Избранное - Даниил Хармс

АНТОН АНТОНОВИЧ. Мне приятно видеть Вас.

Вы прелестны, Вера. Да-с.

Я ценитель красоты.

Перейдемте с "Вы" на "Ты".

ВЕРОЧКА. Без вина, Антон Антоныч,

говорите мне на "Вы" и целуйте только руки,

не касаясь головы.

АНТОН АНТОНОВИЧ. Вера! Верочка! Голубка!

Не отталкивай меня.

ВЕРОЧКА. Это что у Вас?

АНТОН АНТОНОВИЧ. Что? Трубка!

ВЕРОЧКА. Отойдите от меня!

АНТОН АНТОНОВИЧ. Я ужасно задыхаюсь.

Вера! Верочка! Кись-кись!

ВЕРОЧКА. Отойдите! Я кусаюсь!

АНТОН АНТОНОВИЧ. Ну, не надо! Не сердись!

ВЕРОЧКА. Вы купили шоколад?

АНТОН АНТОНОВИЧ. Извините. Виноват.

Идя к Вам, любовный пыл охватил меня. Забыл все на свете, только Вас представлял себе как раз и в разных позах и видах,

и в рубашке и без…

ВЕРОЧКА. Ах!

АНТОН АНТОНОВИЧ. Без рубашки ваши груди…

ВЕРОЧКА. Караул! Спасите! Люди!

СТУДЕНТ (в ы с к а к и в а я и з ш к а п а).

Стой, мерзавец! Пусти руку! Не волнуйтесь, Верочка. Пойдемте со мной в шкап.

ВЕРОЧКА. Пустите меня. Кто вы такой?

СТУДЕНТ. Я студент.

ВЕРОЧКА. Что вам от меня нужно? Почему вы оказались в шкапу?

АНТОН АНТОНОВИЧ. Что вам угодно?

ВЕРОЧКА. Почему вы вмешиваетесь не в свое дело?

АНТОН АНТОНОВИЧ. Врываетесь в частную жизнь?

ВЕРОЧКА. Да кто вы такой, в самом деле?

СТУДЕНТ. Я студент.

ВЕРОЧКА. А как вы сюда попали?

СТУДЕНТ. Я пришел к Петру Нилычу Факирову.

ВЕРОЧКА. Ну?

СТУДЕНТ. Петр Нилыч любит, чтобы его слушали, когда он что нибудь говорит. Он сажает меня в шкап, а сам ходит и говорит,

будто в комнате никого нет.

ВЕРОЧКА. Значит, пока мы были тут, вы тоже тут были?

СТУДЕНТ. Да.

— 59

БАЛ

ХОР. Танцуйте, танцуйте!

ГОСТИ. Танцуем, танцуем!

ХОР. Танцуйте фигуру.

ГОСТИ. Танцуем фигуру.

ХОР. Откройте, откройте,

откройте, откройте.

Закройте, закройте,

закройте, закройте.

ГОСТИ. Мы весело топчемся.

БАРОНЕССА ПИРОГОВА.

Мне стало душно.

СОЛДАТ ФЕРЗЕВ. Хотите на веранду охлаладить горячее тело?

БАРОНЕССА ПИРОГОВА.

Вы правы: я немножко вспотела.

Пусть ветер мне подует в рукава.

СОЛДАТ ФЕРЗЕВ. Смотрите: ночка какова!

DER GOLDBERG. Кто хочет что-нибудь особенного то я спою не хуже Собинова.

ХОЗЯИН. Иван Антоныч, принесите плеть.

Сейчас Der Goldberg будет петь.

DER GOLDBERG (п о е т).

Любовь, любовь царит всечасно…

Больше петь не буду. Зачем он меня при каждом слове ударяет плеткой?

МАРИЯ. Ой, смотрите, кто это к нам ползет на четвереньках?

ХОЗЯИН. Это Мотыльков.

МОТЫЛЬКОВ. Да, это я. Мою природу постиг удар. Я стал скотом.

Дозвольте мне воззвать к народу.

ХОЗЯИН. Ах, не сейчас. Потом, потом.

МОТЫЛЬКОВ. Тогда я просто удаляюсь.*

ХОЗЯИН. А вдруг останетесь, боюсь.

МОТЫЛЬКОВ. Как неуместен этот страх.

Уйду и с туфель сдуну прах.

ХОЗЯИН. Смотрите, он ползет обратно.

ЖАК. Мария, будьте аккуратны.

МАРИЯ. Я вам запачкала пиджак.

ЖАК. Ну не беда!

МАРИЯ. Мой милый Жак.

ЖАК. Я предан вам за вашу ласку.

МАРИЯ. Ах, сядьте тут и расскажите сказку.

ЖАК. Был гром, и небо темнобуро.

Вдруг выстрел — хлоп! из Порт-Артура.

На пароходе суета: матросы лезут в лодку,

а лодка офицерами по горло занята.

Матросы пьют в испуге дико водку,

кто рубит мачту, кто без крика тонет,

кто с переломанной ногой лежит и стонет.

Уже вода раскрыла двери,

а люди просто озверели.

— 61

ГРЕХОПАДЕНИЕ

ИЛИ ПОЗНАНИЕ ДОБРА И ЗЛА.

ДИДАСКАЛИЯ*.

А л л е я к р а с и в о п о д с т р и ж е н н ы х д е р е в ь е в и з о б р а ж а е т р а й с к и й с а д.

П о с р е д и н е Д р е в о Ж и з н и и Д р е в о

П о з н а н и я Д о б р а и З л а. С з а д и н а п р а в о ц е р к о в ь.

FIGURA (у к а з ы в а я р у к о й н а Д р е в о, г о в о р и т). Вот это Древо Познания Добра и Зла. От других деревь ев ешьте плоды, а от этого дерева плодов не ешьте. (У х о д и т в ц е р к о в ь.)

АДАМ (у к а з ы в а я р у к о й н а д е р е в о). Вот это

Древо Познания Добра и Зла. От других деревьев мы будем есть плоды, а от этого дерева мы плодов есть не будем. Ты, Ева,

обожди меня, а я пойду соберу малину. (У х о д и т).

ЕВА. Вот это Древо Познания Добра и Зла. Адам запретил мне есть плоды с этого дерева. А интересно, какого они вкуса?

И з — з а д е р е в а п о я в л я е т с я м а с т е р

Л е о н а р д о.

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Ева! Вот я пришел к тебе.

ЕВА. А скажи мне, мастер Леонардо, зачем?

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Ты такая красивая, белотелая, полногрудая, я хлопочу о твоей пользе.

ЕВА. Дай-то Бог.

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Ты знаешь, Ева, я люблю тебя.

ЕВА. А я знаю, что это такое?

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Неужто не знаешь?

ЕВА. Откуда мне знать?

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Ты меня удивляешь.

ЕВА. Ой, посмотри, как смешно фазан на фазаниху верхом сел!

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Вот это и есть то самое.

ЕВА. Что то самое?

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Любовь.

ЕВА. Тогда это очень смешно. Ты что, тоже хочешь на меня верхом сесть?

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Да, хочу. Но только ты ничего не говори Адаму.

ЕВА. Нет, не скажу.

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Ты, я вижу, молодец.

ЕВА. Да, я бойкая баба.

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. А ты меня любишь?

ЕВА. Да, я не прочь, чтобы ты меня покатал по саду на себе верхом.

МАСТЕР ЛЕОНАРДО. Садись ко мне на плечи.

Е в а с а д и т с я в е р х о м н а м а с т е р а

Л е о н а р д о, и о н с к а ч е т с н е й п о с а д у.

В х о д и т А д а м с к а р т у з о м, п о л н ы м м а л и н ы, в р у к а х.

АДАМ. Ева? Где ты? Хочешь малины? Ева? Куда же она ушла? Пойду ее искать. (У х о д и т.)

П о я в л я е т с я Е в а в е р х о м н а м а с т е р е Л е о н а р д о.

— 63

ЗМЕЙ (с и д я щ и й н а Д р е в е П о з н а н и я Д о б р а и З л а). Она врет. Ты не верь. Это яблоко с этого дерева.

АДАМ. Брось яблоко, обманщица.

ЕВА. Нет, ты очень глуп. Надо попробовать, каково оно на вкус.

АДАМ. Ева, смотри.

ЕВА. И смотреть тут нечего!

АДАМ. Ну, как знаешь.

Е в а о т к у с ы в а е т о т я б л о к а к у с о к.

З м е й о т р а д о с т и х л о п а е т в л а д о ш и.

ЕВА. Ах, как вкусно! Только что же это такое? Ты все время исче заешь и появляешься вновь. Ой! Всё исчезает и откуда-то появ ляется все опять. Ох, как это интересно! Ай! Я голая! Адам,

подойди ко мне ближе, я хочу сесть на тебя верхом.

АДАМ. Что такое?

ЕВА. На, ешь тоже яблоко!

АДАМ. Я боюсь.

ЕВА. Ешь! Ешь!

А д а м с ъ е д а е т к у с о к я б л о к а и с р а з у п р и к р ы в а е т с я к а р т у з о м.

АДАМ. Мне стыдно.

И з ц е р к в и в ы х о д и т F i g u r a.

FIGURA. Ты, человек, и ты, человечица, вы съели запрещенный плод. А потому, вон из моего сада!

F i g u r a у х о д и т о б р а т н о в ц е р к о в ь.

АДАМ. Куда же нам идти?

ЕВА. Никуда не пойдем.

П о я в л я е т с я а н г е л с о г н е н н ы м м е ч о м в р у к а х и г о н и т и х и з р а я.

АНГЕЛ. Пошли вон! Пошли вон! Пошли вон!

МАСТЕР ЛЕОНАРДО (п о я в л я я с ь и з — з а к у с т о в).

Пошли. Пошли. Пошли. Пошли. (М а ш е т р у к а м и.) Да вайте занавес.

З а н а в е с

1934 год, 27 сентября.

— 65

И З М Е Р Е Н И Е В Е Щ Е Й.

ЛЕПОЛЯНОВ. За вами есть один грешок вы под пол прячете вершок его лелеете как цветок в случае опаснсти дуете в свисток.

ДРУЗЬЯ. Нам вершок дороже глаза наша мера он отсчета он в пространстве наша база,

мы бойцы прямых фигур.

К мерам жидкости сыпучей прилагаем эталон сыпем слез на землю кучи,

измеряем лоб соседа,

(он же служит нам тетеркой) рассматривая форму следа мы трогаем всей пятеркой.

Любопытствуя больного тела жар — температуру,

мы вершок ему приносим из бульона варим куру.

ЛЕПОЛЯНОВ. Но физики считают вершок устаревшей мерой.