавший в его боку, причинял немалую боль и сбивал дыхание. Он стиснул зубы, закутал руку в куртку и рванул стекло из себя. Зажимая рану ладонью, Сильверов достал телефон и набрал номер генерала Михеева.

Глава 52

Генерал-майор разговаривал по телефону, не сводя пристального взгляда со своего подчиненного. Сильверов, которого этот факт нисколько не смущал, спокойно ждал, пока начальство закончит общаться. Тем более речь шла непосредственно о нем самом. Анатолий Алексеевич рассказывал, что его человек, работая под прикрытием, провел блестящую операцию по изобличению опасного преступника и что родной край теперь может спать спокойно.

Дима позволил себе легкую усмешку. После того, как Солонского через день после ареста выпустили на свободу, и его адвокаты доказали, что на их клиента был возведен чудовищный поклеп его недругами, а СМИ, которые еще вчера обливали грязью наркодельца и опасного преступника, взахлеб начали писать о подлогах и грязной работе органов, Дима понял, что, действуя напрямую и дальше, они вряд ли смогут многого достичь, даже имея расширенные полномочия и статус службы особого подразделения. Силы все равно были не равны. А после покушения на Аллу у него созрел окончательный план действий. В тот же вечер он встретился с генералом и поделился своими идеям. Михеев особо не противился, но и открыто поддерживать не стал.

— Помогу чем могу, — сказал он в ту встречу, — у Солонского оказалась более крутая крыша чем мы предполагали. Теперь после его освобождения, мы не можем больше открыто наезжать на него. Иначе нас самих обвинят в превышении полномочий, предвзятом отношении, нарушении закона. И прикроют к чертям собачим. От нас ждут подобных действий. Нашим недругам будет достаточно любого неверного шага. В общем, что я тут перед тобой дифирамбы пою. Не маленький, сам все понимаешь, майор.

Конечно, понимал. Только вот в отличие от генерала ему на свою репутацию, а уж тем более звание и должность было плевать. Именно его идеей было перевести майора Сильверова назад в уголовный розыск и посадить на прежнее место. Освобожденный от дела Солонского и списанный своими врагами со счетов, он посвятил все эти дни сбору компромата на бизнесмена. И благодаря своим связям, наработанными за годы службы, опыту и что очень важное — помощи генерала, несмотря на словесное отречение от него, весьма преуспел в этом деле.

Михеев положил трубку.

— В общем, ты все слышал, майор. Повторяться не буду.

Дима кивнул.

— От себя скажу лишь то, что восхищен твоей целеустремленностью. Не каждый готов, как ты с такой же легкостью распрощаться со своей репутацией, званием, должностью ради дела.

— Служба превыше всего, — с самой серьезной физиономией заявил Сильверов, зная, как подобные высказывания действовали на полковника. На генерала они произвели похожее впечатление, поэтому дальше распространяться на эту тему тот пожелал.

— Я все же не понимаю одного, — произнес Михеев, не отводя глаз от собеседника, — как Солонский, зная, что поставлено на кон, допустил такую ошибку. Зачем ему было устраивать покушение на Ермакова?

Дима с легкостью выдержал этот взгляд и едва заметно пожал плечами.

— Думаю Солонский решил ускорить процесс и освободить лакомую для него должность, как можно быстрее. Быть заместителем губернатора гораздо инетерснее, чем просто чиновником средней руки. Когда еще до верха дойдешь. А тут и время, и место были выбраны идеально. Видимо вседозволенность и уверенность в своей неприкосновенности сыграли с ним злую шутку.

Анатолий Алексеевич криво усмехнулся и опустил глаза.

— Победителей не судят, — он отбил пальцами на столе что-то похожее на барабанную дробь, — Солонский обвинен в убийстве Тереховского. Ермаков тоже не отстал, обвинил нашего незадачливого бизнесмена в покушении на свою персону, а также натравил на него все службы, которые только мог. И ОБЭП, и прокуратуру, и налоговую. Как оказалось, Роман Владиславович оказался еще и неплательщиком налогов, и растратчиком государственного имущества, а еще ворюгой, мошенником и взяточником. Светится во всех новостных лентах, где развенчиваются все мифы об его ангельском прошлом и безупречной репутации. Видимо Ермаков думает также как ты и очень обиделся на бизнесмена за то, что тот решил занять его место.

— Что с Зарянским?

— Его босс еще до того, как взялись за него самого, заплатил огромную сумму денег, чтобы того выпустили под залог. Теперь оба в бегах. Но мы тоже вовремя начали действовать. Все выходы из города перекрыты, вряд ли им удастся долго продержаться. Будь осторожен, думаю они снова попытаются убить тебя.

— Многие пытались, — глухо ответил Сильверов, — а я вот здесь, перед вами.

В его лице что-то неуловимо изменилось. Генерал непроизвольно дернул плечом и перевел глаза на лежащие на столе бумаги.

— Тебе еще нужны дни на восстановление или ты уже готов выйти на службу?

— Я в порядке, — слегка замялся Дима, — только вот…

— У тебя какие-то проблемы?

Сильверов покачал головой и положил на стол генерала лист бумаги, который все это время держал в руках. Генерал протянул руку, подтянул бумагу к себе.

— Рапорт об увольнении? — хмуро произнес он. — И можно узнать причины?

— Просто, — тихо проговорил Дима, растягивая слова. — Это все больше не мое.

Солонский — мерзавец, который перешел дорогу не тем людям. Сколько таких же, как он только угодных власти? Преступников, но в законе? И в чем будет заключаться его дальнейшая служба? В том, что он по команде: «фас» будет охотиться на неугодных власть предержащим, а по команде: «фу» отпускать подобных, но имеющих правильных покровителей. Вряд ли это его путь.

— Думаю, тебе просто нужен отдых, — генерал взял его рапорт в руки.

В кармане Сильверова завибрировал телефон.

— Давай сделаем так, — продолжил Анатолий Алексеевич.

Телефон надрывался и это жужжание, казалось, заполнило собой весь кабинет. Бросив извиняющийся взгляд на начальство, Дима достал телефон и посмотрел на имя, светившееся на экране. Лена. Он нажал на кнопку отбоя и вновь опустил аппарат в карман.

— Ты отдохнешь….

Жужжание возобновилось.

— Ответь уже, — раздраженно буркнул генерал.

— Простите, — Дима снова достал телефон и приняв