Надежда Дурака - Майк Шэкл

Они продолжали идти, тишина сгущалась с каждым шагом. Зорика чувствовала, что Векс наблюдает за ней, но не могла посмотреть на него. Еще нет. Ей нужно было найти правильные слова.

— Зор... что бы это ни было, я не буду возражать. Ты можешь мне доверять.

— Я знаю. Я… Это... я... — Что она могла сказать? Я королева. Я из будущего. У меня есть магические способности. Все это казалось безумием для нее, и, если это так, то, определенно, прозвучит безумием для Векса.

— Что это? Ты можешь мне сказать. — Он остановился и обнял ее за талию так, как никогда раньше не делал. Это удивило ее, в хорошем смысле. Ей понравилось это ощущение. — Что-то случилось с твоими матерями?

— Нет. Совсем нет. Просто... мы поссорились сегодня утром. Я сорвалась с места и пришла повидаться с тобой вместо того, чтобы заниматься своими... делами по дому. — Почти правда, но на самом деле еще одна ложь. Как легко было говорить им, как трудно быть честной. Это то, во что они ее превратили? Лгунью?

— Не волнуйся об этом, — сказал Векс, целуя ее в лоб. — Я постоянно ссорюсь с матерью и отцом. Они это переживут. Кроме того, ты заслужила выходной.

Зорика сморщила нос.

— Ты все время ссоришься со своими родителями? Правда? — Она рассмеялась. — Ты, наверно, требуешь дополнительной работы по дому: «Дайте мне нарубить еще больше поленьев!» В это я могу поверить.

Он посмотрел на нее сверху вниз, и Зорика вдруг впервые осознала, насколько он крупнее ее. Он больше не мальчик. Она тоже не девочка.

— Итак, в чем секрет? — спросил он.

— Я... — Слова застряли у нее в горле. В уголках ее глаз появились слезы. Их было невозможно скрыть. Не сейчас, когда Векс так близко.

— Эй. Все в порядке. — Он погладил ее по щеке большим пальцем. — Послушай, что бы это ни было, скажешь мне, когда будешь готова. Давай сходим на ярмарку и немного повеселимся.

Она кивнула, радуясь возможности отложить разговор. Она поцеловала его в щеку:

— Спасибо.

Ни один из них не пошевелился. Они просто смотрели друг на друга, как будто между ними происходил совершенно другой разговор, между их сердцами и телами. Мир и все тревоги Зорики исчезли. Были только она и Векс, одни.

Залаяла собака, разрушив чары. К ним шел мужчина, черно-белая собака бегала кругами вокруг него. Он улыбнулся, поймав взгляд Зорики:

— Вы, двое, пропустите ярмарку, если будете стоять там с влюбленным видом весь день напролет.

Зорика и Векс отпрянули друг от друга быстрее, чем если бы на них вылили ведро холодной воды.

— Мы не… Я имею в виду... она… Я... — Векс раскраснелся и стал запинаться, и, когда он посмотрел на нее в поисках поддержки, Зорика не выдержала и рассмеялась. Может быть, в нем все-таки осталась частичка мальчика.

Они позволили мужчине пройти мимо со своей собакой, затем последовали за ним, разговаривая о том о сем, пропуская невысказанный разговор и игнорируя опасения Зорики. Позже будет время обнажить душу и рассказать все. Пока что светило солнце, и она была с Вексом. Большего она и не хотела.

Деревня находилась на полпути к Айсаиру и состояла всего из нескольких домов вокруг рыночной площади, с храмом Четырех Богов и постоялым двором. Очевидно, на постоялом дворе было больше людей, чем в храме, но Зорика не была ни в том, ни в другом, поэтому она не могла сказать, правда ли это. Посещение храма было еще одной вещью, которую Анама не одобряла. Не потому, что она не была религиозной, а потому, что ненавидела находиться там, где люди могли задавать вопросы. Она всегда волновалась, что разговор может изменить будущее. Тиннстра закатывала глаза за спиной мага, когда Анама начала распространяться о своих правилах, и, честно говоря, Зорика чувствовала то же самое. Как может приветствие что-то изменить?

Конечно, у Тиннстры тоже были свои пунктики — она всегда проверяла небо и периметр виллы, спала, держа меч и топор под рукой. А Майза? Ну, Зорика не была уверена, что шулка вообще когда-нибудь спала. Она всегда была рядом, всегда наблюдала. Эта мысль заставила ее обернуться, наполовину ожидая увидеть Майзу в дюжине ярдов позади них. Конечно, ее там не было, и, по какой-то причине, от этого Зорике стало немного грустно. Как она могла ненавидеть их постоянное внимание и в то же время скучать по нему?

Ярмарка была устроена на площади, с красочным шатром в центре и прилавками снаружи. Воздух наполнился запахом жареного поросенка, от которого у нее потекли слюнки. Мимо прошел мужчина на ходулях, длинные разноцветные шарфы развевались на ветру у него за спиной, и крикнул, что представление вот-вот начнется. Девочка и мальчик, одетые в зеленое трико, переворачивались и кувыркались рядом с лежащей на земле шапкой, наполовину наполненной монетами.

Площадь была полна людей, смеющихся и шутящих, наслаждающихся видами и прекрасным днем. Векс, казалось, знал всех, здоровался и перекидывался парой слов, в то время как Зорика держалась в стороне, пряча лицо за челкой. Она прожила всего в нескольких милях от деревни более десяти лет, и все же никого не знала. Она была тайной, полной тайн.

— Хочешь пойти посмотреть пьесу? — спросил Векс. — Это история Хазеллы и Брастоса.

Зорика рассмеялась:

— Я ее не знаю.

— Да ну? Я думал, все знают. Они влюблены, но их отцы — враждующие короли и хотят их разлучить. Тебе понравится.

— Если ты так говоришь.

— Да. — Векс схватил ее за руку и повел к палатке. — Пойдем.

И, конечно, перед входом появилась Тиннстра, прежде, чем они смогли зайти внутрь. На ней было длинное пальто, неподходящее по погоде, но идеально подходящее для того, чтобы спрятать оружие.

— Мы можем поговорить?

Зорика попыталась протиснуться мимо нее.

— Представление начинается.

Тиннстра взяла ее за локоть, останавливая:

— Мне нужна всего пара минут. Ты ничего не пропустишь.

Весь прежний гнев нахлынул на нее:

— Нет.

— Пожалуйста. — В глазах Тиннстры была боль, но теперь, когда Зорика знала, чем это вызвано, она не могла найти в себе сочувствия.

— Уйди с моей дороги.

— Эй, Зор, — мягко сказал Векс. — Все в порядке. Мы всегда можем посмотреть более позднее представление.