Мировой Ворон - Смит Э. Дж.

За командным шатром расположился авангард армии, тесный палаточный лагерь, где жили самые лучшие и трезвые воины. Именно они охраняли сани и следили за собачьими упряжками. Сотни серых и белых ездовых собак, привязанных к металлическим кольям, спали в низине, куда до них не долетал пронизывающий ветер с Фьорланского моря. Собаки зевали и потягивались, лаяли, повизгивали. Только благодаря им армия Рулага продвигалась так быстро: они тащили на санях палатки, припасы, оружие и материалы для постройки осадных машин.

Ингрид отошла от палаток и присела рядом с ближайшей собакой. Упитанный пес с длинной мордой и густым белым мехом радостно воззрился на нее сверкающими глазами. Похоже, волшебство Бритага не действовало на собак: пес посмотрел ей прямо в глаза, а потом с энтузиазмом лизнул ей руку. Остальные находящиеся рядом собаки тоже весело глядели на Ингрид, будто радовались любому вниманию человека, которое не выражалось в пинках и ударах хлыста. Охраняющие собак воины не обратили внимание на небольшое волнение, и Ингрид тихо шла среди собак, поглаживая и почесывая каждого пса, оказавшегося у нее на пути. Достигнув середины стаи, она начала освобождать их от упряжи. Простые металлические застежки, прикрепленные к кожаным ремешкам, расстегивались очень легко.

— Вы должны быть свободными, — прошептала она, утыкаясь носом в чудесную пушистую морду крупного ездового пса.

На то чтобы освободить всех собак, у нее ушло гораздо меньше времени, чем она думала. Собаки не двигались с места — только широко открыли пасти, радостно вывалив языки, и с энтузиазмом махали хвостами. Корвус сидел неподалеку на высокой ледяной стене ущелья. Он молчал, но клюв его склонился на один бок, будто ворон на чем–то концентрировался, а потом все собаки вдруг резко повернули головы и посмотрели на него.

— Смотри–ка, собаки чего–то испугались, — произнес один из воинов, поднимаясь со своего места возле костра.

К нему присоединились еще несколько человек, и они осторожно приблизились к стае.

Ингрид метнулась за стену ущелья неподалеку от Корвуса и молча глядела на сотни пар сияющих глаз и лес виляющих хвостов.

— Да что с ними такое?! Почему они такие тихие?

— Кар!

Каркнул ворон — и все собаки одновременно подскочили и бросились по ущелью прочь от лагеря. Ингрид побежала вместе с ними, радостно поглаживая всех псов, которые оказывались рядом, пока общая масса собак не вынырнула из ущелья и не понеслась вглубь материка под эхо возмущенных криков их бывших погонщиков. Когда стая обогнала ее и умчалась далеко вперед, Ингрид остановилась, на ее лице сияла широкая улыбка. Корвус проследит, чтобы ездовые собаки остались на свободе, и Рулагу придется послать людей обратно во Фредериксэнд за новой партией. Это займет не меньше двух–трех дней. А Ингрид вернется в палатку и будет изображать из себя тихую маленькую пленницу… пока не подвернется возможность для новой шалости.

Глава четвертая

Халла Летняя Волчица в городе Тиргартен

— Думаю, их там около двадцати, — сказал Падающее Облако. — Разведчики. Люди Медведя. Меня они не заметили.

— А город ты видел? — спросила Халла.

Рексель улыбнулся.

— Да. Стоит на том же самом месте.

Воительница пригладила волосы и глубоко вздохнула. Втроем — Халла, Рексель и Вульфрик — они затаились в расщелине скалы далеко впереди основного отряда на высоком каменистом плато к востоку от города и смотрели на просторы Тиргартена. Здесь их овевал такой знакомый свежий морской воздух. Все осталось прежним: ветер, сосны, растущие у подножия горной цепи. Неизменное темное море, на котором медленно перекатывались волны. Все было таким, как помнила Халла. Хрустальная река со множеством отрогов змеилась вдоль северо–южной дороги, и ее покрытое льдом русло вносило разнообразие в однотонное открытое пространство.

— Ты почти дома, — кивнул Летней Волчице Вульфрик. — И у тебя сейчас такой мечтательный взгляд…

На мгновение она позволила себе смягчиться и просто улыбнулась.

— А ты не притворяйся, будто не жаждешь поскорее увидеться со своим юным вождем.

Вульфрик расплылся в широком зубастом оскале.

— Да я даже не пытался! Там Алахан Слеза! Я скучаю по нему не меньше, чем ты — по Тиргартену!

Падающее Облако махнул им, отвлекая от разговора.

— Двадцать человек, — повторил он. — Я думаю, это разведчики, которые следят за городом.

Чуть позади, переминаясь на ногах от нетерпения, ждала приказа сотня воинов Халлы. Все они выжили при гибели флота драккаров и, чтобы попасть сюда, прошли с ней тысячи миль и убили сотни людей. Большинство было родом из земель Летнего Волка и Слезы, и они не видели родные края почти год.

— Двадцать человек, которые ждут своей смерти, — прошептала Летняя Волчица. — Идем и убьем их. Затем постучимся в ворота Тиргартена… и вернемся домой.

— Будет исполнено!

Воительница вытащила из перевязи топор и помчалась по ущелью. За ней побежали Вульфрик и Рексель, а потом и остальной отряд. Сапоги ритмично топали по льду — глухой звук, предупреждающий об их приближении.

Халла бежала впереди, на два шага опережая Вульфрика. Он легко мог ее обогнать, но не стал, позволяя ей первой увидеть город. Халла обогнула поворот и остановилась — впереди, в узком выходе из ущелья она увидела Тиргартен, укрытый в тени ледяной вершины Дара Гигантов. Она побежала дальше, и в узком прогале ущелья мелькал то холодный серый камень крепостной стены, то угловая башня, то баллиста. И наконец, когда скалы уступами стали спускаться вниз, Летняя Волчица увидела Ступени Калалла и поняла, что наконец–то вернулась домой.

— Халла, слева! — окликнул Вульфрик, легко подтолкнув ее топорищем.

Она повернула голову к заснеженному скальному выступу, укрытому от ветра. За скалой прятались воины — мелькнули чьи–то плечи, один или два щита. Она насчитала троих… но остальные могли укрываться за скальным карнизом и следить за городом. Было неясно, заметили они людей Халлы или еще нет.

А затем рядом с ее головой в ледяную стену вонзилась стрела. Десять воинов Медведя встали из–за скалы и подняли короткие луки.

— В укрытие! — скомандовала Халла, когда вражеские разведчики выпустили первую волну стрел.

Ее люди спрятались в ущелье, присев на корточки. Она молча показала на метательные топорики Падающего Облака и жестом скомандовала десяти воинам выйти вперед.

Они встали и одновременно метнули топоры в лучников — в воздухе замелькали вращающиеся лезвия. Четверо врагов умерли сразу, еще трое оказались ранены. Остальные — банда в двадцать человек — в беспорядке метнулись в укрытие.

— Вверх и вперед! — приказала Халла, увлекая свой отряд за собой.

— Обагрим топоры кровью, ребята, — прогремел Вульфрик, передавая ее приказ всем остальным воинам.

Они построились и в боевом порядке ринулись к воинам Медведя, перелезая через скальный выступ. Топор Халлы первым нашел свою жертву: она разрубила одному из врагов плечо до самой кости. Остальные, испугавшись большого отряда, попытались сбежать. Они знали, что основные силы далеко и в этом бою им не победить.

Вульфрик и Падающее Облако разделили отряд на две части, вырезая малочисленного противника: рубили головы, ноги и руки, раскраивали грудные клетки. Расправа вышла быстрой и жестокой. Боевой дух воинов Медведя оказался далеко не на высоте.

— Хватит, — приказала Халла, когда на поле боя остались только искалеченные тела. — Падающее Облако, проверь сигнальные костры. У них должен быть способ связаться с основной армией.

— Слушаюсь.

Рексель убрал топор в перевязь и пошел дальше по ущелью. Через пару минут он вернулся и покачал головой.

— От костра остались только тлеющие угли, и на нем, похоже, просто готовили еду. Если они обменивались сигналами со своими союзниками, то только до нашего нападения.

Халла с раздражением пнула подергивающееся тело противника, скинув его с обрыва.