Любовь, опаленная огнем - Александр Афанасьев

— У меня есть идея, — высказалась Джоана, — Мы подготовим аппараты сейчас. Нам нужно пара добровольцев, которым мы покажем, что им нужно будет сделать во время авианалета, чтобы привести их в действие, а сами отправимся осваивать пароход.

— Добровольцы найдутся, — хором заявили Марта и Дора.

— Отлично, — подвела итог Валерия, — Нужно еще укомплектовать морские форты, но я думаю, что для этой цели можно использовать девушек освобожденных из лагеря, под нашим руководством, одновременно начинаем загрузку парохода.

— Только одеть бы их во что-то не мешало, — улыбнулась Саманта, — А то у нас все время половина личного состава разгуливает, в чем мама родила.

— Здесь на складе полно рабочей одежды, правда, мужской, — заявил эдинбургский руководитель судоремонтников.

— Отлично! Все за работу! — кивнула собравшимся девушкам Валерия.

Времени было действительно немного, а с учетом явления пани Юноны стало еще меньше. Вид у нее был жалкий, и в то же время гордый. Гордость, правда, была наносная, больше для фасона, для того чтобы удержать хоть капля серьезного отношения к себе. По ее сбивчивому рассказу, во время которого она разрыдалась, картина происходящего в порту вырисовывалась веселая. Наследниц польского престола на борту «Гарланда» еще до ее прибытия было аж восемь штук. Понятное дело, что для того, чтобы переплюнуть их родословную или публично доказать ее фальшивость, нужно было либо попасть на борт эсминца, либо сгрузить польских принцесс на сушу. Ни того, ни другого сделать не удалось. Главную роль, как выяснилось, играли деньги. У кого много денег, тот становился пассажиром эсминца, у кого нет денег — оставался на берегу. В теории девушки из батальона "Марина Мнишек", могли скинуться и приобрести пару мест на эсминце, но тут взыграло чувство товарищества — либо все, либо никто. Попытка взобраться на борт «Гарланда» была встречена в штыки, поэтому девушки отступили. Но отступили вовремя, ибо толпа, набившаяся на эсминец, в итоге его и утопила. Поговаривали, что кто-то из сухопутных случайно открыл какие-то иллюминаторы, через которые начала поступать вода. Натали не стала читать лекцию об иллюминаторах пани Юноне, из-за недостатка времени, но сообщила ей о двух важных вещах. Во-первых, все реликвии связанные с польским королем Ежи Третьим, в настоящий момент времени находятся на территории СССР, и если пани Юнона мечтает возродить Польское царство, ей все равно нужно попасть в Советский Союз. Во-вторых, польскому батальону придется взять на себя задачу по охране перешейка, соединяющего мол с берегом.

Вторая новость, произвела гораздо меньшее впечатление на польскую принцессу, чем первая. Услышав о местонахождении реликвий польского народа, пани Юнона категорично заявила Натали:

— Ты могла об этом сразу сказать, чтобы я не бегала к этим уродам, и не унижалась как дура!

— А ты и не спрашивала, — парировала Одинцоффа. После чего все принялись за порученную работу. А вскоре, над молом, где происходила погрузка дивизии на пароход «Валгалла» раздался звонкий голос Сары Мазелевич:

— Внимание, воздух! Право девяносто, дистанция шестьдесят тысяч ярдов, высота три тысячи футов, пятьдесят четыре бомбенцваймоторенкапмффлюгойга Хейнкель «Не-111Н» с двенадцатицилиндровыми двигателями жикостного охлаждения Jumo 211A-1!

Сигнал застал Саманту и Кэт на одном из морских фортов. Каждый из фортов имел на вооружении два 120 мм орудия Mk II, одну трехдюймовую зенитную пушку QF 20cwt, а также по два пулемета «Бердмор-Фэркуэр» калибра 12,7 мм. Один из фортов, четвертый от берега, был несколько больших размеров, чем все остальные и являлся командным. На нем и собрались Саманта, Кэт, Валерия, Натали, Марта, Дора и Сара. Битч, Эллис, Наташа, Алисия, Ксэнни и Синтия остались на берегу и руководили погрузкой имущества дивизии, а также присматривали за польским батальоном. Кроме того, один из взводов Битч был в готовности к постановке дымзавесы по всей длине мола. Дымзавеса не должна была быть сплошной, но большая ее часть должна была прикрыть пуск торпед с полузатопленного эсминца «Амазон». Орудийные и пулеметные расчеты морких фортов укомплектовали бывшими зенитчицами Эдинбурга.

Потянулись недолгие минуты, и уже всем было видно, как со стороны моря, поблескивая фонарями остекленных кабин, показались точки, приближающихся бомбенцваймоторенкапмффлюгойгов Хейнкель «Не-111Н» с двенадцатицилиндровыми двигателями жикостного охлаждения Jumo 211A-1. С командной палубы форта, в бортовой обшивке которого были прорезаны смотровые щели, было хорошо видно, как заворочались зенитные орудия на «Нельсоне» и эсминцах, как побежали на свои места расчеты зенитных пулеметов. По решению принятому Валерией и Натали, зенитный огонь без команды зентичицы фортов открывать не будут. Решение было принято в самый последний момент, после того, как девушки рассмотрели со стороны моря набережную мола, у которой был ошвартован пароход. Благодаря натянутым сетям и раскраске казалось, что в этом месте находятся носовая и кормовая части полузатонувшего корабля лежащего на левом борту, а также несколько полузатопленных кораблей меньших размеров. Шансы, что штаффели люфтваффе не будут атаковать "корабельное кладбище" были достаточно высоки, поэтому было решено не привлекать внимание к их стороне мола.

Небо над гаванью покрылось облачками разрывов зенитных снарядов, но идущие в атаку штаффели бомбенцваймоторенкапмффлюгойгов, это не остановило. Видимо Геринг решил напоследок потренировать своих орлов, а может быть, процедура авианалета входила в сценарий героического отступления бритаинского правительства. Зенитный огонь британских кораблей все-таки сделал свое дело, и строй бомбенцваймоторенкапмффлюгойгов дрогнул, один из них свернул в сторону, дымя правым двенадцатицилиндровым двигателем жикостного охлаждения Jumo 211A-1, а второй очень красочно взорвался в воздухе, превратившись в сияющий огненный шар. Однако зенитный огонь не сорвал всей атаки в целом, и бомбы, как им и положено сорвались с бомбодержателей и посыпались вниз. Штаффели наносили удар по кораблям в гавани и портовым сооружениям в районе их швартовки.

— Пора! — решила Валерия, и Сара Мазелевич, передала по радио сигнал для постановки дымзавесы. Несколько секунд ничего не происходило, но затем вдоль всей длины мола вверх повалили клубы черного дыма, который стало относить ветром в сторону стоянки британских кораблей. С каждой секундой дым становился все гуще и гуще. Нервное напряжение росло и Саманта, порывисто обняла Кэт, прижимая ее к себе левой рукой, а правой, задрав ее юбку вверх, поглаживая по внутренней стороне бедра. Подруга, тряхнув своими черными волосами, впилась поцелуем в губы Саманты, и начала расстегивать пуговицы на ее кителе. Справилась с этой задачей Кэт очень быстро, и не успела Саманта охнуть, как Кэт расстегнув застежку бюстгальтера, стала нежно поглаживать пальцами, набухающие соски ее округлых грудей. В ответ на ласку подруги, Саманта опустила левую руку вниз, и не прерывая затяжной поцелуй, опустила трусики подруги вниз, после чего ее правая рука устремилась к интимному треугольнику волос Кэт. Она ответила ей тем же, задрав юбку Саманты высоко наверх, и запустив свою правую руку ей в трусики, от чего Саманту стал охватывать жар любовной страсти. Волна тепла стала распространяться снизу, оттуда, где нежные и ловкие пальцы Кэт, проникали все глубже и глубже внутрь нее. От накатившего наслаждения Саманта прервала поцелуй и застонала, волны наслаждения становились все сильнее, и ей стало все труднее понимать, что творится вокруг. Внезапно со стороны гавани затянутой черным дымом донесся звук сильного взрыва, затем еще, еще, еще. Восемь взрывов с интервалом в одну и две секунды — это 533 мм торпеды, выпущенные из четрехтрубных торпедных аппаратов эсминца «Амазон», нашли свою цель. От неожиданности Саманта и Кэт вздрогнули и чуть не выругались, ибо сила охватившей их страсти и нежности резко спала, и теперь нужно было начинать все по-новой. А это после испуга вызванного силой прогремевших взрывов было не так легко. Саманта уже хотела психануть, из-за того, что тело подруги перестало отзвыаться на ее ласки, равно как и тело ее самой не могло избавиться от какого-то нервного ожидания, как вдруг Валерия закричала: