Герои Вопреки. Часть I (СИ) - Заров Антон

Долго еще одинокого путника сопровождали только хруст камушков на тракте да шелестящий гул древесных крон, выстроившегося вдоль дороги леса. Посвист и щебетание птиц да возня мелких животных в придорожных кустах.

Но, вот затянувшаяся идиллия наконец завершилась. И к ним торжественно присоединились приближающиеся раскаты грома с порывами ветра. Волей не волей пришлось шмыгнуть в придорожный лесок и, подскакивая голыми пятками на особо острых ветках, метаться в поисках укрытия.

Еремей как раз успел забраться под разлапистые ветви какого-то дерева с широкими листьями, отдаленно схожего по форме с елью, как с неба хлынули настоящие потоки дождя. Они часто забарабанили по листве, погружая лес в какофонию дробного шума, будто на современной электронной тусовке.

К собственному удивлению, парень ощутил, как заныли зубы. Вот точно помнил, что в прошлой игровой жизни вообще никаких неудобств не испытывал от дождя.

Ни в снег и мороз, ни в жару, зной и ливни. Все его прошлому телу было ни по чем. В реальном мире он тоже мог надолго уходить в лес, зажав мольберту под мышкой да закинув дедов рюкзачок на плечо. Сказывалось провинциальное детство.

Нынешнее тело, начало тревожно оглядываться, едва оказавшись на открытом пространстве, а в потемневшем лесу и вовсе затряслось напуганной мышью. И с этим нужно было срочно что-то делать. Волнами накатывавшая паника мешала сосредоточиться и давила изнутри.

Крутясь в художественных тусовках он, как и все, был знаком с эзотерическими практиками и представлениями. Не теряющими модности в кругу творческих людей уже с сотню лет.

Справедливо рассудив, что внутреннему «Я» от медитации должно тоже стать поспокойнее, Еремей сел, скрестил ноги и сложил пальцы в колечки.

И, затянул вовсе не ту мантру, какую собирался. Вместо простейшей «Ом», из его горла вдруг потекли совсем незнакомые и непонятные звуки:

— Ас шар-ра нах-ха трухо, вин уор-р атор-р ре-шунар-р, — изливалось густое басовитое полугудение, полустон.

Невозможно было сопротивляться этому внутреннему зову, изливающемуся в дрожащую полутьму. А на втором круге, последние мысли о сопротивлении полностью пропали, уступив место концентрации и сосредоточению на своих внутренних ощущениях.

А ощущал Еремей себя больше не парнем из глубинки, ищущим своего места в жизни, а молодым харати, что погиб в тайном храме теней жизни, так и не завершив обучения.

Ощущал смятение, потрясение и страх от соседства чьего-то чуждого разума в своем, но уже ненастоящем теле.

Уж это он мог определить с легкостью. Ничего настоящего в его нынешнем состоянии не было. Слепленная из вселенских сил оболочка, оборванный слепок духа и какие-то жуткие внемировые силы, что сковали все воедино нерушимой волей своих законов.

«Он не должен быть, его разорвало, вышвырнуло из мира живых. Но не в тень смерти, а вовне, где нет ничего, — заполнили сознание панические мысли.»

Больших трудов стоило осознаться снова. Сработало только названное имя носителя, что Еремей запомнил на этапе выбора аватара. «Азар Шай», с ударением на первую «А», отчего хотелось называться просто «Аз».

Видимо придется называться по-новому, иначе и чердаку протечь недолго. Хоть в игре, а приятного мало.

С облегчением открыв глаза, заново рожденный под именем «Аз», обнаружил, что дождь уже закончился. Вокруг больше не сгущаются сумерки, а занимается алая заря.

Так что Еремей только порадовался тому, что погружался в свой выходной день и прошла лишь часть первой трехдневной игровой сессии.

Пахло одуряюще густой свежестью и тем непередаваемым букетом ароматов, какой можно вдохнуть только в лесу. Воодушевленный и восторженный, он потянулся наружу из-под густой кроны.

И, рухнул лицом в палые бурые листья на земле. Заворочался и застонал, только сейчас осознав, насколько затекли его ноги и онемело все тело от ночного холода и сырости.

Корчась и хрипя от боли, будто в каждую клеточку тела медленно втыкали раскаленные иглы, он перевернулся на спину и долго смотрел на проблески краснеющего ночного неба в сходящихся над головой кронах деревьев. Пока тело не перестало корёжить, и оно не налилось ровным спокойным теплом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Парень тяжело вздохнул и, стараясь не хмуриться, побрел между деревьями не разбирая дороги.

Кутался Азар в оборванный плащ, что после специфичной стирки обрел свой цвет. Изначально иссиня-черный, он сильно порыжел и выцвел ниже пояса.

Один из широких рукавов был оторван совсем, а второй сильно обтрепался и оканчивался измочаленными рваными ленточками, будто его ножом изрезали.

«Или клыками погрызли, — вдруг подумалось отстраненно и предупреждающе. — Да и рыжие пятна, так ли от солнца появились.»

Но додумать эту мысль он не успел. Босые ноги, в закопчённых портках, вынесли его на край обрыва, что тянулся в обе стороны насколько хватало глаз.

— Плато Нумер. Так вот какой вид с тебя открывается на дремучие леса востока, — прошептал Еремей завороженно.

Широко раскрытыми глазами парень от души залюбовался открывшимся с возвышения видом, что заливала краска восходного солнца.

Огромное на рассвете и закате, оно постепенно сужалось к полудню становясь не больше любой из нескольких лун, что изредка всплывали над небосводом.

Перелески и поля, по которым он шел до этого, резко обрывались отвесным косогором.

Еремей провел взглядом по горизонту, очерченному зелёным рельефом древесных крон. Внизу, всего в полусотне метров, расстилалось сплошное лесное море.

Темно-зеленое, шелестящее, дремучее. Оно тянулось до самого восточного горизонта. Где-то там, за баронскими лесами, должна была начинаться страна Навея, такая же дремучая и древняя.

А на севере, за излучиной великой северной реки Урлы, находилась цель его путешествия. Вольные города на страже северного края магического излома. Там он еще не так давно нес службу.

Ну, точнее, вольные города держались от фронтира подальше, посылая туда игроков и милостиво разрешая им строить небольшие крепостицы и кое-как возделывать земли вокруг, на свой страх и риск.

А также, вербовать себе рекрутов в городах из наиболее отчаянных и бесполезных обществу. Кто еще пойдет на корм чудищам всяким добровольно.

В тех краях, как нигде ощущалось, насколько далеки живущие в этом мире, от осознания пропасти, которая у них буквально за забором.

На юге, в пустынях, игроки захватывали и основывали целые города и деревни, замыкая вокруг излома кольцо. Пользуясь тем, что местные власти слабы и разобщены. При этом вступали в союзы с более сильными соседями и организовывали с ними совместную оборону.

Южные гномы, кочевники и союз орочьх племен оказывались объединены через игроков в единую силу. Со своей промышленностью, многочисленными стадами и организованными воинами.

С ними в союзе была и Навея, которая поставляла бесчисленные дары леса и торговала в основном честно. Что делало эти страны основой ограждения излома.

Остальные же государства, если и замечали разверзшуюся по соседству бездну, то лишь в контексте того, что она хоть как-то купирует растущую угрозу со стороны неумирающих пришельцев.

Ну, еще ослабляет и связывает тех, кто оказался на ее границе, постоянных соперников, которых можно было сбросить со счетов и мирно вцепиться в горло ближайшим партнерам по политической борьбе.

А ведь когда-то все человеческие государства были неграмотными варварами, что сплотились ради общего врага. И победили ведь, переняв все достижения ушедшей цивилизации. Ну или те, что сочли полезными.

Отвлекаясь от чужих для него проблем, Еремей попытался вспомнить название города и ориентиры заветного места с тайником. К его собственному ужасу это вышло уже совсем не так легко.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

После ночного слияния с духом аватара, личные воспоминания поблекли и выцвели. Будто слышанные на скучном уроке в средней школе. Только остановив поток сознания и расслабившись, он смог выдавить название из глубины памяти.