Любовь, опаленная огнем - Александр Афанасьев

— Тонет! Он тонет! Этот чертов «Нельсон» тонет!

Что она могла разглядеть в этом дыму? Ведь не было видно, куда попали торпеды! Но, присмотревшись, Саманта увидела, как мачта «Нельсона» стремительно уменьшается в размерах, а верхний край носовой надстройки линкора погружается в клубы дымзавесы. Действительно получилось! А потом чьи-то настойчивые руки присоединились к рукам Кэт, кто-то ласкал ягодицы Саманты, постепенно приближаясь к анусу, а кто-то принялся ласкать соски ее грудей. К рукам присоелдинились и чьи-то губы, жадно целовавшие ее шею с двух сторон. Вероятней всего, это были Валерия и Натали, ибо к ним Саманта и Кэт находились ближе всего, но уверенности у Саманты в этом не было, ибо факт того, что им удалось сделать то, что они задумали, сорвал тормоза возникшей внезапно нервозности и тревожности, и лицо Саманты утонуло в роскошных волосах Кэт, а ее чувственные губы целовали жаркие губы подруги. Краме сознания Саманта услышала, как треклятые бомбенцваймоторенкапмффлюгойги пошли на второй боевой заход, чтобы избавиться от бомб на внутренней подвески фюзеляжа, но отвлекаться на это Саманта не хотела, если их и накроет взрывами, то сделать они ничего не смогут, а поэтому будь что будет. Рядом с ней кто-то учащенно и хрипло дышал — возможно Марта и Дора решили к ним присодинится. Взрывы бомб, упавших в гавани, не прервали начатый процесс, только край сознания отметил факт того, что бомбили не их, а всю ту же внутреннюю гавань, и подхлестнул нервную систему Саманты, избавив от последних предохранителей. Волны страсти и наслаждения становилисть все сильнее и сильнее, и, наконец, сознание взорвалось вспышкой наступившего оргазма, после которого Саманта не в силах нормально стоять на ногах опустилась на холодное железо палубы форта.

Холодный воздух неприятно сквозил через шпигаты и щели стального корпуса форта, приводя девушек в чувство, где-то вдали стихли звуки моторов удаляющихся бомбенцваймоторенкапмффлюгойгов, сбросивших свой смертоносный груз на цель, дымзавеса, некогда густая и непроницаемая, становилась все меньше и меньше тая на глазах. Саманте, несмотря на проникающий под кожу холод стылого железа, не хотелось подниматься с палубы и приводить себя в порядок. Она устала от всей этой неопределенности, от того, что ничего нельзя спланировать наперед, ей хотелось хоть какого-то постоянства, пусть даже плохого, но чтобы в жизни появилось время, когда можно было заняться друг другом, как несколько дней назад, на позициях бригады, где была хоть какая-то стабильность и хоть какой-то распорядок.

— О боже! Один уходит! — раздался крик Сары Мазелевич.

Девушки, на ходу пытаясь привести одежду в порядок, бросились к смотровым щелям форта. Из гавани, на большом ходу выходил двухтрубный двухмачтовый эсминец, длиной приблизительно сто восемь или сто девять ярдов, на его корме развевался королевский штандарт.

— Черт! Значит, им удалось спастись! — крикнула Дора, — Там, где королевская семья, там и новое эмигрантское правительство!

— Это "Грейхаунд", — уверенно сказала Натали Одинцоффа, — Длина триста двадцать два фута, ширина тридцать три фута, осадка одиннадцать футов и два дюйма, скорость тридцать шесть узлов, водоизмещение полное тысяча восемьсот пятьдесят девять тонн, три адмиралтейских котла, два турбозубчатых агрегата Парсонса, четреста семьдесят тонн нефти. Вооружение четыре 120 мм орудия типа Mk IX, два счетверенных пулемета калибром 12,7 мм и два четырехтрубных 533 мм торпедных аппарата. Экипаж сто сорок пять человек.

— И еще сотни две или три человек из правительства на борту, — добавила Валерия, — Вон, часть из них на палубе разгуливает! Черт! Придется себя раскрыть, чтобы его уничтожить! Сара! Передай команду отрыть огонь!

От внезапных выстрелов стадвадцатимиллиметровых орудий, расположенных палубой выше заложило уши, а железная коробка форта заходила ходуном. Следом за стодвадцатками рявкнула трехдюймовка QF 20cwt. Затем воздух донес звуки орудийных выстрелов с соседних фортов. Саманта увидела, как с самого крайнего форта, ближнего к выходу из гавани потянулась цепочка трассеров. Видимо расчеты пулеметов «Бердмор-Фэркуэр» калибра 12,7 мм решили внести свою лепту в выполнение поставленной задачи. Огонь велся быстрый, но бестолковый. И это неудивительно, ибо орудийные расчеты стодвадцаток были укомплектованы бывшими зенитчицами, которые ознакомились с новым типом орудия всего час-полтора назад. Стреляли как умели, стреляли в направлении цели, целясь через ствол. Времени на организацию централизованной системы управления артиллерийским огнем не было, каждый форт вел бой самостоятельно, зачастую мешая друг другу. Вокруг «Грейхаунда» вырос целый частокол водяных столбов от падений снарядов и разобраться где и чей упал снаряд, и какую вводить поправку было невозможно. Чуть лучше вели огонь расчеты трехдюймовок, в смысле что стреляли быстрее и слаженнее, но так же бестолково, ибо девушек обучали вести огонь по воздушным целям, а не морским. Наибольший эффект принес огонь двух ближних к выходу из гавани фортов, благодаря тому, что расстояние до цели составляло двести и четыреста ярдов соответственно, и огонь четырех пулеметов «Бердмор-Фэркуэр» калибра 12,7 мм с этих фортов нанес экипажу эсминца не меньший урон, чем огонь большинства орудий. Струи тяжелых пуль хлестали по надстройкам эсминца, уничтожая всех, кто попался им на пути.

Но бритаинские моряки недаром считаются одними из лучших в мире. Орудия и пулеметы «Грейхаунда» ответили практически сразу, с трех-четырех секундным запозданием. Не все, ибо часть расчетов была выведена из строя пулеметным огнем фортов, но ответили. По крайней мере один стадвадцатимиллиметровый снаряд из первого залпа и два таких же снаряда из второго залпа ударили в железную коробку ближнего форта, а огонь уцелевшего счетверенного 12,7 мм пулемета прошелся по верхней палубе второго форта превратив расчет трехдюймовой зенитки и пулеметные расчеты форта в кровавые ошметки.

Трехдюймовая бортовая броня фортов защищала от огня мелкокалиберной артиллерии, но никак не от огня стадвадцатимиллиметровых орудий эсминца с расстояния в двести и в четыреста ярдов. Три сорокапятифунтовых гранаты с взрывателем, поставленным на ударное действие, разорвались о стальные борта форта. Взрывной волной трехдюймовые листы бортовой брони вдавило вовнутрь, сорвав со своих креплений, и они превратили содержимое форта в хаос огня, крови, смерти, разрушив палубные крепления, сорвав орудия форта с фундамента, закрутив палубные настилы вместе с людьми и имуществом, словно тюбик зубной пасты. А потом море содрогнулось от страшного взрыва, и на четырех железобетонных опорах расцвел гигантский огненный цветок — это сдетонировал боезапас форта, разорвав в клочья металлические конструкции и расшвыряв их во все стороны.